короче.
И мы на самом деле едем к Нике, чтобы примерно через полчаса оказаться в каком-то парке, где блондинка раздаёт еду очень даже стильно одетым мужчинам – ну, по меркам столицы, они вполне модные. Наши московские и рядом не стояли.
─ Эй, присоединяйтесь! ─ замечает нас и машет Самойлова.
─ У тебя все прививки поставлены? ─ шепчет мне на ухо Ян, не пуская вперёд.
─ После твоего укуса я их обновила, не переживай, ─ отлепляюсь от него, и снова здороваюсь с подругой, а заодно упрекаю её в том, что раньше не рассказывала о своей благотворительной деятельности.
─ Я думала, ты со мной общаться перестанешь, ─ улыбается она, передавая свёрток из одеяла подмигнувшему нам дядьке с бородой. ─ Я сначала рыжую позвала, но её Лекс не отпустил. В следующий раз и его надо приобщать.
─ Это точно. А тебе одной не страшно?
Царёв будто бодигард внимательно смотрит, чтобы ничьи руки не коснулись нас, и мне становится совсем спокойно. Мой герой.
─ Миш, я их всех с детства знаю. Они меня как-то даже от маньяка спасли, прикинь? А я их спасаю от холода и голода.
─ Тогда извини за вопрос. Это очень хорошее дело.
─ Ничего. ─ Её лицо становится очень подозрительным. ─ А ты, кстати, что делала с Янчиком-бананчиком, да ещё и в таком виде?
─ Бананчиком? ─ фыркаю, глядя, как тот о чём-то треплется с одним из бомжей, причём, выглядит очень заинтересованным – видимо, у них много общего.
─ Это приклеилось к нему, потому что он стал выше всех под конец садика, ─ объясняет на отвали. ─ Не уходи от темы, красотка!
И мне некуда деваться – рассказываю почти всё, что приключилось на вечере, кроме визита к его брату. Не могу больше держать в себе всю эту хрень с поведением отчима, и Самойлова очень серьёзно воспринимает всё сказанное, будто это её лично касается.
─ Вот козёл! Думаешь, он тебя за этого урода замуж хочет выдать? Мы же, блин, не в средневековье, ёлки…
─ Я не хочу об этом думать, но если он серьёзно, я просто дождусь совершеннолетия и свалю жить отдельно. Бабушка оставила мне немного денег после смерти, ─ с сожалением вспоминаю о неё, и в груди ноет.
─ Звучит, как план, ─ кивает подруга и приобнимает. ─ Нужно будет политубежище, моя мама всегда рада заключённым.
─ Спасибо, Ник. Я это очень ценю, правда. ─ Но я никогда не подвергну другого человека опасности.
Когда мы заканчиваем с раздачей «пайков», Ника садится на скамейку и тихонько играет на своей старой гитарке, исполняя песни на заказ. По просьбам публики поёт и «Кино», и «Наутилуса», и даже Талькова вспоминает, а я могу только удивляться её музыкальным знаниям и потрясающему голосу.
Он действует лучше любой медиации.
Ещё нет десяти, но темнота расцвечивается тусклыми фонарями, делая обстановку такой уютной, что даже забываешь о причине, заставившей тут собраться. У нас остаётся лишнее одеяло, и Царёв заботливо расстилает его на ещё зелёной траве, так что мы просто сидим и наслаждаемся.
─ Как тебе такое свидание, Мишань? ─ вдруг спрашивает, а я ловлю себя на мысли, что это реально выглядит так.
─ Знаешь, я никогда не была на свиданиях, ─ не знаю, зачем признаюсь, и его лицо забавно вытягиваются.
─ Да ладно?
─ Я всё время была занята тренировками и не обращала внимания на парней. Их как будто не было вокруг, ─ на миг возвращаюсь в то время. ─ Но сегодняшнее может вполне считаться самым лучшим.
И это правда.
─ Даже несмотря на все эти морды? Блин, Самойлова серьёзно на велике всё это притаранила.
─ Они делают всё только интереснее! ─ смеюсь, и он не отрывает от меня свой взгляд, заставляющий смутиться. ─ Что?
─ Ты странная, в курсе? Я таких, как ты почти не знаю.
У меня нет ответа, потому что я совсем не понимаю, что он имеет в виду. Хотя, он наверняка привык к девушкам вроде Лики – гламурным, богатым, знающим себе цену. Но почему мне всё больше хочется, чтобы он перестал о ней думать? Я часто вижу, как в школе он смотрит в её сторону, и это волнует меня сильнее, чем должно…
Пока пытаюсь не испортить себе настроение, Ника начинает просто невероятно перепевать «Потерянный Рай» Арии, и Ян вдруг подаёт руку, вытаскивая из глупых фантазий.
─ Потанцуем?
Хватаю его пальцы, и парой медленных, уверенных движений Царёв окончательно стирает моё воспоминание о сегодняшнем танце с тем мужчиной. Даже сравнивать их двоих – преступление.
─ Ты сказал, что иногда достаточно просто принять руку помощи, ─ почему-то вспоминаю его слова. ─ Тебе брат её протянул?
─ Он. Только ему её никто не протянул, ─ признаёт он. ─ Мишка всегда видел, что я готов сорваться, и просто утаскивал меня с собой, когда мог. Именно он меня к гонкам пристрастил, да и к… ─ запинается, словно собирался сказать что-то важное, ─ и к женщинам.
Всё-таки бью его в лоб, а он хохочет, как ненормальный. Я, наверное, тоже далека от самого этого слова, раз вообще общаюсь с этим парнем.
─ Когда он очнётся, я расскажу ему, какой ты придурок, ─ обещаю, натыкаясь на суровый взгляд.
─ Ты правда в это веришь?
─ Что он наваляет тебе за всё то, что ты делал? Ещё бы, ─ киваю, снова позволяя ему обнять себя, на этот раз крепче, и хочется, чтобы песня не заканчивалась.
Но мечтам сбыться не суждено.
Ещё немного раскачиваемся молча, когда из темноты внезапно раздаётся звук приближающихся сирен.
─ Менты! Сваливаем! ─ сипло орёт какой-то бомж. ─ Беляночка, в ту сторону беги! Вы двое тоже за ней давайте!
Мы только переглядываемся с Яном, а потом он тащит меня к байку, закинув на плечо, потому что каблуки, и зря мы не слушаем бомжа – они очень мудрые люди.
Всё случается за секунду, и не успеваем мы даже подбежать к мотоциклу, нас там уже ждут доблестные сотрудники полиции, не в силах скрыть радости от встречи.
─ Ну что, Боня и Клавдий, ─ улыбается тучный тип в форме, ─ нарушаем общественный порядок?
Самый волшебный вечер в моей жизни заканчивается в отделении.
Глава 23
─ Не так я мечтала провести субботний вечер.
Смотрю на нашу уютную камеру и не понимаю, как
