— Я вижу следы ее удовольствия на её же теле- пробубнила я, правда уже не так уверенно.
На самом деле, от чего только люди не кончают. Может правда у них дома идиллия, мир и счастье? А я тут со своим уставом. Раздраженно выдохнула, расслабляясь, за что получила поощрительный легкий поцелуй в затылок. Офигеть! А это-то что было?!
— Её сумрачность, Диле Кара! — провозгласил тем временем церемониймейстер, перекрикивая аплодисменты, которыми гости благодарили за прекрасный танец завершившую свое выступление демонессу.
Я вздохнула и вскинула подбородок, подражая предыдущей Диле. А Бальтезар, словно нехотя, разжал руки, на секунду задержав в своих соскользнувших вниз ладонях мои пальцы.
— Надеюсь, тебе понравится- не оборачиваясь, бросила я ему.
— Мне уже нравится- едва слышно прозвучало в ответ, заставив мое сердечко заколотиться от непонятной нежности и удовольствия.
В итоге, в круг я вошла не с тем выражением на лице, которое планировала.
Глава 27
Глупо улыбаясь, я расфокусированно прошлась взглядом по толпе. Гыыы…
Кхм-кхм…Надо срочно брать себя в руки! У меня тут Ритуал Демонстрации силы, как-никак намечается! Эх. Надо вести себя, как любой другой приличный Демон- типа я офигенно опупенен и зело могуч! Нет. Судя по всему, опять с лицом что-то не то. Тетя, вон, удивленно бровки вскинула. Церемониймейстер, по моему, терзается муками, как бы тактично у меня уточнить, не приспичило ли мне в нужник. Или, не дай Тьма, рожать.
Вздохнула. Мда. Игры мордой лица это, все-таки, не мое, Надо это признать.
Потому, приступим:
— Прошу вынести клетку! — попросила я.
Специально подготовленные лакеи тут же, на двух руках, вынесли в круг накрытый покрывалом предмет.
— Для начала, хочу узнать у присутствующих, знаете ли Вы, кто такие въёльты и чем они опасны?
По толпе прошел робкий смех и перешептывания.
— Деликатес? — неуверенно уточнила одна из приглашенных дам.
— А опасны, соответственно, несварением! — рассмеялся ее спутник, заражая своим смехом собравшихся.
Я терпеливо переждала взрыв всеобщего веселья, снисходительно улыбаясь:
— Что-то еще о них известно? Может кто-то держит их дома?
— А как же! В леднике есть парочка! — продолжать мочить коры местный юморист.
— Ясно- весело отозвалась я- В таком случае, у меня для вас есть несколько удивительных открытий. А Вы, уважаемый, могли бы мне помочь. Пройдете ко мне в круг для помощи в демонстрации?
— В круг к Демону в Ритуале? — ошеломленно уточнил он, сразу растеряв свой позитивный настрой- Почему я? Я чем-то не угодил Сумрачному Гиёну?
В ответ, я только снисходительно ухмыльнулась и, ловким движением руки, сдернула покрывало. Толпа изумленно ахнула и тут же зашлась смешками и комментариями.
В сравнительно небольшой клетке, на жестком полу, умильно жались друг к другу мои жестокие кадеты- то есть все десять пушистых сиреневых котят. Вообще-то, сперва они сидели на двух огромных мягких подушках. Но, судя по всему, в пути их застало время ужина. А может бархат обивки оказался нужного урожая. В общем, подушек уже небыло и в помине. А вот довольные котята были.
Я аккуратно открыла дверцу клетки, выпуская на волю отряд смерти. Киски тут же, неуверенно, начали выползать наружу.
— Вы все еще отказываетесь? — с доброй улыбкой уточнила я.
Мужчина рассмеялся и уточнил:
— Демонстрировать будут зверушки? Вы принимать истинную форму не планируете?
— О, нет! Боюсь, что представленная сейчас форма и есть истинная- смущенно развела я руками- Я не Демон.
В зале поднялся недоуменный ропот.
— Но, поверьте, мне есть что продемонстрировать. И, думаю, сомнения в моей силе отпадут сразу у многих! — договорила я, повышая голос.
— Ну, раз так, Претемная Диле, я не вижу причин отказать Вам- с шутовским поклоном отозвался мужчина и смело шагнул в круг, тут же принявшись кланяться высокой публике, под их смешки, свист и аплодисменты.
— Приступим- тем временем оповестила я- Хочу сразу успокоить присутствующих- меня заверили, что въёльты не смогут покинуть круг. Так что безопасность каждого из вас, за исключением моего уважаемого ассистента, гарантирована!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Вы имели в виду безопасность Ваших въёльтов, конечно, Ваша Сумрачность- продолжал упражняться в стендапе несчастный- Но уверяю Вас, никто не посмел бы без спроса скушать Ваш завтрак.
Толпа грохнула слаженным хохотом. Я посмотрела на Бальте, который, в ярости, неимоверным усилием воли держал себя в руках. Хотя его алые глаза и плотно сжатые губы без слов говорили, как ему не терпится вырвать кадык зарвавшемуся хохмачу, который совершенно потерял границы, насмехаясь над его Диле. Я успокаивающе улыбнулась Гиёну и чуть заметно кивнула- пусть знает, что это всеобщее веселье мы с тетей предвидели. Тем сильнее будет контраст…
Взмах моей руки, и маэстро опускает руки на клавиши. Говорят, это довольно популярная сегодня мелодия. Каждый из присутствующих знает ее. Может предугадать изменение тональности, или какая рулада последует за следующим пассажем. Тем приятнее наблюдать, как меняются их лица, когда, точно следуя аккомпанементу и моим тихим командам, котята водят хороводы, быстро перестраиваются в сложные фигуры, меняются местами и перепрыгивают через спинки друг друга.
— Все это кажется милым, не так ли? — чуть громче говорю я, заглушая музыку- Но въёльты не так безобидны, как кажется на первый взгляд. Это опасное оружие. Это смерть, которая крадется на мягких лапках. Вы готовы умереть от зубов этих малышей, мой друг? — обращаюсь я к невольному ассистенту.
— За Вас, Ваша Сумрачность, без колебаний! — все еще шутя, кланяется он.
— Голос- негромко произношу я команду, делая шаг назад.
Аккомпанемент внезапно смолкает, обрываясь на совершенно нелогичной ноте, потому что воздух вокруг вдруг всколыхнулся и зазвенел тысячей хрустальных струн. Осколки солнечных бликов осыпались вместе с песней маленьких котиков, пронзая до самой сути, наполняя и топя в нежности. Каждый из присутствующих на мгновение перестал дышать, чтобы уже в следующий миг жадно глотнуть воздух, и тут же захлебнуться голосами сиреневых фей. Сердце сжалось от переполняющих его чувств. Где-то в районе солнечного сплетения задрожала и, с мелодичным звоном, оборвалась струна, которая удерживала душу в теле, на этой земле. И вот уже эфирная субстанция стремится ввысь, под облака, вслед за уплывающими голосами, которые рождают музыку сфер, песню Фениксов…
— Да твою-ж мать!
Ну вот почему, как только я вся такая погружаюсь в поэзию момента, тут же находится тварь, которая меня из этого момента за шкирку вытаскивает и прямо носом в быт, в серость, в реальность!
— А…Прости, моя хорошая! Ты совсем даже не тварь! Ты моя девочка ненаглядная! — ласково бормочу я вовремя подошедшей Фиалочке, которая своими, уже такими родными коготками ловко так прошлась по моей нежной, недавно проэпилированной ноге. Больно, кстати!
Но что такое боль, когда у меня тут лежит нечаянная жертва бесноватых котят! Вон, облепили уже всего, как комары нагое тело на речке в Псковской обрасти. Глазки наивненькие, ротики кровожадненькие. А из ротиков вторая челюсть торчит…
Вы-ж мои ми-ми-мишечки!
— Тишина- внятно произношу я, не позволяя себе заново погрузиться в эйфорию их пения- На место!
Котики молчаливо и без пререканий стайкой следуют в клетку. Надежно запираю дверцу, как только последний хвостик оказывается внутри, и поднимаю глаза.
Бывали ли вы на деревенском кладбище? Это я к тому, что там тишина менее выраженной будет, если что. Там и птички всякие, и кузнечики… У нас же образовался звуковой вакуум!
Потом раздался первый звук. Это с пола поднимался, стеная, белый, как полотно, мужчина. Ужас, застывший на его лице, на какое-то мгновение окатил меня жгучим стыдом.
— Все в порядке, уважаемый? — тихо спросила я, делая шаг к нему.
Мужчина дернулся и, непроизвольно, отполз к краю круга. Я замерла.
