так лихо их сравнил. Снова эта вселенная подбрасывала мне нескромные намеки на свое творческое однообразие.
– Ладно, шутки шутками, а легенда и правда существует, – отсмеявшись продолжил Сокш.
– Да знаю я твои легенды, – хмыкнул Ворак, – ты сочиняешь на ходу, дай только свободные уши.
Сокш возмущенно замахал длинными ручищами и поспешил объясниться:
– Не-не, на этот раз по-настоящему! Мне ее перед этим заказом рассказал старик Кранк за кружкой браги в Черном Жереке! Ты же знаешь, что этот старый дуб шастает по Фариде столько, что с него вот-вот труха начнет сыпаться.
– Знаю, кто ж его не знает, – вполне серьезно ответил Ворак. – Ну давай, и я тогда послушаю, раз такое дело.
– Господин Ворак, вам не кажется, что вместо баек вам следует осматривать местность и вести разведку? – раздался голос одного из торгашей.
Вроде бы его имя Марикаш, хотя за эти полдня я с ними еще толком не общался, чтобы запомнить каждого. Все трое обычно не высовывались из второй повозки, за исключением смены управления вожжами первой. Ну и конечно же, внимательно следили за тем, чтобы я чего не стащил у них. Как будто мне делать больше нечего, чем взваливать на себя кучу барахла, в стоимости которого я не разбираюсь, да и попросту не дотащил бы на своем горбу до ближайшей торговой точки.
– Господин Марикаш, давайте каждый будет заниматься своим делом и не учить, как работать, профессионалов! – гаркнул Ворак, не оборачиваясь.
Они вообще особо не церемонились с заказчиками и могли откровенно грубить торгашам. Видимо, в таких ребятах, как эти охранники, был хороший спрос, а предложений слишком мало.
Марикаш закряхтел что-то напарнику и не стал комментировать ответ кривоносого Ворака.
– Давай, Сокш, не томи, а то эти выкидыши погана так и будут глазами спину сверлить.
– Хе-хе, ладно. Слушайте, значица. В древние времена жил один маг тверди по имени Каменщик. Никто не знал его настоящего имени, поэтому Каменщиком он и остался в легендах, – начал Сокш.
– Ворона ты бескрылая, не нужно столько деталей! Я же сказал – не томи! – нервно вздохнул Ворак.
– Не получится не томить, гоблин ты кривоносый. Старикан Кранк так рассказывал, и я половины уже не помню! – праведно возмутился долговязый.
Ворак что-то прорычал несвязное, но не стал отвечать. Видимо, решил, что спор займет больше времени, чем его рассказ.
– Так на чем я… а, но это был не простой древний маг, а маг – коротышка. Смышленый был гаденыш, и как каждый из этих ушлых выкормлешей погана, дни и ночи возился с камнями. Мечтал он, значица, сотворить жизнь из камня!
– Тьфу ты. Какой ж он древний маг, если големов даже Желтые сотворить могут? – удивился Ворак.
– Да не голема, кривоносый ты забулдыга, а жизнь! Не чуешь разницу? Голем – это ж просто тупой булыжник, а он хотел сотворить именно жизнь. По крайней мере, старикан так сказал, – гаркнул Сокш и запыхтел.
Его Мямля, словно чувствуя недовольство хозяина, нервно замахал зубастым клювом и пару раз крякнул. К слову, кааторы Ворака и Кариса не были такими разговорчивыми, а тот, что принадлежал раненному охраннику, вообще плелся, привязанный к задней повозке, где отдыхал его хозяин.
– Ладно, не гуди, продолжай, – примирительно сказал кривоносый.
Сокш поправился на спине Мямли и, пару раз кашлянув, продолжил:
– Жаждал он создать каменную жизнь, значит. И настолько ему посерел весь остальной мир, что ушел от коротышек и забился в какую-то пещеру посреди Серых песков. Только тогда они еще небыли Серыми. Он не выбирался под солнце, от слова вообще, и думал только о своей маниакальной мечте. Так прошли сотни лет, и имя Каменщика превратилось в обычную сказку про безумца, который настолько заигрался чарами, что сошел с ума. История множилась и обрастала новыми подробностями, в конечном итоге добравшись даже до атлан…
– Хе-хе, – снова перебил Ворак и похлопал по бурдюку с пойлом, поклажей висевшем на боку каатора. – Видимо, мы и раньше перенимали от коротышек все самое дурное.
Сокш начал было весело скалиться, но опомнился и нахмурил брови.
– Все-все. Молчу-молчу, – поднял кривоносый примирительно руки. – Это я просто лесного просвещал. Продолжай.
Глава 27
В общем-то, я был согласен с недовольством Сокша, ибо эта история мне начинала нравиться. И вообще, я готов был слушать любые легенды и мифы. Довольно часто они рассказывают больше правды, чем слова ученых историков, отрабатывающих гранты и политические заказы.
– Но уже немолодой маг сам себя не считал сказкой и все эти десятилетия пытался найти путь. Так и не добившись успеха своими силами, он предпринял немыслимое – вызвал соре’кхи из самих чертогов Са-арга! – округлил свои хитрющие глаза Сокш и потряс руками, видимо имитируя, сам призыв. – Соре’кхи-то только повод дай заявиться сюда! Договорившись о плате, рассказали они ему как сотворить то, что он желал, и стали ждать.
– Кхм, – привлек я внимание, решив, что соре’кхи – местный вид чертей или демонов, – извини, что перебиваю, но мне интересно – какую плату они запросили у Каменщика.
Повозка хорошенько скакнула, и я, еле удержавшись, чуть не вывалился на пыльную дорогу.
– Это тебе за то, что перебиваешь, – самодовольно буркнул Сокш. – А запросили они его самого! Пообещали прийти через сто лет да только обманули. Как только исполнил маг свое желание, демоны мигом перебросили безумца в чертоги Са-арга!
– Утащили! Дубина ты долговязый, – раздался тонкий голос плешивого торгаша.
– Че? – обернулся Сокш.
– Говорю, не перебросили, а утащили! – повторил торговый, чья очередь сейчас была упряжь держать. – Если уж тратишь впустую наши деньги, так хоть пересказывай нормально.
– Я нормально пересказываю. Все, как Кранк говорил! Думаешь, я идиот? – гаркнул Сокш в ответ и, повернувшись к нам, добавил. – Я сам поправил его, а он как зыркнул на меня своими белющими, как Ночные Свидетели глазами, что перехотелось зубы от кружки отрывать.
– Ладно уж, не все ли равно, что они там с ним сделали? Давай, заканчивай, да надо местность разведать, а то и правда нарвемся на кого-нибудь, – махнул рукой Ворак.
Сокш поиграл скулами и продолжил.
– В общем, забрали они его, а чудище его осталось! Да так осталось, что чумой по Фариде прошлось, уничтожая все на своем пути. И все из-за того, что хозяина его – тю-тю – забрали. А когда упокоили его, все изничтожить смогли, да только сердце оказалось нерушимым, как сам мир, – закончил он пафосно.
С полминуты я ждал продолжения, и когда уже решил задать вопрос, снова дал о себе знать плешивый торгаш:
– А концовку-то чего не рассказываешь? Не так ведь заканчивается легенда
