6. Можно спорить о том, насколько это был правильный или неправильный шаг. Но это огромный корабль, и модернизировать его явно проще, чем уничтожить. Сами Соединенные Штаты до недавнего времени держали на вооружении даже свои линкоры времен 2-й мировой войны, периодически перевооружая их, и использовали, например, во время войн в Персидском заливе.
И если у нас эти линкоры остаются, во-первых, без движения, во-вторых, без ракет, а часть из них просто уничтожается, то это прямой удар по стратегической безопасности России, и он наносится не из Вашингтона, а из Кремля.
Вспомним про космическую станцию «Мир», которая была затоплена в Мировом океане. Россия, между прочим, была единственной страной, обладающей своей собственной космической станцией. И сколько бы ни рассказывать баек про ее устарелость, остается фактом, что ни у кого в мире ничего подобного не было. Помимо своего научного потенциала, к уровню которого только сейчас подошла международная космическая станция, «Мир» имел еще и несомненную стратегическую ценность, наблюдая за всеми важными районами Земного шара. Не говоря уже о том, что станция с постоянно пилотируемым экипажем обладала гораздо большими возможностями стратегической разведки, чем любой автоматический спутник. И вот именно это стратегическое преимущество России, неоценимое уже потому, что его не с чем было даже сравнить, было затоплено по приказу Путина. Официальная причина – «Мир» дорого нам стоит. Об этой дороговизне стоит сказать несколько слов особо.
Незадолго до затопления станции в Россию срочно приехал президент Ирана Хатами с предложением: либо оплатить расходы по содержанию «Мира», при условии, что на нем вместе с российскими будет работать и иранский член экипажа, либо вообще выкупить ее целиком. Причем в качестве цены сделки фигурировала сумма порядка 3 миллиардов долларов. Поскольку сейчас один полет космонавта-туриста на несколько дней на МКС стоит 20 миллионов долларов, эта цена не выглядит завышенной. А если учесть, что Иран – вторая по объему экспорта нефти страна ОПЕК, то и средства у него есть.
Так вот Ирану в этой сделке было отказано – мол, поздно. Хотя понятно, что такие предложения не делаются в последний день, и о нем было наверняка известно загодя. Тем не менее станцию предпочли утопить в океане, не получив за это ни цента.
Чтобы понять, чем были тогда, да и сейчас 3 миллиарда долларов для России, стоит сказать, что за месяц до затопления «Мира» в 2001 году Путин специально ездил в Южную Корею, чтобы договориться об отсрочке выплат российского долга размером около 2 миллиардов долларов. Он, кстати, до сих пор не оплачен.
Так вот, единственный, кто выиграл от затопления «Мира» – это США. Во первых, Россия лишилась своего стратегического преимущества в космосе, а, во-вторых, Иран, нападение на который уже просчитывалось, не получил стратегического оборонного объекта, с которого можно наблюдать за американскими военными приготовлениями. Все это достаточно очевидно. Странно другое: почему Путин предпочитает американские стратегические интересы российским?
* * *
Давайте также вспомним закрытие стратегической базы России в Лурдесе, на Кубе, которая прослушивала практически всю территорию Соединенных Штатов лучше любого спутника и контролировала пуски американских ракет, причем этому невозможно было помешать. То есть находилась в положении, сходном с нынешней позицией США в Восточной Европе и Прибалтике. Вспомним также закрытие военно-морской базы во Вьетнаме, которая являлась единственной надежной точкой опоры в Юго-Восточной Азии в военном отношении, поскольку она находилась на территории дружественного нам и весьма стабильного вьетнамского правительства. Нас оттуда никто не гнал. Закрытие этих баз тоже на совести Путина.
Именно при нем появились военные базы США в бывших республиках советской Средней Азии. Поскольку все они так или иначе находятся в стратегических отношениях с Россией, без согласия Кремля это было невозможно. Базы открыли как бы для подготовки военного вторжения США в Афганистан. Вторжение произошло, а базы остались…
А вот вам почти анекдотическая ситуация, которая сложилась на второй год президентства Путина. 1 апреля 2001 года американский самолет-разведчик вторгся в воздушное пространство Китая и был посажен на аэродром военной базы КНР на острове Хайнань. Поднялся жуткий международный скандал. Китайцы конфисковали самолет за шпионаж и арестовали экипаж – 24 человека.
По ходу скандала прозвучал комментарий от пограничной службы России: выяснилось, что у нас таких нарушений происходит около 1000 в год, то есть буквально по три раза на день! Причина тому веская: оказывается, Ельцин еще в марте 1992 года подписал так называемый договор об открытом небе, в соответствии с которым американские разведчики могли свободно проникать в небо России и препятствовать им наше ПВО не имело права. Конечно, договор был на взаимной основе. Но российские разведчики в США не летали. Типа не было горючего. Да и вообще не интересно. А вот американцы чего-то прям такие любопытные – все летают и летают!
Самое пикантное в договоре было то, что как и СНВ-2 он не был ратифицирован. То есть для России не действовал, хотя по факту было приказано его исполнять. Вот и поинтересовались по случаю пограничники, не пора ли мол это безобразие и для России прикрыть: вот ведь Китай-то защищает свои воздушные границы!
Ну и верховный главнокомандующий, то бишь президент Путин, оперативно отреагировал. Поставил задачу перед думским большинством – будущей «Единой Россией». И ударными темпами, уже 26 мая 2001 года договор об открытом небе, хоть и десять лет спустя, но был ратифицирован! С тех пор американские разведчики спокойно летают в нашем небе на полностью законном основании.
Такие истории можно приводить бесконечно и их список вышеприведенными не исчерпывается.
Спрашивается, когда руководство страны постоянно так действует, в чьих интересах оно работает? Понятно, что не в российских. Во всяком случае, если бы американский президент вел себя таким образом по отношению к России, никто бы в США не сомневался, что он агент Кремля. И вряд ли бы при всей дружбе и партнерстве между двумя державами, он бы надолго остался президентом.
Послесловие
Суверенный фашизм
Шествие России по демократическому пути, начиная с 1991 года, привело нас в итоге к имитации выборов и, как следствие, отсутствию избранной народом власти. Современный российский политический режим никак не тянет на демократию, даже «суверенную», он выглядит совсем по-другому.
Реальная политическая конструкция путинской России такова: страной рулит так называемый национальный лидер, даже если при этом он формально не занимает высший государственный пост. Под себя он формирует так называемую партию, у которой нет какой-либо иной явной задачи, кроме поддержки его самого. Все ветви власти сведены в вертикали, главная особенность которых в том, что они формируются сверху, а не избираются снизу, как при демократическом устройстве общества. Последние остающиеся рудименты демократии уже не играют какой-либо существенной роли и постепенно искореняются (выборы мэров городов, муниципальных собраний).
У такой власти есть вполне четкое родство и характерные признаки, которые позволяют назвать ее современной формой фашизма. Слово «фашизм» у нас часто употребляется в качестве некоего политического ругательства. Тех, кого хотят политически оскорбить, называют не гадами, сволочами или как-то покрепче, а фашистами. Тем самым вольно или невольно затемняется сам смысл этого понятия, к нему вырабатывается отношение как к некоему хулиганскому действию в политике. С фашизмом олицетворяются скинхеды, все, кто носит свастику, хотя на самом деле это древний языческий символ, которому не только в Третьем рейхе придавали значение. Короче говоря, всё, что угодно, кроме подлинного смысла этого слова – что именно является фашизмом, кому и для чего он нужен.
В действительности, речь должна идти не о какой-то частной инициативе марширующих молодчиков, натягивающих на себя образцы нацистской атрибутики, а об особой государственной системе. Потому что фашизм – это не столько идеология, сколько способ построения государства. И с этой точки зрения он должен быть проанализирован достаточно серьезно.
Если взять за отправную точку труды классиков фашизма, в первую очередь Муссолини, и затем уже Гитлера, поскольку он создал скорее свою форму фашизма и сам считал его родоначальником Муссолини, то можно увидеть описание определенной политической системы, которая по своей сути является антиподом демократии. Она базируется на трех «китах».
Во-первых, это культ дуче, фюрера, вождя нации, которого никто не должен переизбирать, ибо быть вождем своего народа – это его карма и счастье для нации.
