С этими словами он вынул из своего портфеля небольшую стопку бумаг.
- Вот, держи. Это его дневник, который он вел - по крайней мере, та часть, что я сумел достать, когда производилась опись имущества. Сам я его еще не смотрел, но раз тебя так заинтересовал этот вопрос ... прочти, может быть, найдешь в нем ответ.
- Да, дай мне взглянуть на эту вещь.
И человек раскрыл страницы ...
12.01.2005
Любимая
Много есть людей, что полюбив,
Мудрые, дома себе возводят,
Возле их благословенных нив
Дети резвые за стадом бродят.
А другим - жестокая любовь,
Горькие ответы и вопросы,
С желчью смешана, кричит их кровь,
Слух им мучат злобным звоном осы.
А иные любят, как поют,
И поют, и дивно торжествуют,
В сказочный скрываются приют;
А иные любят, как танцуют.
Н. Гумилев "Любовь"
Он торжествовал. Он был на седьмом небе от счастья.
Она любит его! Любит!
Он услышал это из нее прекрасных уст - она сказала ему это! И в этих словах не было фальши и лжи, не было - обмана.
Он это чувствовал, всем своим существом - чувствовал. Он - знал, что она говорила правду.
То, что чувствовала; то, что переживала; то, о чем думала; то, о чем сказала ему в этот прекрасный весенний вечер - вечер, который он лелеял в мечтах и так ждал; вечер, когда сбылась его мечта; вечер, с которого он стал – обновленным ... как будто бы заново родившимся.
Тихий весенний вечер ...
Он говорил ей о том, что любит ее, что сердце его трепещет, когда он смотрит на нее и любуется ею, что он рад, что встретил ее в этом мире - в этом прекрасном мире.
В этом прекрасном мире он встретил ее - прекрасную. Украшение мира, жемчужину мира, звездочку мира, лучик солнца.
Он продолжал говорить и видел, как очаровательная и загадочная улыбка появилась на ее лице. А когда он перестал, он услышал эти слова.
Эти слова!
Великую музыку, прекрасную музыку - музыку ее сердца.
- Я люблю тебя. Я тоже люблю тебя. И хочу быть с тобой рядом - всегда.
Слова прозвучали нежно и таинственно тихо - но не для него. Он крикнул - громко, не боясь и не стесняясь своего чувства. Так, чтобы услышали все - чтобы его слышал весь мир. Чтобы вместе с ним радовался - весь мир.
- Я люблю тебя! Люблю!
Слова разнеслись высоко и широко.
Так - именно так. Он будет петь о своей любви, никого не боясь и не стесняясь, ему - ничего стесняться, нечего бояться. Он - любит ее, он любит - любить, он любит - жизнь. Теперь он любит их.
Казалось, само небо улыбнулось ему в этот момент - улыбнулось, благословляя любовь.
Голос его стих высоко в небесах. Случайные прохожие все еще продолжали оглядываться на них, певших о своей любви. Некоторые из них улыбались.
А потом они долго стояли вместе, обнявшись. Совсем-совсем близко друг к другу. Она стала для него родным человеком - человеком, близким его сердцу, близким его душе.
Она и была для него - родным человеком, была и до этих слов. До, а не только после. Потому что он любил - ее, а не только себя и свою к ней любовь. Он любил - ее - и был рад дарить ей любовь свою.
А потом они бежали вперед, и свежий ветер бил им в лицо, и им светило солнце. Подобно солнцу в душах у них светились их чувства - чувства двух влюбленных сердец.
Потом настал вечер - поздний вечер. Совсем-совсем быстро настал - необычайно быстро настал.
И он проводил ее до дому - проводил и попрощался до завтра. Да, именно до завтра он попрощался. Завтра будет новый чудесный день, новый день радости - и они встретятся вместе.
Два близких друг другу человека. Два близких сердца ...
Они встречались снова и снова - в течение дней и недель. Месяцев.
И каждый день дарил что-то новое - дарил радость общения друг с другом - общения без злобы, гнева и обид, без боли,- они любили друг друга. Дарил восприятие внутренней глубины любимого и любимой, дарил силы и радость творчества - творчества жизни.
Их жизни. Молодой расцветающей жизни. Через год они поженились - и жили вместе три года.
Три года ...
А потом он получил от нее письмо. Трогательное письмо. Прощальное письмо.
* * *
Человек с веселым и добрым взглядом - жизнерадостным взглядом юноши, совершенно скрывавшим для незнающего человека его немолодой уже возраст, печально улыбнулся и отложил конверт в сторону. Тогда, семнадцать лет назад, он получил его - письмо его любимой.
Прощальное письмо. Письмо, полное светлой грусти и давно ушедших воспоминаний. Но - вновь вернувшихся при чтении письма. Он читал его, и слезы медленно катилась по его огрубелым уже щекам. Он плакал.
Эти глаза, плакавшие столь редко, сейчас плакали. Он вспоминал: вспоминал свою былую жизнь, вспоминал их любовь - и плакал.
Он не перестал любить ее. Не перестал. И поэтому сейчас - плакал.
А ведь тогда он искренне полагал, что они не расстанутся никогда. Никогда. Он ошибался, жестоко ошибался ...
Жестоко? Но разве может он сказать, что несчастлив теперь? У него есть жена - чудесная и милая женщина, которую он тоже любит и о которой заботится - которую он любит также сильно, как любил когда-то ту женщину. У него есть замечательные дети - мальчик и девочка, его опора и надежда - два солнышка, два чуда.
Он счастлив.
Просто ... просто старое воспоминание все еще бередит его ум, терзает его Душу. Он не может забыть ... забыть того дня, когда получил это письмо. Тогда в глазах его стояли слезы - так же, как и теперь.
А ведь она тоже плакала ... плакала, когда писала письмо ему. Они так и остались - ее слезы - на листах этой бумаги, что он сейчас так нежно и трепетно держит в руках. О чем она тогда плакала?
Об их расставании? Об их сокровенных мечтах долгой совместной жизни, которым так и не удалось осуществиться? Об их любви?
Он не знал - она не дала ответа. Только лишь - плакала - и послала ему это письмо.
Письмо ...
Вот оно перед ним. Полустертые строчки и слова. Но это не мешало ему - он помнил его наизусть - каждое слово.
Да, она нашла другого - такого, которого тоже любит всем сердцем и без которого не может жить - так она писала. Она полюбила другого.
А его - его она продолжает любить? Хоть изредка с благодарностью вспоминать о нем?
Он не знал ответа - снова не знал ответа и на этот вопрос. Но он точно знал - он продолжал любить ее и вспоминать о ней с благодарностью. Он был благодарен ей - за те светлые минуты жизни, которые она ему подарила.
Пусть она будет счастлива с любимым, пусть все у них будет хорошо!
Да, пусть она будет счастлива! Он желал ей счастья, от всей Души - желал. Он желал счастья и тому человеку, с которым она теперь, к которому она ушла.
Потому что он - тоже человек. Такой же, как он сам. И он тоже заслуживает быть счастливым.
Пусть они будут счастливы! Пусть будут счастливы любящие друг друга люди! Пусть учатся любить, ничего не требую взамен. Пусть учатся любви дающей. Любви - солнцу.
Да, подумал он, - пусть будет так.
Да будет так!
04.04.2003
Мертвый Город
Он есть - и вместе с тем его не существует.
Он всегда был - но раньше о нем предпочитали молчать.
Он манит тебя как нечто сладостно-запретное - и вместе с тем его подлинную горечь успевают ощутить немногие.
Он подобен строящейся Вавилонской башне, но все больше желает забраться на его вершину.
Он растет вовне и внутри незаметно, оплетая своей паутиной все уголки твоей Души. Именно поэтому многие считают его несуществующим.
Издалека его смрад кажется благоуханием, а огни пожара - милой иллюминацией.
Из него практически никто не возвращался. А немногие вернувшиеся уже не были людьми.
О нем сказано так много ... но все это не уменьшает число паломников в него.
Он никогда не жил - именно поэтому он не ведает, что такое смерть.
Он был рожден вместе с человеком. Исчезнет ли он раньше него?
Да, он выглядит как целый город. Но это - Мертвый Город.
Это город почившей любви. Кладбище.
Могилы, могилы, могилы ...
Каждая из них - уникальна в своем роде. Но нужна ли уникальность мертвецам?
Надгробные камни - и надписи, надписи, надписи ...
"Начни себя ты ублажать, и тряпки хватит уж стирать!" - как будто визжит первый.
"Козлом он был - козлом он и остался ... его прибью, другим чтоб не достался!" - грозится что есть силы второй.
"Ну сколько можно, в самом деле, меня иметь уже в постели?!" - надрывается в своем беззвучном возгласе непонятно к кому третий.
"Меня тоска по мужу гложет ... боюсь, любовник не поможет ..." - неуверенно-робко грустит четвертый.
"И без семьи есть в жизни много дел ... пусть сдохнут все, кто нас не захотел!" - как будто приказывает прочим мертвым пятый.
