– Итак, мадемуазель, вы хотели говорить со мной?
При звуке холодного, насмешливого голоса Астра вздрогнула. Задумчиво глядя на дорожку сада, она не ожидала его приближения сзади. Снова Ричарду Рэйвзу удалось застать ее врасплох!
– Ах, да, мой господин, – отвечала она, когда он, пробравшись сквозь живую изгородь, предстал перед ней.
– Ну говорите. Надеюсь, я не напрасно трачу время на встречу с вами.
Сердце Астры неистово застучало. Она не ожидала встретить Ричарда таким рассерженным и грубым. Кажется, он поверил лживым словам Изабель. Но ничего! Как только она объяснится, он снова станет самим собой, ее улыбающимся, очаровательным Ричардом.
Астра глубоко вздохнула и заговорила:
– Прошлой ночью из-за двери спальни мне был слышен ваш разговор с Изабель. Она солгала. Я вовсе не ищу богатого мужа. Лорд Ратстоув ничего для меня не значит. Изабель все подстроила, чтобы вы возненавидели меня и чтобы… добиться вашего поцелуя.
В его глазах она прочла удивление. Они скользили по лицу девушки, как будто выискивая подтверждение правоты ее слов.
– Значит, вы все слышали?
– У нас общая комната, а Изабель говорила довольно громко.
– И вы утверждаете, что ее слова – ложь?
Астра кивнула.
– Изабель почему-то недолюбливает меня. Каждое ее слово – ложь. Лорд Ратстоув, конечно, очень внимателен, но я вовсе не домогаюсь его. Клянусь!
– Но вы вчера сидели вместе на банкете… и позавчера.
– Это устроила Маргарита. Она дружит с лордом Дарли, и герцог попросил Фокомберга присоединиться к нам.
– И он для вас ничего не значит? Астра тряхнула головой.
– Я и не думала, что у него серьезный интерес. Но даже если и так, мне претит его внимание и неприятно то, как он смотрит на меня.
Ричард взял ее руки и подержал в своих.
– Теперь мне намного легче. К счастью, вы распознали греховные намерения Фокомберга, скрытые под галантными манерами. Я не имею права приказывать вам, но, пожалуйста, держитесь подальше от этого человека.
Теплота разлилась по телу Астры. Она полностью была поглощена созерцанием печального и озабоченного лица Ричарда. Жесткая ироничность его выражения уступила место трогательной нежности.
– Удивительно, откуда вы знаете, что я поцеловал Изабель?
Она вспыхнула.
– Я… я догадалась.
Загорелое лицо Ричарда волнующе приблизилось. У Астры перехватило дыхание.
– И вы, не побоявшись неприятностей, назначили мне встречу только для того, чтобы убедиться в верности моих чувств, – прошептал он. – Возможно ли, мадемуазель, что я вам так небезразличен?
Астра силилась вернуть душевное равновесие. Все обернулось вопреки ее планам. Она лишь хотела оградить Ричарда от Изабель и показать, что оценила его умение играть на чувствах и решила покончить с этой игрой. Как бы то ни было, сейчас она не могла заставить себя произнести и полслова.
– Ну признайтесь, Астра, ведь вы хотите, чтобы я поцеловал вас.
Завораживающий голос. Черные озера горящих глаз. Астра как будто соскользнула в их темную тайну, потеряв всякую рассудительность.
– Я… я хочу, чтобы вы поцеловали меня.
Она ощутила легкое, прерывистое дыхание, приятный, еле уловимый запах его тела, а при взгляде на манившую фигуру почувствовала предательскую слабость и дрожь в ногах.
Ее пальцы еще хранили воспоминание о гладкой и шелковистой коже на его груди. Она обняла Ричарда и провела рукой по мощным мускулам под туникой. Теплое прикосновение мягких губ заставило ее поддаться на уговоры ласкающего языка и открыть свои, разрешив ему скользнуть внутрь. Необычные ощущения оглушали и пронзали ее дрожью. Она поняла, что касаниями языка он подражает движениям другой части тела внутри женщины, и с любопытством пыталась вообразить, на что же это должно быть похоже; действительно ли соитие приносит такие неземные ощущения.
Она испытала чуть ли не боль, когда Ричард прервал поцелуй и медленно отстранился. Его дыхание участилось, черные глаза поблескивали искрами удовольствия. Она не понимала, почему он остановился.
– Вам понравилось, Астра? Хотите еще?
Слишком смущенная, чтобы ответить, она неотрывно смотрела в сторону, на пчелу, летающую над бледно-желтой розой, которая росла неподалеку.
– Вам следует быть осторожнее, – Рука Ричарда добралась до выреза ее платья. – Пчелы могут по ошибке принять вас за цветок.
В наступившем молчании она следила за его пальцами, которые скользили по украшению на лифе голубого шелкового блио, игриво повторяя очертания вышитых серебряных цветов. Его рука, путешествующая по гладкой ткани, остановилась отдохнуть на складке хлопковой камизы, которая выглядывала из глубокого выреза. Астра затаила дыхание, следя за игрой со шнурками, стягивавшими платье, и полурастерянно, полуиспуганно ждала, когда Ричард начнет их развязывать; но пальцы протанцевали обратно, слегка потеревшись о выпуклость груди.
– Такой фасон как будто приглашает мужчин развязать шнурки и посмотреть, какие сокровища спрятаны под ним. Вы нарочно надели его, чтобы меня помучить?
Она промолчала. Он сильно сжал ее руку мозолистыми пальцами и едва слышно пробормотал тихим, соблазнительным голосом:
– Я хочу тебя, Астра! Хочу безумно! Но здесь мы – на виду, нужно найти место, где никого нет.
Астра глубоко вздохнула. Она жаждала его не меньше, но не смела предаться греховной страсти.
– Я ошиблась, встретившись здесь с вами, – отступила она. – Кажется, вы все еще находитесь в заблуждении, думая, что я согласна на случайный флирт.
– Нет, я не заблуждаюсь, а уверен, что ты хочешь то, что я тебе предлагаю.
Он потянулся к ней всем телом, пододвигаясь все ближе и ближе, но она хорошо знала магическую притягательность его стальных мускулов, блеска загорелой кожи и темных волос.
– Остановитесь, – вскрикнула Астра, вскинув руки и оттолкнув его. – Вы слишком расторопны для меня, мой господин. Возможно, вам следует подыскать для таких игр кого-нибудь еще…
– … кого-нибудь вроде Изабель?
Астра почувствовала, как защемило ее сердце. Нет. Она не допустит, чтобы его выбор пал на Изабель.
– Что, не нравится? Ладно. Как бы то ни было, мне нужно, чтобы твое желание было таким же неистовым, как мое.
Он раздвинул ноги, притянул ее и зажал между коленями, его пальцы забрались под вуаль и поглаживали девичью шею. Затем он поднял за подбородок ее лицо и внимательно заглянул в глаза. Твердая и горячая плоть, ощущаемая через тунику и платье, уперлась Астре в живот, в то время как его губы жадно искали поцелуя.
Лавина ощущений обрушилась на нее: невыносимые толчки языка, жгучий огонь пальцев, ласкавших шею, напряженная мужская твердь, стремившаяся в нее с неумолимой силой. Она хотела отстраниться и в то же время прижаться, прижаться еще сильнее.
