— Я закричу! Леди Руна…
— Да пошла она в …! Ей-то что! Ее ведь выбрали! Будет жить, дрянь… А вот я… Да раздвигай ты ноги, тварь!
Послышался звук пощечины, и хотя стоять и подслушивать тоже было интересно, — для кого как! — но терпеть такое обращение с женщиной не хотелось.
Дверь была заперта. Проклятье! Разогнавшись, со всего маху приложился плечом. Добавил еще пару емких словечек из заклинания разрушения. Его обычно применяют, когда надо уничтожить кости, к которым магией прикреплен чей-нибудь дух, — едва они обратятся в прах, тот получает свободу, — но дерево среагировало на магию смерти. Доска, на которой крепился засов, истлела вмиг, и я влетел в комнату.
— Не трогай ее!
Линда билась в объятиях одного из тех племянников старого герцога, которых я мельком видел вчера за ужином и сегодня за утренней трапезой. Кажется, даже было названо его имя, но сейчас подобная мелочь просто вылетела из головы.
— Отпустите ее, сэр!
— Сам пошел вон. — Герцог крепче прижал к себе девушку. Платье было порвано у нее на плечах, сползая и открывая соблазнительное тело. — Как ты смеешь…
— Сожалею, но не могу.
— Да ты знаешь, кто я? — Он еще пытался угрожать.
— Нет, это вы не знаете, кто я! Кому сказал — руки убери!
Острие ножа засветилось ярко-синим светом. Нет, ни о какой нежити или нечисти речи не шло. Просто есть одна формула. Мы обычно не пугаем простой народ, но в арсенале каждого некроманта должны быть подобные спецэффекты. Они здорово отвлекают зрителей от собственно действа и чаще используются, когда надо под шумок смыться. Но молодой герцог-то этого не знал!
Порыв горячего ветра окутал нас троих, закрутил в водовороте. Повеяло могильным холодом, когда тело перестает повиноваться, цепенеет, словно в глыбе льда, а грудь стягивают невидимые обручи.
— Отпусти ее!
На сей раз голос звучал жутко, и лорд вдруг с исказившимся от ужаса лицом почти швырнул в меня девушку и с диким криком: «Убивают!» — ринулся прочь.
Дрожащая от ужаса Линда упала в мои объятия. Я подхватил ее, прижимая к себе и пытаясь успокоить.
— Все хорошо. Он больше не вернется… Я бы его…
Она содрогнулась. В больших светлых глазах плавал ужас. Обхватив ее одной рукой покрепче, я другой взял ее за подбородок и внезапно увидел в расширившихся зрачках отражение…
Бледная до синевы кожа, дряблая, как на трупе… стоящие дыбом волосы… горящие огнем глаза… звериный оскал вместо рта… Ничего себе побочные эффекты у простого заклинания «ветер Смерти»! Видно, не просто так этот тип удрал, вопя как резаный!
— Это побочный эффект, — прошептал я, гладя Линду по волосам. — Он скоро пройдет. Пошли к тебе?
Она двинулась за мной безвольная, как кукла. Столько покорности было в ее походке, взгляде, каждом жесте и вздохе — ну прямо хоть на алтарь укладывай! Кстати, в некоторых случаях ужас и сопротивление жертвы — обязательный атрибут, без него колдовство не сработает. Зато в других можно использовать лишенных воли зомби[14] или даже добровольцев… правда, в последнем случае нужно предварительно оформить кое-какие бумаги, подтверждающие добровольное согласие жертвы. В том числе и заверенное у нотариуса завещание. Волокита…
До знакомой комнаты, где девушка жила с двумя детьми, мы не дошли — ноги у спасенной подкосились на лестнице. И спаситель доблестно подхватил ее на руки, запоздало отметив, что она оказалась не такой уж легкой. Я не самого мощного сложения человек — таскать тяжести не моя забота… В общем, не донес я ее, вывалив, как куль с мукой, поперек кровати в собственной комнате, оказавшейся намного ближе по коридору.
— Ой, — только и пискнула Линда.
— Прошу извинить. — Спаситель присел рядом, хватая ртом воздух. — Отдохни немного, приведи себя в порядок… Негоже, чтобы посторонние и слуги видели тебя такой!
Девушка приподнялась на локте. От этого простого движения и без того державшееся на честном слове платье сползло окончательно, обнажив ее грудь, и меня всего затрясло. Как же давно моя супруга не вспоминала о своих супружеских обязанностях!
Линда проследила за внезапно загоревшимся мужским взглядом и отшатнулась, закрываясь руками.
— Нет!
— Конечно нет. — Мне удалось заставить голос звучать спокойно. — Я не для того помешал этому типу…
— Но он имеет на это право. — Девушка попыталась сесть, натягивая порванное платье на плечи.
— Почему? Ты же не простая служанка, чтобы…
— Робин не женат… Из них мало кто женат… кроме Робера, — грустно вздохнула она. — Только Рой и Римус…
— И что из того? Они же все еще молоды — никому нет и тридцати, верно?
— Верно, — Линда погрустнела еще больше, — никому… Робин самый старший, ему уже двадцать девять…
— Ну и что? — продолжал тупить я.
— Вы ничего не знаете…
— И не узнаю, если ты и дальше будешь говорить загадками! — воскликнул в ответ и осекся, заметив, какими полными удивления и недоумения глазами смотрит на меня спасенная девушка. Видимо, совершенно случайно я проговорился и брякнул что-то не то. Надо срочно исправлять ситуацию. — То есть я совсем запутался… Кое-что я знаю, но, возможно, есть кое-какие тайны… просто от волнения забыл… глядя на твою грудь… Понимаешь, ты действительно очень красивая и соблазнительная — рядом с тобой немудрено потерять голову…
— Правда? — улыбнулась Линда.
— Очень! Ты красивая и нравишься мне!
Выпалил это — и с удивлением заметил, что зарумянившиеся было щеки девушки опять залила бледность. Да что же это такое? Некроманту не может понравиться обычная девушка? Впрочем, она, наверное, вспомнила того герцога, который тоже сначала говорил, что Линда ему нравится, а потом начал руки распускать.
— Ты в порядке? Успокоилась?
Она несмело кивнула.
— Можешь идти?
Снова кивок.
— Тогда пойдешь к себе?
Нет, прошу понять меня правильно: хочется иногда, чтобы в твоей постели полежала красивая молодая женщина. Хочется почувствовать себя мужчиной… Линда тоже ощущала, наверное, что-то такое — поднялась она с явной неохотой, протянула руку, чтобы опереться…
В общем, до двери мы еле дошли. Одной рукой девушка придерживала у горла порванное платье, другой опиралась на мой локоть, и от этого прикосновения было так хорошо… если бы не Зверь, вертевшийся рядом так близко, что приходилось следить, как бы не отдавить ему лапу.
Девочка-подросток была в комнате одна — шила что-то, присев на скамеечку в оконной нише. Она аж подпрыгнула, стоило нам переступить порог:
— Линда?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
