Читаем без скачивания Гвардейская кавалерия - Андрей Бондаренко

— Почему, милый, ты так решил? — заинтересовалась Марта.

— Элементарно, моя алмазная донна…. Да, перед нами — пролив. И надо, безусловно, уходить на юго-восток — и от мексиканского побережья, и от западной оконечности Кубы, держа общее генеральное направление на Каймановы острова. Только сделано это преждевременно — на добрых полчаса. Да и к югу заложено, в гости по утрам не ходи, лишних полтора румба. Так и на длинную береговую косу, отходящую от Юкатана, можно ненароком нарваться. Со всеми вытекающими, а главное, втекающими последствиями. Дно, пропоротое на острых береговых камнях, дело серьёзное и фатальное. Тьфу-тьфу-тьфу, ясный болгарский перец…. Или же у них что-то случилось? Неприятное и серьёзное, я имею в виду? В море, как известно, всякое бывает…. Предлагаю — подойти к «Гранме» поближе и, так сказать, визуально оценить обстановку. Например, с помощью вспомогательной оптики.

— Не знаю, насколько это целесообразно, — засомневался Ник. — Мы произведём осмотр. Замечательно. Но и пассажиры «Гранмы», в свою очередь, могут разглядеть наши лица. Не хотелось бы, честно говоря…

— Ерунда ерундовая, — заверил капитан. — У меня в кают-компании имеется подзорная труба с шестнадцатикратным увеличением. Редкая штуковина. А у этих начинающих революционеров, девяносто девять процентов из ста, ничего похожего нет. Максимум — восьми или десятикратные бинокли. Подойдём на комфортное для нас расстояние, и все дела…. Дон Андрес, уступи-ка моей помощнице место у штурвала. Для этого манёвра требуется определённый опыт…. Закладывай, Мартина, южнее…. Ещё. И скорости добавь узла на полтора…. Так держать. А я в трюм спущусь, за оптикой…

Вскоре подзорная труба была доставлена на капитанский мостик, закреплена на треноге и сориентирована в нужном направлении.

Через пятнадцать минут Куликов, уступив место возле треноги, предложил:

— Полюбуйся-ка, командир, на этих упрямых чудиков. Натуральная картина маслом под ёмким названием: — «Измождённые мечтательные паладины — в поисках Святого Грааля…».

«Действительно, душещипательное зрелище», — принялся увлечённо комментировать увиденное легкомысленный внутренний голос, склонный — время от времени — к цветастым философским метафорам. — «Так и просится образное сравнение, мол: — «Упакованы, как атлантические кильки пряного посола в жестяной консервной банке…». Это в том глубинном смысле, что данный катер (ну, не яхта же, понятное дело), набит практически до отказа. Восемьдесят два человека — серьёзное количество. Стоят и сидят, голубчики, на палубе (это те, которым не нашлось места в трюме), тесно прижимаясь друг к другу и укрываясь от встречного ветра чем попало: дождевиками, брезентом и даже кусками чёрного рубероида…. Ага, решили слегка перекусить. То есть, «пустили по кругу» банку сгущёнки с пробитыми в торце дырочками. Каждый прикладывается буквально-таки на секунду…. Эрнесто Гевара отказался, отрицательно махнув левой рукой. А ладонь правой прижимает ко рту. Сильнейший приступ кашля, не иначе. То бишь, обострение хронической астмы. Бедолага ты наш болезненный…. Откашлялся, вроде. Достал из кармана старенького плаща рыжий апельсин и, даже не очистив от кожуры, жадно кусает. А теперь брезгливо отплёвывается, наверное, апельсин оказался слегка подгнившим…. Вообще-то, вся эта революционная экспедиция — сплошная и отвязанная авантюра. Восемьдесят два отважных бойца неудержимо рвутся в бой. Ну-ну. А что у нас с противником? Тридцать пять тысяч полицейских, не считая тайных агентов. Плюсом армия, оснащённая танками, броневиками, десятью военными кораблями, пятнадцатью судами береговой охраны, а также семьюдесятью восьмью истребителями и транспортными самолётами. Неравный, однако, расклад. Неравный…. Что ещё — заслуживающего внимания? «Гранма», такое впечатление, слегка осела на левую часть кормы. В чём тут дело? Хм, именно там, как раз, и находится гальюн. Вполне возможно, что он, просто-напросто, не выдержал активного «туалетного напора» восьмидесяти двух клиентов. Типа — сломалось что-нибудь важное. Например, какой-нибудь впускной (или же, наоборот, выпускной), клапан. Вот, морская водичка и поступает внутрь…. Ладно, осмотр — в первом приближении — завершён, всё идёт по плану, можно отворачивать в сторону…».

На следующий день радиоприемник, расположенный в кают-компании, сообщил, что в столице и небольших кубинских городах происходят активные вооружённые столкновения сторонников Фиделя Кастро с полицией.

— Всё, «Гранма» больше не нуждается в нашей пристальной опеке, — решил Ник. — Диктатору Батисте и его людям нынче не до того, все силы будут брошены на подавление мятежа…. Мартина, ты, кажется, говорила, что месяца через три-четыре вы с капитаном хотите сыграть свадьбу? Мол, пока «Кошка» будет проходить плановое техобслуживание в одном из гватемальских доков?

— Было такое дело. Говорила…. А что?

— Предлагаю — ускориться. Причём, сразу с двумя этими делами. Прямо сейчас пойдём к Флориде. Там есть город-порт Сент-Питерсберг с отличными ремонтными доками, одним из которых руководит «наш» человечек. Заодно и свадебку сыграем. Говорят, что во Флориде регистрируют — без каких-либо проблем — браки и между иностранными подданными…

— Дядюшка, ты — настоящее чудо! — восторженно захлопала в ладоши Марта. — Давай, я тебя поцелую…. Серж, не надо смотреть на меня таким диким, необузданным и разъярённым зверем. Я же командира только в щёку поцелую, слегка-слегка…. А куда мы потом поплывём из этого Сент-Питерсберга? То есть, пойдём?

— Заскочим в Майами и подхватим там солидного американского старичка. А потом проследуем к Кубе. Надо будет организовать одну важную встречу…

Весёлая свадьба отшумела. Ремонтные работы и техническое обслуживание яхты были завершены точно в срок.

Одиннадцатого февраля, ранним погожим утром, «Кошка» подошла к кубинскому порту Мансанильо.

— Солидный порт, — оторвавшись от окуляров подзорной трубы, одобрительно резюмировал Ник. — Только торговых судов практически не наблюдается. Зато разномастных рыбацких шхун и баркасов — до беса. А на берегу трудолюбиво дымят многочисленные высокие трубы. Это, надо понимать, здешние сахарные заводики…. Кстати, кэп, как тебе наш новый пассажир?

— Любопытный такой дедуля, — меланхолично передёрнул плечами Куликов. — С чувством юмора, по крайней мере, у него всё в порядке…. А кто он, собственно, такой? И для чего нам понадобился?

— Мистер Герберт Мэтьюз является руководителем отдела редакции американской газеты «Нью-Йорк таймс». Большая шишка, признанный авторитет и опытный журналист-международник. Прославился ещё восемнадцать лет тому назад своими острыми репортажами об испанской гражданской войне…. А понадобился он, вообще-то, и не совсем нам. Просто дальновидный Фидель Кастро решил, что надо привлечь — к революционной борьбе — и американскую демократическую прессу. Мол, пусть осветит и расскажет всему Миру о гадком и кровавом диктаторе Батисте. Вполне нормальная и перспективная, на мой взгляд, задумка. Из знаменитой и нетленной серии, мол, лишним не будет…. Вот, нас и попросили — доставить авторитетного мистера Мэтьюза на встречу с лидерами молодой кубинской Революции. То есть, на интервью…