Образ космического порядка Эриугена сопоставляет с микрокосмом – человеком. Высшую божественную природу представляет в душе человека разум (интеллект), вторую – рассудок (рацио), третью – внутреннее чувство (сенсус), роднящее его с животными; а четвертая «бесчувственная» жизнедеятельность является общей для людей, животных и растений. Мы отличаемся от всех других существ наличием рассудка, а разум приближает нас к нетелесным созданиям – ангелам и Богу.
Людей, не использующих рассудок для познания мира и себя, Эриугена относил к «бессловесным скотам». Самопознанию он отводил почетное место: «Ведь если человеческая природа не ведает, что совершается в ней самой, как она хочет знать то, что обретается превыше ее?»
Такое внимание к человеку и его духовному миру воспринял Эриугена от православных теологов Византии. В солидарности с их взглядами он развивал идею о свободе воли человека, ограниченности божественного предопределения и неопределенности будущего. Он учил:
– Пусть никакой авторитет не отпугивает тебя от положений, внушаемых правильным рассмотрением по законам разума.
Католические теологи сочли идеи Эриугены еретичными еще при жизни мыслителя на соборах в 855 и 859 годов. Два века спустя последовало запрещение его трудов. Возможно, столь строгие меры были приняты из-за раскола западного и восточного христианства.
Судьба научных идей и философских учений во многом зависит от идеологической конъюнктуры. Ведь они – важная составляющая духовной культуры, мировоззрения, а потому влияют на жизнь общества.
Эриугена поставил ряд проблем, которые позже разрабатывали философы-богословы. Принципиальные вопросы: существуют ли универсалии (общие понятия) реально или нет? Присутствуют ли виды, роды, типы в природе или только в сознании? Телесны они или идеальны?
Боэций полагал, что они являются лишь порождениями языка – символами, знаками. Такое философское течение получило название номинализм (от лат. «номен» – имя). Оно отрицало реальность универсалий, утверждая существование только конкретных вещей. Это мировоззрение можно назвать реалистичным, родственным материализму.
Другое учение исходило из признания первичности именно общих признаков, «идеалий». Наиболее последовательно защищали такую позицию сторонники учения Платона. По их представлениям, идеи предшествуют чистым объектам и являются основой бытия. Приверженцы Аристотеля возражали: общее реально существует не само по себе, а только в конкретных вещах.
В большинстве европейских стран естествознание, считавшееся частью философии, оставалось служанкой богословия. Поэтому поддержку церкви, а значит, и полный перевес имели сторонники «идеалий». Исключением, отчасти, была Англия, где отсутствовал слишком жесткий контроль церкви. В Оксфордском университете прилежно штудировали не только философские, но и естественно-научные сочинения Аристотеля.
(Напрашивается вывод, пресекающий схоластические споры: все сущее представляет собой единство «идеалий» и «реалий». Но при господстве религиозной веры получает преимущество позиция идеалистов, тогда как успехи науки дают преимущество материалистам.)
Роберт Гроссетест (Большеголовый)
Роберт Гроссетест (Большеголовый)
Роберт Гроссетест (Большеголовый) (1175–1253) – английский философ, естествоиспытатель. Основатель, магистр и канцлер Оксфордского университета. Занимался оптикой, геометрией, астрономией, медициной; проводил опыты по преломлению света и распространению звука. Автор нескольких трактатов, из которых важнейший «О свете, или О начале форм». Зная греческий, арабский и еврейский языки, занимался переводами научных, богословских и философских трудов. Перевел непосредственно с оригинала естественно-научные труды Аристотеля со своими комментариями.
Он утверждал необходимость познания мира на основе наблюдений, эксперимента и последующего анализа результатов с выдвижением гипотез, первоначальных обобщений, проверкой выводов фактическим материалом. Это была попытка сформулировать метод научного анализа. Ведь со времени эллинской культуры философия и науки не разделялись, а в Средневековье знание Земли и жизни и вовсе отошло на дальний план.
На свой лад трактовал Гроссетест акт творения. Бог сначала создал светоносную точку. Она, расширяясь, превратилась в сферу. Материя постепенно сгущалась в центре, где сформировалась Земля. Светоносная основа Мироздания присутствует и в душе человека.
Получалось, что Бог является первопричиной, а материя развивается самостоятельно. Законы природы становились независимы от истин богословия. Ставя свет у истоков творения материи, Гроссетест фантазией своей предвосхитил явление, обнаруженное в ХХ веке: появление элементарных частиц из «сгустков света», фотонов (фоторождение).
Важная проблема схоластики – поиски критерия истины, основания, на котором следует воздвигать мысленные конструкции. Чему отдать предпочтение: вере в авторитет Священного Писания или рассуждениям, опирающимся на опыт, знания? Тертуллиан провозгласил приоритет веры перед здравым смыслом. Но со временем объем знаний увеличивается, тогда как догматы веры остаются неизменными.
В конце XI века Ансельм Кентерберийский сказал: «Верю, чтобы понимать». Вера становилась не только исходной точкой, но и завершающим синтезом знаний. При этом сохранялась свобода интеллектуальных исканий. Ансельм старался избегать крайностей, утверждая реальность и общих понятий (универсалий), и конкретных единичных объектов. Он постарался привести доказательства бытия Бога. Уже сам принцип рационального подхода к идее Бога – иррациональной в своей основе – показывает, насколько повысился авторитет разума.
Тогда же в Европе получила распространение смесь мистики, научных знаний, магии и рациональной мысли, называемая алхимией. Она пришла с Востока (а туда из Египта) и считалась тайной наукой наравне с астрологией. Но также как последняя, она была связана с природными объектами и явлениями, с надеждой постичь их таинственные основы.
У алхимиков было два основных направления исканий: стремление создать эликсир бессмертия и золото (с помощью магического философского камня). Ремесленники проводили химические синтезы для практических целей и добивались немалых успехов. Алхимики были теоретиками с сильным мистическим акцентом, а также лаборантами. Они вели опыты, чаще всего не имеющие практического значения, но позволяющие выяснять свойства веществ и их превращения.
Альберт Великий
Альберт Великий (1193–1280) – немецкий философ-схоласт, богослов, ученый-натура лист, алхимик. Родился в швабском городе Лаунгинев в родовитой семье, учился в Павии, Падуе и Болонье. Вступил в орден доминиканцев, преподавал в Париже и Кёльне, стал епископом Регенсбургским, был учителем известного теолога и философа Фомы Аквинского. Автор трактатов «Об алхимии», «О металлах и минералах», «О растениях», «О животных». Его называли «Доктор универсалис».
По словам Ф. Даннемана, «он принадлежит к наиболее выдающимся ученым Средних веков». О нем рассказывали легенды, ему приписывали авторство сочинений по магии (отюда его прозвище Магнус). В старости он впал в слабоумие. Поговаривали, будто он был колдуном, заключившим союз с дьяволом. Один злопыхатель написал: «Мастер Альберт, однажды превращенный из осла в философа, позже вновь превратился из философа в осла».
Альберт верил в четыре основных элемента Мироздания (воздух, огонь, вода, земля), в возможность получить металлы из серы и ртути, в то, что сера состоит из воздуха и огня, а серебро – из воды и земли. Его химические знания были почерпнуты из арабских манускриптов. Лишь в одном случае он проявил оригинальность и прозорливость: назвал соединение сходных веществ «сродством» (это понятие вошло в науку через полтысячелетия). Его советы алхимикам включали важные положения. Например, проводить опыты в отдельных помещениях, использовать только стеклянные или фарфоровые сосуды, тщательно подготавливать реагенты.
Альберт Великий. Гравюра XVII в.
Он учил: «Алхимик… не должен никому сообщать результаты своего Делания». Советовал избегать правителей: «Для начала они будут понуждать его к бесполезному ускорению Делания, а в случае неудачи он будет подвергнут самым страшным мучениям. Наградой же за успех будет тюрьма». Как видим, труды алхимиков были опасны не только из-за ядовитых испарений или взрывов.
Его сочинение «О растениях» – из семи обширных книг – можно считать первым обстоятельным изложением ботаники, хотя и с печатью предрассудков того времени. Альберт скрупулезно в алфавитном порядке описал многие виды деревьев, кустов и трав, однолетних и многолетних растений. Ученого монаха интересовал вопрос: обладают ли растения душой? Да, отвечал он, они одушевлены, ибо наделены внутренней силой: способны питаться, расти, размножаться. Но их духовные возможности ограничены. (Об этом много позже писал русский ботаник академик А. С. Фаминцын.)
