Я встаю, чувствуя на себе взгляды одноклассников, и быстро направляюсь к двери.
— И еще больше слухов о том, что ковены Девотус и Эрусиан, возможно, выжили благодаря сделке, заключенной с демоном, чтобы привлечь того, кого некоторые считают антихристом.
Я останавливаюсь как вкопанный, взявшись за дверную ручку.
Медленно поворачиваюсь, чтобы посмотреть на учительницу.
— Можете повторить?
Учительница кладет руку на бедро.
— Разве ты не собирался в кабинет медсестры?
— Да, — я сердито смотрю на нее. — Так что там насчет антихриста в Сонной Лощине?
Она нервно смеется.
— Это слухи, Бром, — она снова поворачивается к классу. — Нет никаких записей о ковенах Девотус или Эрусиан после 1705 года. Они как будто исчезли с лица земли. Очень много людей погибло во время испытаний, трудно сказать, сколько из них в итоге выжило.
Студент поднимает руку.
— Но что это за сделка с дьяволом?
— Как я уже сказала, это слухи. Забавный факт. Такие факты делают урок истории интереснее, не так ли? — ученик просто смотрит на нее, ожидая продолжения. Она устало вздыхает. — Хорошо. Ходят слухи, что оставшимся членам двух враждующих кланов предоставили безопасный выход, они согласились, чтобы ребенок, рожденный с обеих сторон, стал сосудом для демона. Им бы даровали бессмертие, их ковены объединятся, а взамен демон завладел бы ребенком.
— Чтобы вызвать конец света, — бормочу я.
— Возможно, — осторожно говорит учительница, прищурившись, глядя на меня. — Или, возможно, это просто еще одна легенда о Сонной Лощине. Их много.
— Да, как и о всаднике без головы, — говорит другой ученик. — Вы слышали, что еще один человек был найден убитым?
И на этом я выхожу из класса и закрываю дверь.
Мне нужно поговорить с Крейном и Кэт.
Глава 22
Крейн
— Мисс Ван Тассел, можно вас на пару слов?
Собирая свои учебники, Кэт встречается со мной взглядом, в ее глазах светится веселье.
— Конечно, — говорит она, когда другие ученики выходят из класса. Я слышу их насмешки, вижу, как они закатывают глаза. Мы ничего не скрываем, Сестры не могут сделать мне выговор за то, что я хочу поговорить со студентом после урока. Это одно из моих прав как профессора. Может, они и сказали мне перестать трахать Кэт, но я могу подтянуть ученицу по занятиям?
Кэт встает у стола, выжидающе глядя на меня, прижимая книги к груди. Я хочу ущипнуть себя, чтобы напомнить, что эта потрясающая, особенная юная ведьмочка — моя.
— Как дела? Ты в порядке? — тихо спрашиваю я, убедившись, что последний ученик вышел за дверь. — Я думала о тебе все утро. Не разговаривать с тобой — пытка.
— Я в порядке, — тихо говорит она, пожимая плечами. — Немного устала. Я крепко спала и не хотела просыпаться этим утром.
— А твои раны? — спрашиваю я, и мое сердце слегка сжимается, когда я вспоминаю, как мы с Бромом накладывали припарку на ее грудь и спину, прежде чем покинуть круг. Я применил немного своей исцеляющей магии, но не так много, ведь уже был уставшим.
— Немного болят, — говорит она.
— Если закроешь дверь и запрешь на замок, я смогу помочь тебе вылечиться, — говорю я ей, протягивая ключ от кабинета. — Я могу многое сделать, чтобы ты почувствовала себя лучше.
Она выхватывает ключ у меня из рук.
— Если честно, Крейн, я немного устала после вчерашнего, — затем она морщится. — И вообще…
— Что? — подталкиваю я.
Она еле шевелит губами.
— У меня эти дни.
— У тебя менструация? — прямо спрашиваю я.
Она застенчиво кивает, отводя взгляд.
— Да.
— Но это хорошая новость, Кэт. Значит, ну… — это значит, что она не беременна от меня, и точно не беременна от Брома, — Это значит, что пока все хорошо.
— Да, но… Это мешается, когда дело доходит до…
Я улыбаюсь ей.
— Если думаешь, что я боюсь крови, то, очевидно, прошлой ночью ты была невнимательна, — я киваю на ключ. — А теперь будь хорошей девочкой и запри дверь.
Кэт улыбается мне и поворачивается, направляясь к двери как раз в тот момент, когда из коридора доносятся громкие шаги. Она замирает, когда в дверях появляется Бром, а затем вздыхает с облегчением.
— Нужно поговорить, — говорит Бром, глядя на меня, затем на Кэт. Сначала он подходит к ней, обнимает за плечи и целует в макушку, а затем подходит к моему столу. — Я сегодня кое-что узнал на уроке.
— Хочешь сказать, что чему-то научился на других занятиях, кроме моих? — спрашиваю я, откидываясь на спинку стула и складывая руки на груди.
Он сверлит меня взглядом. Боже, как я люблю своего капризного мальчика.
— Что такое? — спрашивает его Кэт.
Он отводит взгляд, смотря на нее.
— На истории учительница рассказывала о салемских ведьмах. Она сказала, что было два клана, которые сбежали и, возможно, обосновались в Сонной Лощине… Девотус? И… не помню другой. Начинается на букву «Э». Она сказала, что они были врагами, но заключили сделку с демоном, который освободит их, если они отдадут демону одного из своих наследников. Имеется в виду, ребенка двух кланов. Этот демон вызовет конец света, а ковенам даруют бессмертие.
Я мрачно смотрю на него, чувствуя, как у меня сжимается сердце. Все обретает смысл. И я не смог этого понять. Вместо меня это сделала чертова учительница по истории.
— Кто твой учитель? — спрашиваю я.
Откуда она знает больше, чем я?
— Не знаю, как ее зовут, я не запоминал, — говорит Бром.
— Мне нужно с ней поговорить, — говорю я ему, поднимаясь на ноги. — Нужно выяснить, где она это услышала, где прочитала.
— Ты думаешь, это правда? — спрашивает Кэт, заламывая руки.
— Может быть, — говорю я ей.
— Она все время повторяла, что это слухи, — говорит Бром. — Похоже, она и сама в это не верила. Сказала, что это…
— Что? — спрашивает Кэт.
— Еще одна легенда, — говорит он, и его голос становится тише.
— Что ж, единственный способ выяснить правду — это провести собственное исследование, после того как я поговорю с учителем. Бром, можешь проводить меня в кабинет? Возможно, она все еще там.
— Конечно, — кивает он.
— Я тоже иду, — говорит Кэт.
— Конечно, идешь, — говорю я, кладя руку ей на поясницу. — Это касается тебя больше, чем кого-либо другого.
Мы выходим из класса и направляемся к дверям здания, когда Дэниэлс проходит мимо меня, направляясь внутрь.
— Крейн, — говорит Дэниэлс, выглядя обеспокоенным. — Ты слышал новости?
— Какие новости? — спрашиваю я.
— В Сонной Лощине найдено еще одно тело. Голова, начисто отрезанная, пока не найдена. Говорят, это констебль Киркбрайд.
Мы с Кэт сразу же смотрим на Брома.
Он ничего не говорит, просто смотрит вниз, его глаза непроницаемы. У меня кровь стынет в жилах.
— Какой ужас, — с трудом выдавливаю я из себя, обращаясь к Дэниэлсу. — Эй, слушай, раз уж ты здесь, как зовут учительницу по истории?
— Джой, — говорит он. — Мисс… Джой Уилтерн. И не пытайся заигрывать, ей это неинтересно, — раздраженно говорит он, заходя в здание.
Дверь за ним закрывается, и я поворачиваюсь лицом к Брому.
— Что ты натворил? — спрашиваю я его.
Он поднимает руки.
— Я ничего не делал. Это был всадник.
— Когда? Прошлой ночью, когда ты не был в цепях? Ты улизнул и сделал это?
Его взгляд превращается во взгляд потенциального убийцы.
— Я не уходил от тебя. Это был всадник. Ты же знаешь, я не могу его контролировать.
— Забавно, потому что могу поклясться, прошлой ночью ты говорил, что попытаешься его контролировать.
— Значит, я был неправ, — огрызается он.
— Ребят, — говорит Кэт, кладя руки нам на грудь. — Совершенно очевидно, что это сделал всадник, хотел ты того или нет, Бром, — она смотрит на меня. — Мы не можем обвинять его каждый раз, когда кто-то теряет голову.
— Неужели?
— Крейн, будь добр, — увещевает она меня. — Ты же знаешь…
Она замолкает, и румянец смущения заливает ее щеки, когда она слегка отодвигается.
