подушками заряженный пистолет, способный одною пулею уничтожить всех нас, вкупе с каким-нибудь ловко подстреленным французом.
Малой приятностью было надевать на себя капитанскую форму, уже успевшую пропахнуть свежей землею и остывшим трупом, однако ж пришлось потерпеть. Благо. Капитан не успел окоченеть деревянно по причине прогревшейся за день земли. Рукава и штанины оказались слегка коротки мне, но да не беда. Евгению, тоже морщившемуся, Полина Аристарховна подобрала цивильное платье от своего батюшки. Оно пришлось ему, напротив, великовато, однако его даже успели чуть подогнать на живую нитку, прежде чем зашумело и загрохотало кругом, а усадьба показалась спасительным суденышком в грозном и неумолимом потоке неприятельской кавалерии.
Вообрази, любезный читатель, необычайную троицу, вышедшую встречать короля Неаполитанского, фигуру еще более необычайную. Рослый красавец и герой, коего даже казаки уважали за безудержную отвагу, сговорившись никогда не стрелять в него, а только брать живым в плен, коли Бог благословит, – вот кто был настоящим мастером машкерада! Мундир изумрудный, штаны желточные, сапоги сияния осенней зари! И плюмажи страусовые в сажень!
«Вот бы пару перьев да на «лыцарский» шлем Пашки! – невольно позарился я в мыслях своиз. – Восхитил бы молодец Прекрасную Даму, утолил бы мечту свою до конца!» (Раненого кузнеца, понятное дело, унесли в деревню.)
Мой доклад, выученный со слов Нантийоля, никакого впечатления на короля не произвел. А вот Полина Аристарховна произвела изрядно, еще не сказав ни слова, а только сделав изящный книксен! Нарядилась она еще более ослепительно – не к встрече неприятеля, а прямиком к коронации некого принца… Но, разумеется, не платье роскошное произвело эффект на короля, – видывал он наряды и побогаче, – а несомненно красота и стать молодой хозяйки имения, едва уступавшей ростом величественному Мюрату!
– Ах! – вздохнул он. – Есть девицы в русских селениях!
И рассыпался в комплиментах и любезностях… впрочем, довольно торопливых.
– А теперь поскорее покажите мне ваш дом и самую лучшую комнату в нем для приема самого важного гостя! – с удивившей нас с Евгением деловитостью полкового интенданта потребовал он.
На предложение откушать с дороги, к нашему вящему удивлению, Мюрат отмахнулся:
– Позже. Впрочем, готовьте. Но не накрывайте, чтоб не заветрилось.
Полина Аристарховна повела короля в дом. Мы с Евгением на правах разведчиков, уже проведавших все ходы и выходы, немедля пристроились вослед, и, к нашей радости, рынды короля оттеснять нас прочь не решились.
Все дороги в доме сем вели к роскошной гостевой опочивальне, где мне уже дважды довелось трапезовать с неприятельскими командирами, опочивальни той ничуть не достойных. Теперь и духу их тут не было: чистая спальня сияла в лучах солнца, уже катившегося на закат, баснословная постель была убрана лучшим французским бельем.
– Вот, извольте взглянуть, ваше величество, – смущенно проговорила на пороге Полина Аристарховна. – Чем богаты… Не Версаль, разумеется…
– О! – довольно возгласил король, войдя в комнату. – Отчего же не Версаль?.. Я и не надеялся увидеть в глухих варварских лесах такую роскошь. Как раз то, что надо… Если только император не прикажет собрать здесь и поставить свою походную железную кровать…
– Какой император? – простодушно вопросила Полина Аристарховна.
В тот миг у меня, признаюсь, в глазах потемнело!
Мюрат громоподобно рассмеялся:
– А вы какого императора ожидали в гости, сударыня? Неужто своего?
Полина Аристарховна стояла совершенно потерянная. Я, кажется, уж овладел собою. Евгений, оцепеневши, смотрел на меня, но, чудилось, будто видит он не меня, а сквозь меня вдали – самого императора Франции, шествующего прямо ему навстречу по глухой лесной дороге.
– Прекрасный дом. Уединен. Выглядит маленьким укрепленным замком, – быстро и с весьма довольным видом проговорил Мюрат. – Прекрасная обстановка. Сведения разведки и авангардного отряда оказались верными… Готовьтесь, сударыня. Бог посылает вам невероятную возможность войти в историю. Ожидайте в ближайший час визита императора Франции.
Все мы были так поражены, что даже отстали от Мюрата, поспешно покинувшего дом. Драгунское половодье частью отхлынуло от усадьбы, остался лишь полуэскадрон стражей.
Горячечные мысли закружились вихрем в голове моей: «Я увижу самого Бонапарта! Я могу убить его, если изловчусь подобраться поближе! И тем спасу Россию от великого злодея! Конечно, погибну сам… но ведь и Полину погублю несомненно!.. Но ведь Отечество спасу… А если промахнусь, тогда все равно погибнет Полина… А не ли лучше удрать немедля и сообщить полковнику… что, полковнику! – Прямо самому светлейшему – о местоположении Бонапарта! Ежели скрываться, то прямо сейчас… И тогда черт с ними, с поединком и сим Зоилом!»
Евгений как будто наблюдал роковые зарницы, вспыхивавшие в глазах моих. Он вдруг подступил сбоку и зашептал, едва не обжигая мне ухо:
– Клянусь, я немедля убью вас, плюнув на дуэльный кодекс, если вам вздумается теперь покинуть усадьбу!
– Неужели?! – опешил я. – Ведь совсем недавно вы едва не умоляли меня скрыться подальше от нее.
– Диспозиция изменилась. Вы скроетесь, чтобы немедля донести на главную квартиру о месте тайного пребывания императора, – вполне прозорливо заметил он. – Я предупреждаю вас о том, что без колебания застрелю вас в двух случаях: если вы попытаетесь исчезнуть… или же если вам придет в голову безумная мысль совершить покушение на императора. С сей минуты я стану вашей тенью, ни на шаг не отходя от вас.
– Даже если меня крайняя нужда позовет? – с горечью усмехнулся я, видя, что и вправду мне от него не отделаться, если только сам не покончу с ним, не прибегая к дуэли.
– Не побрезгую, – так и отрезал Евгений. – Впрочем, я даже завидую вам. Судьба посылает и вам невероятную возможность – увидеть вблизи императора Франции… Тысяча дьяволов!
Внезапно появилась со своими заботами запыхавшаяся Полина Аристарховна. Пока я видел ее перед собою, я решительно отгонял от себя мысль о покушении на Бонапарта.
– Сам император!.. – всплескивала она руками. – Вообразите, господа, мой батюшка предрекал сие невероятное событие, а я не верила ничуть! Что же мне теперь делать? Как же мне принять Бонапарта, чтобы не срезаться?
– Будьте покойны, Полина Аристарховна, император Франции куда скромнее, нежели многие его маршалы, – назидательным тоном проговорил Евгений. – Он очень прост в обращении. Он вполне будет доволен простым куском поджаренного мяса и не изящным бокалом, а стаканом красного вина, коего у вас, кажется, достаточно на всю Великую Армию. Принимайте его
