Волгин сказал:
— Не волнуйся! Больше неприятностей не случится.
Но он ошибся.
Конечно, это обнаружилось позднее.
18 ДЕКАБРЯ. ВТОРНИК.
Западный эниотип.
Западному (сенсорному) типу соответствует геометрическая фигура — треугольник. Волевые, целеустремленные и рискованные люди, ориентированные на результат и успех (А. Македонский, Б. Наполеон, В. Ленин, Н. Хрущев, Г. Жуков, С. Королев). Конкретный и быстрый стиль мышления: «здесь и сейчас», позволяет легко воспринимать и обрабатывать информацию, улавливая главное. Склонны к силовому решению проблем. Нахрапистые. Волюнтаристы. Авантюристы. Девиз «Цель оправдывает средства». Для достижения своей цели могут перешагнуть через человека, предать, обойти, пройтись по головам… Интуиция в слабой функции, верить их прогнозам нельзя, стоит опасаться крупномасштабных авантюр. Внешние данные. Прямая спина, грудь «колесом». Особенность тела: непропорциональное развитие — более развитая верхняя часть туловища, как правило это крупная голова, которую часто подчеркивают объемной и высокой прической, мощная шея с хорошо развитой верхней частью корпуса, ноги, часто короткие.
23
На работу я приехал в полдень. Не успел выпить кружку чая, как дверь распахнулась и в кабинет бодро ввалился Витковский, в руках он держал коричневую папку. С момента ночной встречи в кабинете Адамовича, прошло семь часов. Володя осунулся, под глазами легли темные круги, однако одет он был безукоризненно.
— Привет, начальник! Новости есть?
Я помотал головой.
Витковский поудобнее устроился на диване, затем вытащил из папки лист бумаги и через стол кинул мне.
— В кабинете Мятникова закладку мы вчера установили. Шепелев с утра в спецкомнате, слушает его, — тут он прервался, слегка заерзал и продолжил. — Донцов с 18.30 вместе с Бураковым пьянствовал в пивнушке «У кабана». Мое участие не потребовалось. В 20.00 они разъехались. Донцов поехал домой, мы его проводили, по дороге никуда не заезжал.
Из отчета я понял, что, Володя перелопатил, ряд последних сделок, стараясь найти конфликт интересов, но ничего подозрительного, не обнаружил. Проблема с Донцовым заключалась в том, что ему, как коммерческому директору, Адамович, предоставлял полную свободу действий. Поэтому Донцов — бывший работник министерства внешней торговли, ковал деньги там, где всё ему было знакомо — с зарубежными партнерами. У нас, частыми гостями бывали итальянские, французские и ливанские партнеры. Сфера интересов коммерческого директора была весьма широка, но в основном, конечно, крутились вокруг нефтетрейдинга.
Я делал вид, что внимательно слушаю его, хотя мои мысли были далеко.
Шеф познакомился с Донцовым в начале 90-х годов, когда тот еще работал в Вене в торгпредстве. Примерно пять лет назад Донцов пришел к нам директором по внешнеэкономической деятельности, а после увольнения Желтухина, занял его место. Шила в мешке не утаишь, и вскоре он привлек мое внимание: прошла информация, про получаемые откаты. Я докладывал Генеральному, хотя по мнению Витковского делал это совершенно зря, заместитель считал, что Ильич в доле с Донцовым. Возможно, так оно и было, а может быть, шеф понимал, что человек с нутром коммерсанта не может чтобы при сделке что-то не прилипло и к его рукам. Донцов был настолько полезен, что на его шалости Ильич закрывал глаза. Мог ли он быть организатором «наезда» на Генерального директора? На этот вопрос для себя я ответил — да, мог. Однако ничего подозрительного, Витковский не накопал.
Такой же результат, а точнее его отсутствие ожидал и в Департаменте менеджмента, непосредственно взаимодействующего с арендаторами. И здесь, конфликтов, которые могли бы привести к «наезду» на Генерального, не наблюдалось. Что касается участия в этом лично Мятникова, то, по моему мнению, он был слабоват духом, и в потенциальных злодеях я его не видел. Но зная, что характер директора департамента с изрядной подлянкой, исключать его из списка подозреваемых не стал. И, в ежедневнике, сделал пометку, добавить для показа экстрасенсу фотографии Донцова и Мятникова.
Оставалось еще отработать круг деловых партнёров Адамовича. А там бизнес-хищников, имевших возможности для наезда, было немало. Надо искать мотив…
Однако, в этот круг, Витковский вхож не был. Информацию собрать мог только я, но и у меня было немного возможностей. Адамович, как большинство интровертов, был человеком скрытным, и меня, привлекал исключительно при возникновении проблем. Подумав об этом, я отпустил Витковского:
— Володя, я буду занят сейчас, а ты продолжай копать.
А что еще я мог сказать?
Когда за заместителем закрылась дверь я взял из принтера лист бумаги и нарисовал круг, внутри написал — шеф. От него в разные стороны начертил три стрелки. В конце первой написал ОПГ. «Бандит сбежал, ранив милиционера, — думал я, постукивая ручкой по столу, — но согласиться с Волгиным, который то ли успокаивая меня, то ли прикрывая неудачную операцию сказал, что опасность миновала, я не мог». Риск сейчас не то, что не исчез, а скорее повысился. Это раз! Звонить на Петровку мне не хотелось, полковник разгребает проблемы, связанные с ранением сотрудника, хотя очевидно, что на поиск бандита брошены серьезные силы. Если нам повезет, и его задержат, да если он при этом еще и «расколется», только тогда появится надежда выйти на заказчика. А если не задержат? А если не «расколется»? Если, если… одни если! Скорее всего, за деньгами прислали отмороженного, рядового быка. Вряд ли он знает кого — то выше бригадира. По горячим следам, бандита не задержали, и значит шансы на это таяли с каждым часом.
Кто мог стоять за наездом? Собрать представления воедино, у меня не получалось. Однако Ильич, так или иначе знаком с наводчиком, в этом сомневаться не приходилось. Значит должна существовать связь: дружеская, ведь предают только друзья, родственная или коммерческая. Хотя, друзей, в нормальном понимании этого слова, у Ильича как раз и не было. Ну, если только Тур. Люди уровня Адамовича друзьями чаще всего называют деловых партнеров, да и то, как побочный продукт к получаемой выгоде.
Хм… друзья. Дай такому другу палец, он по локоть откусит. Хищники, одним словом. Любая слабость на их уровне не прощается, и, часто имеет печальные последствия.
«У кого, из окружения Ильича есть мотив?» — думал я. Снова и снова я задавал себе этот вопрос, написав на острие второй стрелки: деловые партнеры. Это два. Менеджмент — подписал я третью стрелку — три.
Итак, подозреваемые находятся в одной из трех групп: бандитов, партнеров или менеджеров «Ойл Веста».
Вынул из принтера еще один лист и озаглавил «Связи потерпевших», затем дважды подчеркнул. Надо искать, пересекающиеся связи Когана, Чернышова, Кузнецова, Бетмана и Адамовича.
Разделил лист на три части: общие друзья, общие интересы и общие враги. Для поиска эти области представлялись наиболее перспективными.
