Она вдруг почувствовала необыкновенную признательность к нему. Ее вновь отчаянно потянуло к Киннкэйду.
— Это не повод для шуток.
— А вы предпочли бы, чтобы я побежал вслед за Хартом и Коннорсом?
— Речь не об этом, я просто хочу убедиться, что вы понимаете, как обстоят дела.
— Думаю, для меня все стало ясно с первой же нашей встречи, — заверил Киннкэйд. — Насколько я понимаю, Де Пард поставил цель — уничтожить вас. Так насколько он близок к этой цели?
Прямой вопрос требовал честного ответа.
— Если мне не удастся доставить свой скот на рынок, он будет близок к ней, как никогда прежде.
— Но у вас всегда остается выход — вы можете продать ранчо и начать жизнь снова в другом месте.
Иден мгновенно сникла.
— Похоже, все считают бегство универсальным решением проблемы. — И в глазах ее снова появилось отчаяние. — Если вам начинают досаждать и ставить палки в колеса, то единственный выход — уехать и найти работу где-нибудь на другом конце света. Если вам мешают жить соседи, которые к тому же и оскорбляют вас, то почему бы вам не продать свою собственность и не уехать? Идиотские компромиссы, готовность уступить, все бросить становятся присущи американскому образу жизни. Если приходится слишком жарко, делай ноги. Прошу прощения, но это не для меня. Я предпочитаю отстаивать свои интересы до конца.
— Думаю, Де Пард как раз на это и рассчитывает, — ответил Киннкэйд задумчиво. — Настоящую победу он будет торжествовать, лишь сломив вашу волю и силу духа.
— Вы правы, Киннкэйд. И именно поэтому я не собираюсь сдаваться.
Пронзительный телефонный звонок заставил их обоих издрогнуть. Иден взяла трубку.
— Ранчо «Шпора». — Несколько минут она внимательно слушала, что ей говорили на другом конце провода, а положив трубку, с удивлением посмотрела на Киннкэйда. — Этот звонок предназначался вам.
— Мне?
— Да. Звонил повар из заведения Старр. Он просил передать вам, что вы что-то потеряли и лучше бы вам поскорее вернуться за этим. Киннкэйд, о чем он толковал?
— Должно быть, он говорил о перочинном ноже, — солгал Киннкэйд. — На рукоятке выгравировано мое имя. Это подарок отца. Несколько дней назад я потерял его. Пожалуй, мне стоит поехать туда прямо сейчас, — сказал Киннкэйд, поворачиваясь, чтобы уйти.
Оставшись в кухне одна, Иден остро почувствовала, как ей хочется, чтобы Киннкэйд побыл с ней подольше. После его ухода почему-то вокруг воцарилась пустота. Хотя возможно, ей это только показалось, было, что называется, плодом фантазии.
— Черт возьми, как вовремя вы явились, Де Пард! Услышав голос Винса Росситера, Расти поспешил к раздвижной двери, ведущей из кухни в казино. Сквозь узкую дверь он прекрасно видел происходящее в комнате. Туда вошли Росситер и Де Пард.
Де Пард, доверительно наклонившись, что-то сказал Росситеру, но слишком тихо, чтобы Расти мог расслышать его слова.
— Не пытайтесь вешать мне лапшу на уши. — Росситер сбросил с плеча руку Де Парда. — Вы чертовски хорошо знаете, чем я расстроен.
Де Пард примирительно кивнул и сделал знак кому-то в дальнем конце зала. Росситер на мгновение замешкался, но все-таки последовал за ним.
Вдруг Расти почувствовал, как На его плечо легла тяжелая рука, и, рванувшись, он чуть было не выпрыгнул из собственной шкуры. К счастью, за его спиной стоял Киннкэйд.
— Ты напугал меня до полусмерти, — сказал Расти едва слышным зловещим шепотом.
— Послушай, дружище. На улице я увидел грузовик Росситера. — И Киннкэйд показал взглядом на дверь. — Что там делается?
— Росситер ввалился сюда примерно час назад и попросил Старр вызвать Де Парда. Де Пард только что вошел. — Расти еще раз выглянул в зал, — Сейчас они сидят за угловым столом. Росситер, кажется, несколько раздражен.
— И тому есть причина.
Киннкэйд кратко рассказал Расти об утреннем происшествии. Затем он попросил Расти уступить ему место возле дверной щелки и принялся наблюдать за интересующей его парой.
Эти двое все еще разговаривали. Де Пард говорил спокойно, а Росситер сердито жестикулировал. К сожалению, музыкальный автомат орал так, что до Киннкэйда только изредка доносилось одно или два слова, а этого явно не хватало, чтобы понять, о чем идет речь.
— Что происходит? — Расти всячески напрягал слух, пытаясь что-нибудь понять.
Киннкэйд покачал головой:
— Не знаю.
Несколькими минутами позже музыкальный автомат наконец умолк, и слова Росситера теперь были слышны отчетливо.
— Вы на этот раз зашли слишком далеко. Я хочу, чтобы вы дали задний ход.
— Как только ранчо будет продано, я это сделаю, — преспокойно согласился Де Пард.
— Это требует времени.
— А это уж не мое дело.
— Черт возьми, Де Пард, я вас предупреждаю: если она пострадает, если она получит хоть царапину, вы за это заплатите!
Де Парду это заявление показалось почти забавным.
— Послушайтесь доброго совета, Росситер. Не стоит сыпать угрозами, которые вы заведомо не сможете выполнить.
Росситер тотчас же отступил.
— Вы же знаете, как близки мы были с Джефом, — начал он. — Он…
Де Пард перебил его:
— Вы уже много раз запевали эту песню. Она стара. Росситер, чертовски стара.
Винс побледнел, получив эту словесную пощечину, и остался сидеть на стуле, когда Де Пард вышел из комнаты. Даже на расстоянии через узкую щель было видно, как его лицо покрылось испариной. Страх парализовал этого неунывающего красавца.
Киннкэйд, услышав, как Винс приказал Рою налить ему виски, отступил и закрыл дверь за собой.
— Непохоже, чтобы Де Пард его особенно использовал, — заметил Расти.
— Использует, не беспокойся, — поправил Киннкэйд. — Я подозреваю, что Росситер поставляет ему информацию о намерениях сестры. Я точно знаю, это он сказал Де Парду, где и когда будут грузить ее скот. Расти несколько озадачился.
— Росситер рассказывает ему обо всем, а потом является сюда и начинает поносить его и угрожать на случай, если Иден пострадает. По-моему, тут что-то не вяжется, в этом пет смысла. Он за нее или против?
— Возможно, и то и другое. — Киннкэйд и сам толком не все понимал в этой истории. — Она как-то сказала мне, что брат пытается убедить ее продать ранчо. Похоже, его доля от продажи составит солидную сумму.
— Ну, в таком случае… — предположил Расти.
— Я думаю, Винс решил, что, если Де Пард будет очень портить ей жизнь, она, возможно, легче согласится на продажу. Только Де Пард принялся за дело куда серьезнее, чем он предполагал.
— Это возможно.
И все же Киннкэйд чувствовал, что подобная версия объясняет далеко не все.
