В зале ощущается крепкое, терпкое возбуждение. Кажется, мыли о сексе порхают словно бабочки на лугу. Похоть отражается от глаз, как силуэт в зеркале. Может, все это мне видится потому, что я вкусила запретный плод и он оказался таким умопомрачительно сладким?! Возможно. Но главное, я теперь ничего не боюсь, и дело даже не в охране, что есть в зале, а дело в моем личном ангеле-хранителе, взгляд которого я чувствовала всегда, а теперь знаю, что он принадлежит Марку.
Сегодня я тоже ощущаю его. Сразу, как только мужчина появляется. Едва разыскав в зале его глаза, посылаю ему свою искреннюю улыбку «рада тебя видеть», но он хмурится, подзывает меня к себе взмахом руки. Я мотаю головой и указываю глазами на пилон. Диджей вот-вот должен огласить наш выход. Менять танцовщицу за несколько секунд до выхода все равно уже невозможно.
В зале раздаются наши имена, и мы с Лилу выходим на сцену. Музыка заполняет меня своей энергетикой, и я уверенно начинаю двигаться.
Я, конечно, не признаюсь Марку, я вообще мало делюсь с ним откровениями, но мой сегодняшний танец не для всей этой публики, похотливо смотрящей на меня со всех сторон. Сегодняшний танец только для него. Я плавно скольжу по металлическому другу, льну к нему телом. Я отдаюсь ему на сто процентов, вкладываю в каждое свое движение всю свою сексуальность и артистизм, все свои бушующие эмоции. Я словно занимаюсь любовью с шестом, представляя на его месте своего мужчину.
Танец заканчивается, шквал аплодисментов оглушает меня, а я встречаю единственный взгляд, который хочу увидеть, – взгляд Марка. Когда-то я наивная предполагала, что после секса я охладею к нему, словно собью оскомину и успокоюсь, но этого не произошло, а, наоборот, потребность в этом мужчине подскочила до уровня жизненно необходимой. Я, как пропащая наркоманка, нуждаюсь в дозе его ласк все больше и больше. И эта зависимость пугает.
Взгляд Марка, когда я к нему приближаюсь, не предвещает ничего хорошего. В черных глазах мужчины как минимум гроза, и я понимаю: сейчас она разразится в громогласных высказываниях.
– Почему ты танцевала?! – не сдерживая эмоции, гремит он, но у меня припрятан громоотвод в виде улыбки, которая ему так нравится, и я тут же ее демонстрирую. Я не хочу поддаваться желанию ответить ему в тон и спокойно произношу:
– Спроси у Маргариты.
Вижу, как Марк злится, как желваки ходят на скулах, и, несмотря на все свои усилия, начинаю тоже заводиться. Я так старалась, так танцевала для него, а он не оценил.
– Тебе не понравилось?! – выплевываю обиду сквозь надутые губы.
Он смотрит на меня как на идиотку.
– Мне не понравилось, что это видел не только я!
Мгновенно понимаю главную проблему и расслабляюсь. Он просто ревнует. Никогда не думала, что это может мне понравиться.
– Сколько ты еще планируешь работать? – не желая перейти на мирные темы разговора, пытает меня Марк, и я снова выхожу на тропу войны и возмущаюсь тем, что он лезет не в свое дело.
– Столько, сколько потребуется, чтобы вернуть деньги!
Марк тяжело вздыхает, достает из пиджака бумажник и, вытащив не меньше четырех красных бумажек, цепляет их за резинку стрингов.
– Так понравилось?! – пытаясь возобновить перемирие, спрашиваю я.
– Настолько, что отдал тебе всю наличность, – бурчит он, и пока я расплываюсь в улыбке от уха до уха, слышу: – Иди, оденься! Иначе придется вызывать охрану, чтобы отбиться от меня!
Послав ему многозначительный взгляд и еще одну улыбку, я послушно исчезаю из зала.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Когда я возвращаюсь, то застаю возле нашего дивана расстроенную Маргариту, и мне не приходится даже гадать, о чем они разговаривали – все написано на ее лице.
Оставшийся вечер проходит по уже привычному сценарию: разговоры, фруктовые коктейли, и больше никакого стриптиза для посторонних! Его мы бережем для нашей приватной утренней программы.
26 глава. Мало.
Сижу в припаркованной машине и выискиваю взглядом Асю. Она написала, что сейчас выйдет, так как пара закончилась, но ее «сейчас» уже затянулось минут на десять.
Сам того не желая, размышляю над нашими отношениями и прихожу к мнению, что они мечта практически любого мужика. Я получил все, что изначально хотел: постоянный секс без обязательств и никаких посягательств на личные границы. Так почему же мне этого мало?! Почему я безумно хочу всю ее с потрохами, с мыслями, с чувствами?! И почему Ася все время закрывается от меня или убегает?!
Говорят: секс – самое интимное, что может быть между мужчиной и женщиной. Чушь! Самое интимное, когда они делятся самым сокровенным! Тем, о чем даже самому себе стыдно признаться. А у нас много секса, и совсем нет откровенных разговоров. Я пытаюсь быть к ней ближе, но она не позволяет и держит дистанцию. Может, мне надо начать первому?! Взять инициативу в свои руки?! Возможно, но я разучился изливать душу кому бы то ни было. Я демонстрирую ей свои чувства своими поступками и делами, девушка видит это, принимает их и никак не реагирует в ответ. Скорее всего, поэтому я боюсь, что спугну, сказав открыто что-то типа того, что люблю ее. Тем более Ася ведет себя так, как будто я для нее ничего не значу. Но это не может быть правдой! Это противоречит логике. Я знаю, что наши отношения для нее – не банальный секс. Нет. Она совершенно не такая девушка, и я даже замечаю, что нравлюсь ей, но вот насчет большего я совсем не уверен.
Наверно, проще всего было бы попытаться найти себе менее проблемную любовницу, но эта бестия приворожила меня, так что теперь я не могу без нее. Я пробовал. Уезжал на пять дней, пытаясь последовать словам «с глаз долой – из сердца вон», но не помогло. Она последовала за мной в моих мыслях, в моих воспоминаниях. И даже закрывая глаза, я видел ее образ. Смирившись, что это бесполезно, я вернулся, и теперь мы вроде вместе и вроде не совсем…
Замечаю ее издалека. Неизменные джинсы, кроссовки, куртка. Со стороны вроде бы обыкновенная девчонка, и подруга, идущая с ней в приталенном пальто и черных сапогах на шпильках, кажется более эффектной, но я слишком хорошо знаю, что спрятано под одеждой и внутри моей маленькой бестии, и никто для меня не может затмить ее.
Ася убирает за ухо летящие в глаза пряди и недовольно царапает меня взглядом.
– Зачем ты приехал?!
– Был неподалеку, решил подвезти, чтобы сэкономить твое время, – не отводя глаз от ее лица, вру я.
И чтобы увидеть тебя! Последнее предложение я кричу ей глазами, но не уверен, что она разобрала его, а говорить при подруге и смущать ее не хочу.
– Мне надо домой.
– Как скажешь.
Девушка, стоящая рядом, встревает в разговор:
– Ася, а меня вы сможете подвезти! – ее слова обращаются не ко мне, но глазами она съедает именно мое лицо, и я вижу: ей очень хочется мне понравиться.
