Листая альбом, Шерри молила Бога, чтобы таких фото не оказалось, и, как на грех, обнаружила десятки снимков, сделанных за время их недолгого романа. Стараясь сдержать слезы, смотрела Шерри на копию того же фото, которое хранилось в обувной коробке, в доме бабушки. На похожий пароход Майк глядел с тоской с балкона того номера, в мотеле, думала она.
Снова и снова Шерри вглядывалась в счастливые, беззаботные лица на снимке. Другие фото дышали тем же настроением: на одном Майка с Лайзой сняли на пляже, на другом — около дома, когда они мыли машину, на третьем — за столиком в модном ресторане — может быть, снимал официант, — и все убеждали в одном: Майк был с Лайзой безмерно счастлив. Те снимки, где он щелкнул ее сам, с особой очевидностью говорили о его любви к ней и восхищении.
Чем же объяснить нашу страсть в этом лагере? — думала Шерри. Видимо, тем, что были рядом, касались друг друга. Да еще нервное напряжение, пережитое днем. Может, другая женщина поможет ему забыть Лайзу, но не я. К несчастью, мое сходство с сестрой, которое отмечают люди, наше родство — все это будет напоминать ему о Лайзе. И каждый раз, видя меня с Джейми на руках или лежа со мной в постели, он будет думать о ней.
Шерри вышла на кухню, налила себе стакан вина (чего с ней никогда не случалось) и снова легла на кровать. Истина в том, думала она, потягивая легкое шабли, что для ребенка я — всего лишь тетка. А женился он для того, чтобы избежать суда и заполучить няньку для Джейми.
Она уже добилась того, чего хотела: обеспечила ребенку материальную поддержку, а Майку предоставила возможность заботиться о сыне. Наверное, ей стоит вообще уйти со сцены. Правда, есть два «но»: она любит Майка до самозабвения, да и ребенка полюбила, как своего собственного. Отказаться от них обоих — немыслимая жертва.
Зазвонил телефон на письменном столе, и Шерри вскочила с кровати: кто бы это мог быть? Время-то — за полночь.
Настроения не было разговаривать ни с кем, и Шерри включила автоответчик. Услышала голос Майка, слегка изменившийся, и сердце ее подпрыгнуло в груди.
— Шерри, дорогая моя, если ты не спишь — ответь... — сказал он. — Сегодня в больнице ты была такой необычно тихой, и я подумал: что с тобой? — Какое-то время он молчал, ожидая ответа. — Надеюсь, все в порядке? Я понимаю, ты совсем измучена. Но у меня есть просьба: завтра, когда ты поедешь ко мне в больницу, пожалуйста, захвати мой портфель.
Ни «я люблю тебя», ни «я по тебе скучаю», подумала Шерри, когда телефон замолчал. Ей не пришло в голову, что ему могло быть как-то неловко сообщать о своих чувствах автоответчику. Я только секретарша для него, подумала Шерри, нет, еще партнер по сексу. И еще нянька для Джейми. Бледная копия женщины, которую он раньше любил.
В приступе отчаяния она сделала страшный вывод: уйти! Нет, не сейчас, нельзя лишать Джейми спокойного сна, да и ей самой необходим отдых. Все можно сделать рано утром: собрать свои и детские вещи в две большие сумки и навсегда покинуть квартиру, где он был счастлив с Лайзой. По дороге она заберет манежик Джейми у родителей Майка и вернется в хижину бабушки в Порт-Тампа. И уже там начнет продумывать план развода.
Бабушка моя не так плоха, если к ней привыкнуть, рассуждала Шерри. Может, она нас и не любит до безумия, но мы хотя бы знаем все ее «штучки». Один вопрос, правда, остается без ответа: как отнесется Майк к моему бегству? Если дать Майку время остыть, он, вероятно, согласится с доводами рассудка и пойдет на двойное опекунство.
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
Анализы, сданные Майком, показали, что раны его неопасны, и уже утром следующего дня его выписали из больницы. Куда только он после этого ни звонил: в свою квартиру, в контору ССФ, своим родителям, — Шерри не было нигде; у себя дома и в конторе он слышал собственный голос на автоответчике. Набрал номер телефона старой Лилиан и услышал гудки «занято». Буду звонить до тех пор, пока не доберусь до нее, подумал Майк. Но если я позвоню Эктору и окажется, что она с ним, вот уж, ей-Богу, им обоим не поздоровится.
Позвонив в контору еще раз, он услышал голос Эктора:
— Не могу сказать, где Шерри. Видимо, она была здесь до меня, потому что у тебя на столе лежит записка от нее.
Оставила мне записку, зная, что я еще в больнице? Майк задумался. Это очень странно. Что же происходит? Горя желанием добраться до истины, Майк попросил программиста, который три дня проверял больничные компьютеры, подбросить его в город, и тот согласился. Он ехал в сторону моста Ганди и высадил Майка у самого дома.
Увидев, что в платяном шкафу нет вещей Шерри, Майк растерялся. Не обнаружил он также ни вещичек, ни игрушек сына. Майк бросился в машину и, несмотря на то что ребра у него болели и кровь шумела в висках, понесся в контору ССФ. Как ни странно, ему удалось не попасть в аварию.
Шерри оставила маленький белый конверт, прислонив его к телефону. Майк схватил конверт, надорвал и стал читать.
Буквы прыгали у него перед глазами, и он с трудом понимал смысл написанного. Шерри считает, что он ее не любит, что им не следовало жениться. Она решила развестись: лучше сделать это до того, как их положение станет еще тяжелее, чем сейчас. И она надеется, что им удастся найти взаимоприемлемое решение по поводу Джейми.
Когда смысл написанного дошел до Майка, он начал скрипеть зубами. Его била дрожь. Оставила письмо в конторе, словно не разводилась с мужем, а увольнялась с работы! Он снова обозлился так, как было в случае с Лайзой, хотя ситуации были ничуть не похожи. Тогда, очарованный живостью Лайзы, ее любовью к розыгрышам, он начал планировать совместную жизнь с ней. И что же? Придя в один прекрасный день домой, он увидел ее в постели с чужим мужчиной. А теперь Шерри, которую он почти полюбил — да нет, чего уж там, которую он любит, — уходит от него! Можно сказать, отшвырнула его прочь, не дав ему возможности проявить себя в семейной жизни.
У Майка все болело от полученных накануне побоев, нервы были натянуты как струна, — видимо, поэтому он и пришел в такую ярость. Припадок необузданного гнева (один из тех, с которыми как будто было покончено еще в школе) начал душить его. Хорошо же, она увидит, что я могу сделать с ее драгоценной персоной, даже если это будет мое последнее деяние, решил он.
Набрав номер телефона бабушки, Майк наконец-то услышал голос Шерри. К тому времени девушка, немного поостыв, уже не так серьезно думала о разводе.
— Алло? — отозвалась она так нерешительно, словно ей предстояла казнь прямо по телефону.
При звуке низковатого, красивого голоса, который он так хорошо знал, Майк бросился в атаку и швырнул ей в лицо то, что взбесило его больше всего.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
