— Эй, Что молчишь? Матвей, ответь! — Меня толкнула улыбающаяся девушка. У Шел настроение здорово повысилось, понравилось ей трофеи собирать.
— Пива хочу. — Буркнул я, закрывая между тем ненужные иконки трофейного браскома.
— А? Нет, я тебя про это барахло спрашиваю. Почему его не в зимовье или не в лабазе спрятали?
— Потому что это японский клан, Шел. Их мало, но сюда попадают в основном якужза. А они за своих держатся намертво, и будут мстить. Прямо скажу. Если бы я убил японцев — спалил бы к духам пустоты все барахло, которое могла навести на мой след. Это пожадничали. А я офицер полиции, придется теперь с япами связываться, переговариваться. Нет. — Я махнул рукой встревожившейся девчонке. — Все это наше. Разве найдутся наследники, и выкупят у нас это за полцены. Но в любом случае, никаких проблем с этим нет. Но вот для тех, под чьим крылом ходили трапперы — для них проблема. За своих япы спросят по полной. И спросят в любом случае, не думаю что шериф, а точнее, мэр утаят это от старейшин Киото. Чем больше проблем у здешних обитателей — тем меньше проблем у нас. Так что в скором времени у кого-то со здешнего берега резко пойдут дела плохо.
Ну да, все так. Разве браском я должен отдать не здешним японским мафиози, а представителю Императорского Флота, или какому-либо Полномочному Послу Микадо. А это вряд ли в ближайшее время. Пожизненное — вещь такая. Раньше чем через двадцать пять годов я даже права на апелляцию не имею. Хотя, мне и здесь нравится.
А тем временем часть информации с браскома считалось. И кое-что было весьма интересно. Очень. Просто невероятно интересно.
******************************************************************************
— Нет, Вера. Я все понимаю, любовь и прочее — но тебя мы просто не выпустим. Еще и потому, что в таких делах нужна холодная голова. Ты начертила достаточно точную карту, и даже сумела передать Федору часть местных пейзажей. — Мэр прихлопнул тяжелой ладонью стопку бумаг на столе. От этого вроде как легкого движения пол в комнате ощутимо дрогнул.
Встав, здоровенный мулат неторопливо прошелся по комнате, поскрипывая половицами, остановился около стены с достаточно подробной картой. Центром ее был Звонкий Ручей, и течение Великой на триста-четыреста километров вверх и вниз. Левый берег был очерчен неровной дугой, максимально удаляясь от Великой на двести километров с небольшим. Правый же берег был изучен намного меньше, кое-где прямо от реки шли белые пятна.
— Команда готова? — Мэр повернулся к сидящему тут же Федору.
— Да. — Федька встал. — Со мной семь человек, шестнадцать лошадей. Все опытные искатели, я с ними хоть раз, но в экспедициях бывал. Единственное, Вера Герду не отпускает с нами. Но с другой стороны, мы головану толком и не поймем. С таким же успехом можно простых собак взять.
— Хорошо. — Мэр уселся в свое кресло, достал было из шкатулки сигару, но поглядев на недовольно нахмурившуюся Веру, положил ее обратно. — Будьте осторожны. И берегитесь не только отморозков с того берега. Матвей, тоже неизвестно в каком состоянии, а стрелять он и на слух может. Так что спешите, но не торопитесь, нет ничего хуже, чем словить пулю от своих. Идите и работайте!
Прихлопнув рукой по столу, и таким торжественным образом закончив это небольшое совещание, мэр занялся делами города, а Вера и Федор вышли на улицу, где у коновязи стояли легкие городские санки, запряженные меланхоличным мерином.
— Не переживай, сестрица, вытащим мы твоего Матвея. — Федька подхватил Веру за талию, и подсадил на высокую скамью саней. Он уже давно относился к девушке, как к своей старшей сестре. Умная, ругает только по делу, иногда кормит вкусняшками, похмелиться можно втихую — чего еще от сестры надо? Да еще ее мужик свой в доску и лучший друг здесь — точно ближайшая родственница.
— Легко сказать, Федь, легко сказать. — Вера хоть и улыбнулась, но все равно была смурной. — Тебе проще, тебя отпустили. А у меня уже который день душа не на месте. Это девица у меня получит, повыдеру я ей космы-то. А не дай бог, на Матвея глаз положит — точно голову оторву.
— Вер, ты на Матвея то не наговаривай. — Федька разобрал вожжи, и щелкнул ими по спине мерина. — Но, пошел! Матвей-то тебя без ума любит, сама знаешь. Да и с простреленной задницей не до амуров, прово слово.
— Вот я и проверю, до амуров или нет. — Девушка закуталась в шубку, и замолчала. Так молча и ехала до больницы, где попрощалась со своим возничим, и отправилась заниматься делом. Работы у хируруга, и вообще врача хватало, потому она и не стала возмущаться в мэрии. Бросать одного дока Хьюи сейчас, когда только прооперированных с воспалением аппендикса в палатах лежало четверо — на это у Веры совести не хватило. Хотя ради Матвея она готова была прям сейчас все бросить, и рвануть к этому гребаному зимовью просто на лыжах.
Следующие два дня мы с Шел готовились к эвакуации. Ну, то есть сортировали набранное и затрофеенное, увязывали и упаковывали. Девушку, на которую свалилась основная тяжесть работы, увлеклась этим захватывающим делом настолько, что готовка снова легла на мои плечи. Ну, я и не против, пожрать готовить я и ТАМ, еще в той жизни, любил. Правда, там это в основном сводилось в компоновке полуфабрикатов в кухню-комбайн. Готовить именно из свежего мяса удавалось очень редко.
Самый прикол, что большинство случаев такой готовки пришлось на время моего романа с Евой. Мы с этой бедовой девчонкой обычно спускались на нулевой уровень. Среди груд техногенного хлама и отходов было несколько тихих и чистых местечек. В одном их них было болотце, где водилось множество мутировавших нутрий. Здоровенных и злющих зубастых тварей, способных ногу оттяпать своими зубками. При этом шустрых и умных, ныряющих и прячущихся при малейшей угрозе. Но супротив меня, вооруженного пусть стареньким, но надежным штурмовым карабином Лебедева под унитар первого образца, эти зверушки не плясали. Ева обычно пикировала на мобиле, я успевал отстрелять пару унитаров, и мы подбирали плавающие на поверхности тушки, после чего не менее лихо линяли оттоль. Незаконная охота достаточно серьезное правонарушение. Хотя, езда на левом мобиле без номеров нарушение не менее тяжкое.
Пару раз за нами увязывались егеря на своих коптерах, но я отодвигал девчонку от управления, и показывал класс боевого пилотажа среди старых зданий. Оба раза егеря отставали на третьем повороте.
Сейчас я понимаю, что творил большие глупости, и вполне вероятно, намного лучше было просто увезти Еву оттуда, официально жениться, нарожать с ней табунок детишек. Но я не жалею ни об одном мгновении из тех времен, какие бы сумашедшие они не были.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
