Читаем без скачивания Наследие исполинов - Владимир Васильев

– Можно без господина, так короче, – предложил Хечерсбрандт.

– Идет, адмирал. Так что?

– Вторжение шат-тсуров столкнулось с непредвиденными сложностями, – ответил Хемерсбрандт. – Некие туристы организовали вооруженный отпор и даже вроде бы десант шат-тсуров слегка потрепали.

– Не потрепали. Состоялось две стычки, в одной погибли двенадцать десантников, во второй – почти сорок.

– И что сие означает?

– Среди туристов наш человек. Вероятно, туристов он и организовал на сопротивление. Но есть один фактор: он там не на задании. В отпуске. Точнее, на психореабилитации.

– Ну и что? – Адмирал пока так и не понял, что, собственно, нужно этому разведчику.

– Кроме нашего человека, среди туристов значится также оаонс-перевертыш с Иншуди. Вероятно, он также взаимодействует с разведкой своей доминанты. Цель его пребывания на Табаске неясна; известно также, что участие в «экзотик-тур» на Табаску он оплатил раньше, чем было принято решение отправить на отдых туда же нашего агента. То есть цель перевертыша – не наш агент. Его цель на Табаске.

– Что я могу для вас сделать?

– Прежде чем «Евразия» ввяжется в бой с флотом шат-тсуров, нужно забросить несколько человек на Табаску. Меня, еще двоих из экипажа, я потом укажу, кого именно, и взвод мобильной пехоты. В полной боевой, разумеется.

– Прикрытие нужно?

– Нет, придадите пехотинцам два орудия, так что канонир им все равно понадобится. Остальные двое из моих – специалисты, их участие тоже не вызовет подозрений. Кибернетик и мнемотехник. Пехотинцев желательно взять из роты разведки, той, что чистила базу Германа де Шатоли на Ганямеде.

– Сделаем. Сроки?

– Каково расчетное время финиша в системе Табаски?

– Сто одиннадцать часов с минутами.

– Сразу по финишу десантируемся. Десантироваться, кстати, придется методом точечной заброски.

Хемерсбрандт озабоченно нахмурился. Точечная заброска была делом довольно опасным и пока еще плохо освоенным.

Специальная установка счетверенных малых икс-приводов швыряла каждого десантника из стартовой гермозоны прямо в атмосферу нужной планеты. Наведение должно быть ювелирным, а десантники – опытными. Иначе – верная смерть. Разведрота, о которой упоминал Хмелевой-Фокин, проводила учебные занятия по точечной заброске, но реально ни одной боевой высадки не совершила.

– Вы не переживайте, адмирал. Маска расчетов наведения у меня имеется. Успеем, нужно будет обсчитывать уже готовые шаблоны. За оставшееся время вполне реально собрать все данные о каждом десантнике, от веса в снаряженном состоянии до пси-индекса.

– Отчаянный вы человек, капитан, – откровенно сказал адмирал.

Разведчик сухо улыбнулся:

– Работа такая…

– Все сделаем. Командовать взводом будете вы?

– Нет, зачем же? Офицер-пехотинец. Я его просто проинструктирую перед высадкой. Вот список всех, кто понадобится. Семнадцать человек, включая меня. Как приказ будет готов, список уничтожьте.

– Добро.

– Спасибо, господин адмирал!

– Служу Земле, – усмехнулся Хемерсбрандт. – Все мы принадлежим Земле, капи… э-э-э… лейтенант Хмелевой.

– Так точно, адмирал! – Собеседник встал. – Разрешите идти?

– Идите, – кивнул адмирал.

И подумал: «Удачи тебе, мальчик. Всем вам удачи, сорвиголовы».

Некоторое время он в задумчивости сидел, отрешенно глядя на столешницу и почти при этом не двигаясь. Потом включил селектор и попросил чаю.

– К вам еще один посетитель, сэр! – бодро доложил референт-ординарец.

– Кто? – Хемерсбрандт уже ничему не удивлялся.

– Вице-адмирал Рудовски.

«Ого! – подумал командующий. – Чего это он лично пожаловал, связаться, что ли, не мог?»

Патрик Рудовски, начальник штаба флота «Евразия». Второй человек после самого Хемерсбрандта.

Он вошел вместе со стюардом, даже пропустил стюарда вперед. Ну да, на боевом корабле поднос с горячим чаем лучше иметь впереди, нежели за спиной, да еще в чужих руках. В любой момент корабль может тряхнуть. Всякое бывает.

– Приветствую, Патрик! – поздоровался Хемерсбрандт. Больше он ничего пока не говорил и не спрашивал; ожидал, пока выйдет стюард.

Наконец тот покинул адмиральский кабинет. Рудовски молча приблизился и самостоятельно отключил селектор.

– Чего это ты пешком? – подозрительно спросил Хемерсбрандт.

Начальник штаба молча взгромоздился на стул для посетителей. Вне корабля, Хемерсбрандт знал, Рудовски обожает сидеть на стуле верхом, опираясь локтями о спинку. Но на флагмане мебель почти везде надежно крепилась к полу.

– Да так… Мысль одна возникла. А у тебя тут закрытое что-то было, как я понял.

– Излагай, – вздохнул командующий. Рудовски помассировал набрякшие мешки под глазами. Похоже, он не спал минимум сутки, а то и поболее.

– Ты не задумывался, куда именно мы заслали парламентерский бот азанни, на котором пик пирамид Ауни-на-Тьер прибыл в Солнечную?

Хемерсбрандт на секунду замешкался.

– Нет… А куда? Координаты дежурный из месячной сетки взял, ты же знаешь.

– Я не соображу, что и думать, Тим. Сетку я сам проверил, дважды. Все сходится на момент подписания приказа, все по штабной таблице.

– Так куда их заперли? Хотели ж вроде куда подальше, с глаз долой?

– Хотели. А заперли прямехонько на Ухту. Это Пронг – тридцать третья, как ты знаешь.

Хемерсбрандт в замешательстве провел рукой по лицу.

– Ну и ну… – пробормотал он. – И что же, они добрались?

– Да. Шифровка получена.

– Но… Собственно, какой в этом криминал? Целью было просто увести бот подальше, обезопасив лидера Азанни и Солнечную систему. Да что я говорю, ты сам все прекрасно знаешь!

– Знаю, – согласился Рудовски. – Ладно, пускай, совпадения случаются и похлеще. Допустим. Хотя я бы все равно покопал еще немного. Смысл вот в чем: Тсурра однозначно свяжет прибытие бота и операцию на Табаске. И задумается: а зачем мы это сделали? И будет Шат Унве тщетно ломать голову и грузить аналитиков в поисках связи между двумя никак не связанными фактами. Ручаюсь, трогать бот они не станут. Станут только втихаря наблюдать и перехватывать депеши…

– …и этим надо воспользоваться… – сразу уловил суть Хемерсбрандт.

– Именно! Нельзя экипажу позволить просто пробездельничать там четыре недели, а потом выслать за ними дежурного спасателя. Надо их озадачить, изобразить бурную деятельность. Пусть Тсурра грузит аналитиков, пусть ломает голову, пусть ловит черную кошку в темной комнате, хотя ее там нет в помине. Нам это только на руку.

– А кто там в экипаже? – уточнил командующий «Евразией». – Я не вдавался.

– Офицер, унтер и четыре десантника. Офицер – Дариуш Маримуца, ты его должен помнить.

– Помню, – подтвердил Хемерсбрандт. – В целом вроде толковый малый.

– Вполне толковый. Если справится и вернется – вполне можно представить на капитана.

– Слушай. – Хемерсбрандт уже листал деловой дневник одним глазом сканируя записи, а вторым кося на начальника штаба. – А чего им, собственно, на Ухте делать? Не снег же убирать. Давай их на Табаску переместим! Если Тсурра следит и выжидает, сквозь щит их скорее всего пропустят. Пусть дуют в район, где наши туристы войну затеяли. Пусть вместе попартизанят. Возможно, на них удастся оттянуть часть сил, занятых поисками искателей. А?

– На Табаску… Думаешь, пропустят?

– Конечно! Не реши шаты понаблюдать – бот бы уже сожгли. Еще на подлете. Состав флота Тсурры у Табаски просматривал?

– Разумеется, просматривал. Да, ты прав, наверное.

– Готовь приказ. Передадим шифроканалом, с помпой, чтоб точно перехватили. Голые координаты броска, без мотивов и заданий. Если уж путать шатов, так по полной программе.

– Будет сделано. Все, я пошел… – Начальник штаба так и горел нетерпением, словно за сравнительно долгую воинскую карьеру еще толком не навоевался.

– А чего ты пешком все-таки? Только без обиняков. Уже у двери Рудовски обернулся, храня на лице смесь нетерпения и озабоченности:

– Знаешь… Что-то не доверяю я сетям последнее время. А уж если твой кабинет прослушивается… Тогда все вообще зря.

– Не прослушивается, – буркнул Хемерсбрандт, хмурясь. – Запись ведется, но и защита тут будь-будь. Да и проверяемся шесть раз на дню.

– Я – восемь, – вздохнул Рудовски. – Ладно, пошел. Документ на подпись я с вестовым пришлю. Давай все-таки никаких сетей до связи.

– Договорились. Никаких сетей.

Парламентерский бот дзанни

Система Пронг-30, доминанта Земли

Сообщение пришло, когда Рафик Раджабов отсыпался, а лейтенант Маримуца с Клементом Суондредом совершали вылазку наружу. Дежурил Арнольд Суондред.

Связь поддерживали при помощи слабеньких лучевых передатчиков, чтоб уже килоунах в десяти от севшего в снег бота перехватить сигнал было трудно. Маримуца с Клементом особо удаляться не собирались, так что вызов засекли сразу.