Матушка цвела словно роза. Она с гордостью смотрела на меня и в те моменты, когда считала, что я ее не слышу, хвасталась подругам и новым знакомым тем доверительным шепотом, которым прежде сообщала о достоинствах своей младшей дочери:
- Я всегда знала, что моя Аврора составит достойную партию. Надо же, сам лорд Кэшем! Кто бы мог подумать? Но они и вправду прекрасно подходят друг другу. Полагаю, ради моей дочери, лорд Бенедикт забудет все свои прежние увлечения. Ведь Аврора умна и начитана, она знает языки, прекрасно держится в седле и умеет вести дом, а еще чудесно поет и рисует. Мы с лордом Роттенгейном не жалели средств для воспитания и образования наших дорогих девочек и вот теперь пожинаем чудесные плоды своего труда.
Я невольно улыбалась. Быстро матушка сменила гнев на милость, и я теперь, оказывается, стала перспективной невестой.
Бенедикт сопровождал меня на каждом ужине, на каждом балу и был так учтив, что слова матушки все принимали за чистую монету. Но часто, ловя на себе взоры, брошенные украдкой от старых и новых знакомых, я читала искреннее недоумение в их глазах. Никто не мог понять, что такого нашел во мне лорд Кэшем.
- Мы ввергли общество в эстетический транс, - смеялся Бен.
Я отвечала улыбкой и наверное все бы было спокойно и дальше, если бы за день до свадьбы не произошло то, чего мы не смогли избежать.
В тот вечер мы с семьей были приглашены к Кастерам. Наши новые знакомые были дружны с Астерами и только по этой причине мы получили приглашение. Полагаю, друзья герцога, подобно остальным, желали взглянуть на леди, пленившую сердце молодого Бенедикта.
Конечно же, герцог и герцогиня с сыном также присутствовали на ужине. После трапезы Бенедикт пригласил меня танцевать и вот тогда, ступая между рядами господ под руку с избранником, я и услышала первые шепотки, полетевшие в спину, стоило нам выйти на танцевальный пол.
- Говорят, лорд Кэшем предпочитает обществу своей невесты общество девочек из дома счастья.
Я на миг застыла и, кажется, ответила на поклон Бена не слишком изящным книксеном, когда заигравшая музыка заглушила шум голосов. Начался танец. Я словно поломанная игрушка выполняла фигуры, но ловила себя на мысли, что пытаюсь услышать то, что говорят господа, окружавшие нас.
- Что не так? – Бен словно почувствовал изменение, произошедшее во мне.
Я покачала головой, и очередная фигура танца развела нас, соединив с другими танцорами. Быстрый взгляд в сторону и из толпы на меня снисходительно взглянула какая-то леди мне, увы, незнакомая. Но смотрела она так, словно жалела меня, или, возможно, злорадствовала?
- Определенно, вам дурно? – спросил Бен, когда мы соединились вновь.
- Да. Но я выдержу до конца, - шепнула ему в ответ и даже смогла улыбнуться.
Он прищурил глаза, поддерживая меня слишком бережно, а затем нас снова развели в стороны фигуры и до самого конца контраданса мы так и не смогли более поговорить. Но вот танец закончился и Кэшем предложил мне руку, чтобы отвести в сторону, когда я снова услышала тихий шепот:
- Бедняжка. Но она слишком дурна собой, чтобы привлечь такого мужчину, как лорд Кэшем!
- Вы слишком суровы, дорогая, - ответил второй женский голос. – Говорите тише, нас могут услышать.
- Кто? Все и так обсуждают это слух.
- Возможно, это всего лишь досужие сплетни. Взгляните, как смотрятся молодые! И лорд, кажется, по-настоящему влюблен…
Я позволила Бенедикту отвести себя к родителям. Рядом уже стояли Астеры, и я вдруг заметила, что взгляд герцогини пылает не хуже самого яркого факела.
Значит, я не ошиблась и услышала, и поняла все правильно! Боги, что же теперь будет?
У меня не было ни тени сомнения в том, кто распустил этот слух. Вопрос заключался только в том, как лорду Харбору удалось сделать это? Впрочем, уже не важно. Но я не ожидала от сэра Джеймса подобной мелочности. Он казался мне умнее. Ведь, право слово, не считает же он, что я разорву помолвку и откажусь от свадьбы?
«Он полагает, что ты безумно влюблена в Кэшема, - шепнул внутренний голос. – А влюбленным девушкам свойственны подобный необдуманные решения и поступки».
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Вы великолепно смотритесь вместе, - проговорила герцогиня спокойно, но взор ее продолжал пылать. – И так чудесно танцуете!
- Благодарю вас, Ваша Светлость, - я сделала книксен, заметив, что Алиса встала в паре с Ричардом для следующего танца. Дэвайс любил танцевать и в этом поддерживал свою невесту. Мне же хотелось только одного – как можно быстрее покинуть этот дом. Но умом я понимала, что поступи так, лишь добавлю огня к общему пламени расползающегося слуха. Решив быть собранной и вести себя так же, как и обычно, я взяла Бенедикта под руку, тут же заметив одобрительный кивок герцогини.
Нет, я буду здесь до конца. Мы с Кэшемом перечеркнем дальнейшие сплетни, доказав, что между нами все по-прежнему замечательно.
- Вы уже познакомились с хозяевами дома? – спросил учтиво герцог Астер.
- Да. Имели такую честь. Очень милые люди, - ответила за нас обеих матушка.
Леди Вайолет бросила взгляд на сына и этот взор был столь выразителен, что Бен приподнял вопросительно брови. Мне показалось, что он единственный или не слышал сплетен, или умело делает вид, что не слышал.
- Вы уже лучше чувствуете себя, леди Аврора? – мужчина склонился ниже, и я кивнула.
- Да, благодарю.
- Весьма рад, - он улыбнулся, а заигравшая музыка оповестила о начале вальса. В этот момент герцогиня склонилась ко мне и с улыбкой произнесла:
- Не желаете ли составить мне компанию, леди Аврора? Я хотела бы прогуляться в парке и позволить своим ушам немного отдохнуть от музыки и шума.
Она явно хотела поговорить, и я с радостью кивнула, так как тоже мечтала хотя бы ненадолго, но побыть в тишине, подальше от всех этих глаз и пристальных взглядов.
- С удовольствием, Ваша Светлость, - ответила с готовностью, и мы вышли, оставив матушку, Бена и остальных общаться и обсуждать предстоящую свадьбу – любимая тема леди Роттенгейн-старшей.
Услужливые лакеи распахнули перед нами двери. Парк, укутанный рассеянным магическим светом, поражал воображение своей красотой. Впереди располагался фонтан-чаша, от которого расходились в разные стороны узкие уютные тропинки, одна из которых вела к беседке у пруда, другая на аллею, украшенную статуями обнаженных прелестниц, а третья, которую и выбрала для нас герцогиня, направлялась к зеленому лабиринту, вход над которым оплетали гибкие акации.
Несколько минут шли молча. Я, не удержавшись, оглянулась и посмотрела на яркие окна залы, где сейчас танцевала моя сестра. Звуки музыки едва доносились, касаясь слуха, но не раздражая его. На смену вальсу пришла кадриль, когда моя спутница наконец заговорила:
- Будем откровенны, леди Аврора. Полагаю, вы, как человек прямой, поймете меня и не обидитесь.
- Я вся внимание, Ваша Светлость! – ответила женщине.
Она тихо, но как-то недобро, рассмеялась.
- Боги, эти сплетни, - и остановившись, взглянула на меня, - вы, конечно же, все слышали, моя дорогая.
Я вздохнула.
- Вижу. Эти курицы, - вдруг удивила меня леди Вайолет, - даже не понимают, что творят своим бездумным кудахтаньем.
Мои брови приподнялись вверх. Признаюсь, что была удивлена необычным речевым оборотом столь благородной женщины. Но как же ее слова попали в точку! Куры! Я невольно усмехнулась. И правда, настоящий курятник злословия.
- Ума не приложу, кого благодарить за эту сплетню, - герцогиня покачала головой. – Вы же не станете верить такому, моя дорогая? И не станете разрывать вашу помолвку?
- Завтра свадьба, Ваша Светлость, - ответила спокойно. – Я намерена стать частью вашей семьи, а сплетни… - сделав паузу, продолжила, - я привыкла к сплетням.
- О! – с пониманием произнесла герцогиня. Она посмотрела на меня как-то иначе, затем сказала: - Я не стану хвалить своего сына и приписывать ему те качества, коих он лишен. Но я знаю Бенедикта и вижу, как он смотрит на вас. Не верьте сплетням, дорогая. Если Бен и был в этом жутком заведении, как уверяют злые языки, то только, чтобы поддержать своих друзей. Он не станет унижать себя связью с подобными женщинами, если отдал свое сердце чистой и искренней девушке, которая станет его законной женой.
