Но девушка вмиг нещадно смогла оборвать его на подобной мысли, ясно дав понять, что это лишь очередная игра. Фарс, зачинщиком которой стал он сам. А ведь Антон чуть было не повелся на поводу своих желаний. Но быстро обуздав их, решил принять вызов. И если честно, то готов был согласиться с условиями Владиславы, приняв её вызов, надеясь обойти в этой нелегкой игре, что все больше походила на шахматную партию – кто скорее успеет просчитать ход другого, опережая и вырываясь вперед.
И в этот раз Ильина опередила его, как минимум на один ход, приняв позу равнодушия. Построив невидимую стену и натянув маску снежной королевы, она с мужеством «терпела» все его нежности, ласки, попытки выпустить её истинные желания наружу. Почему-то в том, что они существуют, мужчина не сомневался…
Но вмиг вспыхнувшее вожделение тут же исчезло, как только Антон сообразил, что не хочет пользоваться её положением. Возможно, он бы и заставил её выйти из оцепенения, но… не этого он хотел. Не хотел добровольно-принудительно. Да, черт возьми, еще ни одна… ну практически ни одна (сумасшедшая дурочка, влюбленная в его «друга» не считается) не могла устоять перед ним. Да, пускай это звучит слишком самоуверенно, но это действительно так! Поэтому сорвался, психанул, и… сбежал. Просто потому, что не мог находиться в одном помещении с ней и дальше. В тот момент Антон даже пожалел, что ему пришла такая «гениальная» идея, как номер на двоих. Но менять чего-то, выселяя Владу во внезапно освободившийся номер, тем самым показывая свою трусость, было не в его стиле. Гораздо правильнее было пойти и выпустить где-то пар. И единственно верным на тот момент способом могла стать только изрядная порция алкоголя и другая женщина, что заставит забыться в своих объятиях о нелепых чувствах к Ильиной.
Не сомневаясь в эффективности данного способа, Антон прямиком направился в бар гостиницы. Учитывая, что вечер вступал в свои права, можно было не сомневаться, что там найдется та, кто поможет изгнать «тоску». И она нашлась. Точнее даже несколько. Но решив, что это будет перебор, Громов, остановив внимание на самой симпатичной, тоже брюнетке с длинными волосами. Прямо как Влада. Наверное, в тот момент ему хотелось отыскать альтернативную замену. Правда в этой замени ничего общего с Владиславой, помимо цвета волос и не было, зато она была покорной. А это стало ключевым моментом в данной ситуации.
Практически сразу, толком и не познакомившись, та девица потащила Антона к себе в номер. Похоже, что ей еще больше, нежели ему, хотелось подобных развлечений. Чему Громов был совершенно не против. Не сильно размениваясь на прелюдии, мужчина быстро принялся удовлетворять свои похотливые желания и животные инстинкты. Он действовал жестко, местами даже грубо, надеясь забыться и искоренить всяческие эмоции, желая вернуть себе былую жестокость и уравновешенность. Хоть в большинстве своем Антон любил, когда партнерша получала не меньше его, но не в этот раз.
Но даже подобная жесткость не могла помочь ему. И будучи с одной, перед глазами снова и снова возникала другая. И злость от этого становилась еще сильнее. Злость на Владу, на самого себя. В первую очередь на самого себя, потому что именно он сам, а никто иной не даже развлекаясь с другими женщинами, не мог забыться и не думать о Владиславе.
Да с ним вообще такого никогда еще не было! Вместо того чтобы отвлечься давно проверенным и действенным способом, Антон вышел из номера незнакомки еще более обезумевшим, если так можно сказать. Да, наверное, это самое подходящее сравнение. Обезумевший, как самый обыкновенный псих. Никакого успокоения, а уж тем более удовлетворения собственных желаний не было и в помине. Напротив, лишь неконтролируемая злость, раздражение, нервозность…
В тот момент мужчине показалось, что готов не просто кого-то стукнуть, хотелось кого-то прибить. Крушить все вокруг. Но это было не лучшим вариантом. И не самым удачным. Возвращаться в номер, там, где постоянно мельтешила Влада, тоже не было верным. «Сблизится» захотел! Идиот! Только лишняя нервотрепка и никакого личного пространства.
Раздосадованный сложившейся ситуацией, Антон не придумал ничего лучше, кроме как вернутся снова в бар, чтобы хоть алкоголем заглушить непонятные мысли и терзающие изнутри желания. Мужчина смутно помнил, как оказался в полупустом ночном баре, как опрокидывал рюмки коньяка одна за другой, как к нему подсела какая-то смазливая блондинка в красном откровенном платье. С первого брошенного взгляда на неё, можно было определить, что это очередная охотница за деньгами, мечтающая подцепить богатого мужика, и плевать, даже если тот никакой. Главное, оправдать цель. А целью для таких всегда были деньги. Готовые ложится под любого и каждого, опускаться до унижений, только бы получить заветный лакомый кусочек с деньгами. Ну и плевать. Антон никогда подобными не брезговал, но и не задерживались они у него на дольше, чем одна ночь.
Вот и тогда… Уверенный… Точнее почти уверенный, что эта полная противоположность Влады, как внешне, так и внутренне, поможет ему забыться. Хотя после той брюнетки уже не был ни в чем уверен.
Подхватив со стойки бутылку с остатками дорогого коллекционного коньяка, Громов потащил девушку в красном к себе в номер. Точнее тащила в основном она, потому что Антон с трудом держался на ногах, лишь указывал путь. Тогда мужчине было даже смешно. Ладно, первую брюнетку еще можно было понять – он хотя бы на ногах стоял. Но сейчас… На что готова еще эта девица, в надежде захомутать очередной денежный мешок, помимо того, чтобы переспать с неадекватным и пьяным вдрызг мужланом? Это Антон намеревался проверить сразу…
- Вау, да ты не просто красавчик, но еще и… - радостно охнула блондинка, оценивающе пробегая взглядом по номеру. Но осеклась на полуслове, видимо решив, что лучше мужчине пока не знать о её намерениях. Вот только Антон и так все отлично знал и понимал. Такая же, как и остальные.
- Ага, еще и с солидным счетом в банке, - хохотнул Громов, залпом осушив остатки алкоголя прямо с бутылки. И сразу же ухватил блондинку за талию стальной хваткой. А девушка, сообразив, что от неё требуется, повиснув на его шее, принялась лобызаться в губы, щеки, измазывая своей противной ярко-красной помадой. В другой момент Антону, наверное, это показалось бы приятным, или, по крайней мере, вполне нормальным. Но эти слюнявости ему сейчас были ни к чему.
В какой-то момент у Громова вообще, словно что-то перещелкнулось в голове. В этот миг он вспомнил о Владиславе, о которой предпочел забыть, пока тащил сюда блондинку.
Влада, которая вероятнее всего находилась за стенкой. Её неприступность, нахмуренные брови, упрямо поджатые губы, руки, сложенные на груди, словно преграждающие путь, и ставящие стену между ними. И это было гораздо сексуальнее, нежели эта полуголая, на все доступная девица.
