Читаем без скачивания Охота на свиней - Биргитта Тротциг

Учения закончились двумя показами: сначала «тушение с помощью взрыва». На полосу огня из вертолета спустили длинную пластмассовую трубу, начиненную взрывчатым веществом, которая через несколько минут взорвалась и погасила огонь. (Правда, очевидный риск вторичных пожаров, поскольку при взрыве во все стороны летят пучки искр). Труба идентична той, что используется в армии для создания безопасного коридора через минное поле. Второй показ: из вертолета выбросили длинный трос, сплетенный из тонких пластиковых шлангов, заполненных желеобразным бензином. В пластмассу впаяны медные провода, разогревающиеся с помощью электричества. Образовалась трескучая «огненная стена» длиной в 100 м, преодолеть которую без спецоборудования невозможно, — в народе ее прозвали «бенгальским огнем», используется для «взятия в кольцо» небольших вражеских соединений на труднопроходимой местности.

«Торжество презренного металла». Кред. банк — 3153. Сбербанк — 6800. Почт. банк — 629,91. Наличные — около 400. Переведено 1800 на счет М.

Еще несколько случаев обструкции в южном секторе. Не менее трех усадеб в Эя выпустили своих свиней в лес. Пока никаких мер предпринять нельзя. Б.-А. считает, что проблем не будет, домашние свиньи не привыкли жить на свободе, голод выгонит их из леса. Пока организовал лишь полицейское наблюдение за усадьбами, чтобы воспрепятствовать хозяевам подкармливать животных. Горд предложил облаву, но в наст. вр. вряд ли это разумно. Договорились оставить все как есть до завершения конгресса в Гетеборге. Оценить риск распространения обструкции весьма трудно. Несмотря ни на что, лучшее оружие — мягкость. Получено согласие на перевод готландского офиса из Висбю в Бёршвик. Установка в Руме демонтируются во вторник и перебрасывается в Хемсе. Русе́н обещал, что она вступит в строй через 36 часов после демонтажа.

По дороге на юг сделал остановку в Вестергарне. Не удержался и завернул в Эскельхем. Нашел дом. Не слишком изменился с 1948 г. Сеновал напротив явно переделан в летнее жилье. Впечатление тишины и заброшенности. Во дворе ржавая борона. Трава перед крыльцом высотой в метр. В окнах вата и дохлые мухи. Висят занавески, значит, дом все-таки обитаем. Пастора и старухи, очевидно, уже нет в живых. Прожил здесь с Мариэттой четыре недели в 1948 г. В то время на Готланде было множество эстонцев, наверное, ландшафт похож на прибалтийский. Велосипедные поездки к морю были довольно нудными. Пастор получил усадьбу в наследство (в подарок?) от старухи, которая продолжала там жить, но в тур. сезон ей было велено не попадаться на глаза. Пастора освободили от должности, и позднее он стал священником гос. церкви. Не исключено, старуха подарила ему свою усадьбу именно потому, что он был пастором свободной церкви. Как же в таком случае она восприняла его переход в государственную? Старуха была неразговорчива, ходила в толстых черных чулках и кормила кур. Пастор-священник более общителен, угощал сигаретами. Мариэтта была настроена исключительно враждебно, поэтому так и не смогла как следует его узнать. Может, он был вовсе не таким уж чудовищем и обвиняли его облыжно. Странное лето. Многие годы старался «забыть» его. Теперь захотелось освежить память. Как ни смешно, но вспомнил лишь, что в то лето сенная лихорадка сделала меня чуть ли не инвалидом. Как-то ночью со мной случился приступ астмы, единственный раз в жизни. Каждое утро отправлялся на велосипеде за 9 км в Клинтехамн за свежими французскими булочками — Мариэтта их обожала. Не могу припомнить ее лица. Попытался восстановить кусочек за кусочком, но цельного портрета не вышло.

Проехал Сток-м, не повидав семьи. Проторчал час на Бромме, сжевал черствый бутерброд с ростбифом. Горд, как всегда, в последнюю минуту, весь полет проспал. А я рассчитывал без помех полтора часа поговорить с ним.

Открытие конгресса к нашему прибытию уже завершилось. Успели к ленчу получить карточки участников и программу. Горд за столом министра. Я разговорился с двумя датскими ветеринарами, знакомыми с морозильной установкой в Руме. Слишком низкая производительность для огромных потребностей Дании.

Очередь Горда сразу после ленча, «Свиноводство и официальная скандинавская традиция». Очень интересно, Горд среди всех этих цифр и кривых — как рыба в воде. Потом оживленная дискуссия. Один из Центростата высказал критические замечания (согл. Горду, старый соперник). Послеобеденная программа сместилась почти на два часа. Последний доклад исключительно любопытный, доцент Мэкинен из Улеоборга, говорил об оленине и радиоактивности. Лишайники и мхи очень «восприимчивы к радиоактивности». Довольно большое количество осадков в 1961–62 гг. во время советских широкомасштабных испытаний. Китайские осадки практически не имеют значения. Мэкинен успокоил — жуткие пророчества в прессе сильно преувеличены, оленье мясо вряд ли может повредить здоровью. Однако во время обсуждения признал, что проблема будет актуальна еще многие годы. Олени продолжают питаться «зараженным» кормом. Судя по всему, можно, изменив способы убоя (как?), сократить потребление радиоактивных веществ населением. Вспомнил предложение Тове-Расмуссена о разведении оленей на Готланде — окончательное решение вопроса?

Вечером обед от имени «Вольво». Отказался. Должен завтра быть в форме. Позвонил домой, М. в кино, ответил Юхан. Все в порядке. Малин и Петтер получили открытки, подписанные «Хайнц, Турк, Матти и дядя Хеллер».

Я — первый докладчик в секции Б. Начало несколько задержалось из-за неполадок в проекторе (к лучшему, многие участники опоздали). Большинству было, очевидно, непонятно, что кроется за названием «Организационные препятствия при проведении массовых акций». После принципиального вступления я рассказал о готландском проекте (утром получил по телефону самые свежие цифры от Б.-А.). Установка в Руме, подразделение на сектора, сотрудничество с военными и властями, вопросы транспорта. Единственный, кому спонтанно зааплодировали после окончания доклада. Оживленное, но очень благожелательное обсуждение. Немного неловкий инцидент, неправильно понял вопрос исландского делегата о психологическом эффекте. Ответил, что психология свиней пока практически не изучена. Оказывается, вопрос касался животноводов! Всеобщий смех, непринужденная атмосфера. Особенно позитивно настроены норвежцы.

Позднее удостоился личной похвалы от замминистра. Приглашен участвовать в качестве эксперта по орг. вопросам в воскресном симпозиуме по массовому бактериологическому уничтожению. Горд всю вторую половину дня злится (боится конкуренции?). Наплевал на последний пункт программы, выступление датчанина Хемминга о распространении трихиноза в Скандинавии. Хотел купить что-нибудь детям, но магазины уже закрыты.

Проснулся в 8 в превосходном настроении. Подтверждает теорию, что можно сидеть до двух ночи и тем не менее чувствовать себя бодрым на следующее утро (не пил ничего крепкого после 22.00). Великолепный обед вчера в вилле Карландера, устроитель — муниципалитет Гетеборга, когда же в Стокгольме будет такое представительское помещение? Дом — дар городу. Кажется, с начала века к нему не прикасались. Трудно представить себе семейную жизнь в такой обстановке. Горд чуть не свалился с лестницы, «был в баре гостиницы „Парк Авеню“». Поздоровался с представителями городских властей. (Не разобрал ни одного имени, почему нельзя и на приемах носить такие же нагрудные именные кар

точки, как на конгрессах? Условие рационального функционирования). Перемолвился парой слов с президентом конгресса, директором Торне-Лёве, главой «Бёрде Айс Нурдиска АО». Попросил разрешения связаться со мной позднее относительно одного из национально-экономических проектов, «который господин Сильеберг, вероятно, сочтет весьма интересным».

Потрясающий обед, отпечатанные меню с изображением фасада Карландерского дома. Сохранил меню для Маргареты:

МЕНЮ

Langoustines de frits, sauce Tyrolienne

Carré de porc fumé, tomates grillées

Дыня

ВИНО

Chianti Ruffino Bianco

Baratas

Weisslack

Rotlack

Café

Avec

Gothembourg le 26 août 1967

Во время обеда несколько тостов. Благодарственная речь Торне-Лёве городу, накатанная, но суховатая. Самое большое впечатление — экспромт датчанина Хемминга. Сделал вдохновенный обзор развития местных налогов в Гетеборге в соотношении с представительским меню. В каком-то смысле выступление довольно злое и дерзкое, но произнесенное с таким датским добродушием, что все кислые мины разгладились. Можно, правда, предположить, что хозяева не слишком привычны к нюансам датского языка.

После кофе неприятный эпизод с Гордом. Полчаса молча просидел в гостиной, уронил чашку, никак не прореагировав. Потом внезапно ему стало плохо, пытался встать. Я хотел помочь, но у Горда весьма внушительная комплекция. Его вырвало в красивую алебастровую чашу, стоявшую в западной гостиной. Прекрасная работа в стиле «модерн», прямо маленькая купель на цоколе. Хозяева исключительно тактичны, сказали, что в городе свирепствует желудочный грипп, хотя всем было известно, в чем дело. Энстам помог мне отвезти Горда на такси в гостиницу. (Обещал замминистра вернуться, ему, по его словам, не хотелось расставаться с «героем дня»).