манёвр, обещавший дать отпор железному монстру, преследовавшему потрёпанный джип. Асфальт хороший, места хватает. Осталось совсем не много.
Внезапно из-под эстакады вынырнул военный вертолёт и закружил над джипом. Макс в который раз чертыхнулся, но отступать уже было поздно. Когда бронетранспортёр подобрался почти вплотную, парень резко вывернул руль, произведя знаменитый полицейский разворот. Для бывшего стриттрейсера это было пустяковым делом, а вот махина, движущаяся сзади, к такому сюрпризу готова не была. Водитель бронетранспортёра машинально попробовал повторить этот трюк, как вдруг его занесло и ударило о боковую стену, которая не смогла выдержать такого мощного удара. Стена вдребезги разлетелась, и бронетранспортёр свалился вниз, ударяясь о железные перекладины.
Тут же со стороны вертолёта вниз полетела ракета, направленная на джип. Макс снова нажал на газ, но взрывная волна подобралась слишком близко, и джип взмыл в воздухе. Перевернувшись на бок, он глухо упал на асфальт, прорезая воздух скрежетом металла. На этот раз парню не повезло. Его глаза закатились, и он впал в беспамятство.
В следующие несколько минут поверженный джип окружили русские солдаты. Они достали бесчувственное тело Макса и бросили в кузов подъехавшего грузовика. Он был ещё жив. Рядом сидели такие же горе-вояки, захваченные русскими в бою. Их участь была предопределена- они рабы, но об этом ещё не знали.
Глава 11. Наёмный убийца
— Простите, капитан, но у вас в кабинете человек от генерала Эйсмонта.
— Почему он не в приёмной?
— Простите, — вновь извинилась секретарша, — но он был так настойчив, что я не смогла его остановить.
Капитан Бородин не всегда был рад гостям, тем более не званным. Зайдя утром в свой кабинет, он с удивлением заметил, что его место окупировал помощник генерала Эйсмонта Игорь. Сидя на его месте, он в наглую рылся в кипах бумаг, моментально читая в них нужную информацию. Заметив хозяина кабинета, Игорь лишь хмыкнул себе под нос, и продолжил своё дело. Такая наглость была излишней, — отметил капитан, устраиваясь в кресле напротив.
— Боюсь даже спросить, милейший, откуда у вас допуск в это помещение, — почти хладнокровно, без нервных ноток поинтересовался он.
Игорь кинул мимолётный взгляд в его сторону. Не отрываясь от бумаг, он ответил:
— Как будто вы не знаете, Бородин, насколько широки мои полномочия. В этих краях нет дверей, которые бы не могли распахнуться передо мной. Каждый из нас играет свою стратегическую роль. Моё амплуа сильнее вашего, хоть вы с этим и не согласитесь.
— Ладно, допустим, моё амплуа марионетка, пляшущая под вашу с генералом дудку. А какая же роль у вас? Кукловод? А, может, тоже марионетка? Только вы ведь вряд ли с этим согласитесь, а?
— На данный момент я ревизор. Разве не понятно?
Капитану не нравилась эта метафорная игра, но он был не прочь потягаться с противным помощником генерала.
— Ревизор, — задумчиво протянул он. — Наверно, такой умный человек как вы нашли много проволочек в моих записях. Если есть какие-то вопросы, вы всегда можете обратиться ко мне, конечно, если ваш интеллект на это способен.
— Что вы имеете в виду?
— Если гора не идёт к Магомеду, Магомед идёт к горе. Смею предположить, что вы считаете, будто я от вас что-то скрываю, иначе бы не пришли в мои апартаменты без предупреждения. А ведь я не люблю явного недоверия к своей персоне. Меня это настораживает. Думаете, зря?
Раздражённо поморщившись, Игорь откинулся назад.
— В ваших документах есть целый ряд тёмных пятен, требующих более тщательной проверки. Кое-что я заберу с собой. Вам же советую не покидать город в ближайшие несколько дней.
— Исключено! — запротестовал капитан. — Через час я вылетаю в Лиссабон. Если помните, там сейчас проводится военная операция, и моё присутствие обязательно.
— Сожалею, Бородин, — твёрдо сказал Игорь. — У меня хватает полномочий назвать это приказом. Вы никуда не летите.
Капитан с силой ударил по столу. Игорь от неожиданности вскочил, обронив папку бумаг, которые хотел взять с собой. В кабинет заскочил плечистый здоровяк в военной форме.
— Твоя крысиная морда залезла в мою нору слишком глубоко, чтобы потом беспрепятственно скрыться! — в сердцах закричал капитан. — Думаешь, можно вот так вламываться в мой кабинет и брать всё, что тебе вздумается, подлый засранец! Этим ты подписал себе смертный приговор. Я никому не позволю таких вольностей на моей территории.
— Вы не в себе, — взвыл Игорь, спиной прижимаясь к стене. — Я его мозг! Он не позволит, что бы со мной что-то случилось.
— А мы его спрашивать не будем, — зло улыбнулся Бородин, вставая с кресла. — Был кукловод, да сплыл. Влад!
Здоровяк ринулся вперёд, хватая Игоря за горло. Тот неистово зашипел.
— Давай, — спокойно скомандовал капитан и направился к выходу.
Как был задушен помощник генерала, он не видел. Пройдя в приёмную, он остановился у стола своей секретарши, взволнованно работавшей на компьютере. Она изо всех сил старалась показать, будто ничего не замечает, но назойливый взгляд капитана пронизывал её с ног до головы, заставляя нервничать.
— Ко мне никто не приходил? — как ни в чём не бывало спросил он.
— Нет, капитан, никто, — не поднимая глаз, с трудом промолвила она.
— Хорошо. Возьми выходной, дорогая. Меня пару дней не будет. Я вылетаю в Лиссабон.
-
В подвале, где очнулся Макс, было темно и холодно. По среди камеры висела маленькая лампочка, тускло горевшая под мокрым потолком. Три стены из бетона, четвёртая решёткой. Точно, камера. Вокруг пятеро миротворцев в изрядно потрёпанных армейских формах. Никто не спал.
— Очнулся? — спросил один из них на ломанном английском.
Макс слабо кивнул, но отвечать не стал. Суставы болели так сильно, что он боялся лишний раз пошевелиться.
— Я врач, и знаешь, что тебе скажу, парень? Ты точно родился в рубашке. Я тут слышал, какие ты подвиги совершил, и был очень удивлён, когда не обнаружил на твоём теле ни одного перелома. Тебе сильно повезло. Вот Брэду повезло меньше. Его бросили сюда в таком же состоянии, как и тебя, однако при осмотре я выявил открытый перелом руки, раздробление пяти пальцев на одной ноге и рёбра, отчего он с трудом держит дыхание.
Парень перевёл взгляд на солдата, плашмя лежащего у стены. Тот и впрямь еле дышал.
— Меня зовут Маркус, военный врачь миротворческой миссии ООН. Это Алан, Дик, Кингсли и Брэд, бедняга.
Миротворцы кивнули в знак приветствия.
— Макс, — в свою очередь представился парень, с болью приподнимаясь на влажном полу. — Я из Белоруссии. Студент.
— Так это правда, что ты уничтожил бронетранспортёр? — с интересом спросил Маркус.
— Наверно. Вообще-то, я плохо помню.
— Ты не
