Хоть из глаз и ручьём текут слёзы, я умудряюсь различить на другом конце двора клетку с алабаями. Моими гигантскими друзьями. За время, что я их кормила, они перестали видеть во мне врага и жратву на ночь. Только им удастся сейчас мне помочь…
Вдох-выдох. Господи, помоги!
Через жёсткий натяг полушарий мозга, врубаю инстинкт самосохранения и вспоминаю азы самообороны, которым меня учил Богдан. Как он там говорил? Если держат сзади за голову, то нужно схватить кисть нападающего, резко крутануться, вывернуть ему руку и пинать по морде…
Ага, проще сказать, чем сделать! Я быстрее без скальпа останусь и свёрнутой шеей, чем сдвину такого титана на миллиметр.
Была-не была! Главное, добежать до псов с ножом в пояснице, на волосы уже плевать.
Раз, два, три!!
Приложив все силы, что ещё остались, рывком цепляюсь за ручищу Разина и так резко выворачиваюсь, что чувствую, как нож острым лезвием проходится по всему моему боку, распарывая кожу до крови.
Взвизгнув, наваливаюсь всем телом на мощную руку Алика, склоняя к земле и ударяю его коленом в лицо. Ногу простреливает, ахаю так, что закатываются глаза. Куда уж мне против тяжеловесного бойца? Кости только поломала!
Но то ли это везение, то ли из-за того, что меня обучал лучший из лучших, мне всё-таки удаётся выкрасть несколько секунд, пока Разин удивлённо трогает свой нос.
Не мешкая, надрываю горло и с бешеным криком мчусь к своим алабаям, которые уже кидаются на прутья, грозясь прогрызть железо и отгрызть Разину башку.
Хоть и не оборачиваюсь, знаю, что он бежит следом. Такая мешанина из звуков. Стрельба, разрывающаяся сигнализация, мой крик, лай собак, рычание Алика. Оглохнуть можно.
Добравшись до собак, я вдруг с настоящим глубоким отчаянием понимаю, что ключи от клетки у кого-то из охранников, а запасной комплект висит в патрульном пункте.
Всё, это конец!
Вжимаюсь в вольер, готовая потерять сознание, и широко распахнув глаза, смотрю как на меня надвигается разъярённый титан.
Остаются считанные секунды до его приближения, как сзади меня что-то щёлкает и решётка клетки отходит назад. Не успеваю даже рот открыть, как запертые зверюги оказываются на свободе и одним прыжком валят Разина на землю.
Кто-то открыл вольер дистанционно! Господи, здоровья этому человеку и до отвала! Вовек не забуду!
Сердце проламывает грудную клетку также быстро, как и алабаи рвут Алика на части. Продолжая валяться у собачьей клетки с напрочь отшибленным сознанием, заторможенно наблюдаю как с другой половины участка в нашу сторону бегут с десяток охранников. Что-то кричат, целятся в Алика. Несколько из них подбегают ко мне, рассматривают, поднимают на руки, несут в дом. Другие оттаскивают алабаев от изрядно погрызенного бойца. Ловлю себя на жестокой мысли, что ему ещё мало досталось. Так… царапины.
Пока меня аккуратно опускают на диван и уверенно твердят, что я в безопасности, в дом вбегает, размахивая пистолетом запыхавшийся и вспотевший Макар Каримов.
- Ох, Ярослава… - сипит он, вытирая лоб.
Вместо ответа обнимаю себя за плечи и начинаю горько плакать.
- Всё-всё-всё… - бормочет мужчина, поглаживая меня по спине. Наткнувшись на порез, темнеет взглядом и леденящим голосом приказывает охране вызвать мне врача. – Остальные на подмогу! Мы почти добили их! Богдан уже едет сюда!
Всхлипываю и вытираю глаза. Мой бугай скоро будет! Он наведёт здесь порядок! Тогда и дышать нормально смогу.
- Ты остаёшься с нами! А вы обыщите дом! Колю на камерах не видно! – даёт чёткие указания Каримов и нервно подкладывает мне подушки.
- Что это такое, Макар? Что происходит?
- Предательство. – задерживает на мне долгий взгляд, а затем нажимает на смартфоне вызов Богдану.
Глава 23
БОГДАН.
- Дай сюда! – буквально вырываю мобильный из рук Баранова и вбиваю пароль для входа в охранную систему дома.
Выбираю точку слежения с именем малыхи и вглядываюсь в происходящее. Покидает дом вместе с Аликом. Не понял. А Разин там каким боком?! Он же должен быть тут!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Включаю в приложении режим громкой связи.
- Коля!! – несколько раз зову своего управляющего. – Где ты, мать твою?! Коля! – интонации в голосе скачут от низа до верхов.
В ответ тишина. Судорожно щёлкаю по комнатам, шарю глазами по служебкам, заглядываю в каждый угол, нигде его нет.
Немыслимо. За столько лет службы он отзывался за долю секунды.
По спине ползёт холод, дурное предчувствие. Внутренности скручивает в узел. Дом пустует. Разин убрал препятствие, чтобы… что? По каким причинам он пошёл против меня?
- Что такое, Липатов? – крик с ринга. – Что за пауза? Почему заставляешь ждать?
Похрену. Пусть хоть усрутся, пока не выясню что с Ясей, будут ждать.
- Вызывают, Богдан! – заметно нервничает Серёга, жестами тормозит рефери за моей спиной. – Нельзя тянуть! Они деньги заплатили! Разорвут!
- Срочно звони Каримову. Пусть едет ко мне домой. Пошли туда группу быстрого реагирования. Оружие наизготовку.
- Погоди! Там же Алик! – с неожиданной силой хватает меня за руку Серёга. – Не дури! Она же с ним! Зачем это всё?
- Без моего ведома. – жёстким тоном разбиваю его протест. - Коля не выходит на связь. Мою женщину сейчас против моей воли выводят наружу. – переключаюсь на караульное отделение и сердцебиение доходит до критической отметки. – Никого нет… - надломленный выдох. – Звони! – лязгает моя челюсть и Баранов замирает, используя драгоценное время на осмысление и принятие решения.
- Не будь ссыклом, Богдан! – рассекает воздух зловещий рёв Кузнеца. - Иди и закончи!!
Зрители поддерживают бойца громкими возгласами, на меня обрушивается всеобщее раздражение. Дыхание сбивается, сжигаю Баранова проклинающим взглядом, вынуждаю набрать Каримова.
Позади меня раздаётся очередной выхлоп скрипучего ржания:
- Какие-то проблемы, Богдан?!
- Выношу последнее предупреждение, Липатов! – параллельно звучит голос судьи. – Продолжите бой, иначе я вас дисквалифицирую! Вам будет засчитано поражение!
- Требуем перенесение боя! – вступается за меня Баранов, закончив разговор с Макаром и оттягивая время, что я трачу на дозвон своим охранным службам.
Где старший патрульный? Почему никого нет на линии? Почему они, мать вашу, игнорируют мои сигналы? Где сопровождение Яси? Чем все заняты? Чем руководствуется Разин?
- Исключено! – отклоняет судья под неуравновешенный смех Кузнецова.
- У нас есть все основания полагать, что допинг-пробы оппонента фальсифицированы! – не унимается мой защитник. – Его поведение вызывает подозрения!
- Ваши обвинения беспочвенны! – заступается за Кузнецова его представитель. – Все наши тесты отрицательны!
Толпа взрывается негодованием. Моё внимание полностью сосредоточено на поиске хоть одного подконтрольного звена, что отвечает за безопасность Яси.
- Тем не менее, мы требуем создание комиссии и повторного теста независимых экспертов! – отвлекает всех Баранов.
- Липатов, вы будете продолжать поединок?
- Липатов, я останавливаю бой!
- Липатов, куда вы?
Даже не оборачиваюсь. Уже не слышу. Отсоединяюсь. Срабатывает сигнализация, приходит оповещение всех наружных систем, что охраняемые зоны подвергнуты несанкционированному нападению. Отслеживаю передвижение всей своей дежурной смены. Точки прыгают по всей территории, но только не там, где малыха. Что за бараны?? Нахожу камеру слежения со двора. Напрягаю глаза, увеличиваю картинку изображения. От увиденного кадра, где Разин вбивает кулак в спину моей девочки, у меня между рёбрами проходит треск электрического разряда, грудную мышцу рвёт на обрывки, а затем с безжалостной силой размазывает на кровавый фарш.
На одно мгновение я полностью теряю контроль над собой. Короткое замыкание, словно перерубает кабель. В голове гулкий хлопок, бросает в нестерпимый жар, яркая вспышка засвечивает взгляд, из глаз брызгает сноп искр и над моим телом поднимается облако пара. Полнейшая растопка чувств и эмоций. Абсолютная дезориентировка. Временное слабоумие.
