Первыми с лодки на берег сошли Мюллер с Роге, вслед за которыми ковылял Борман.
— С прибытием господа, — тусклым голосом произнес Глюкенау. — Я думал вас будет больше.
— Это все, что осталось, — вздохнул Роге. — Остальные погибли.
— Ну, что ж, милости прошу. Экипаж мы разместим в казарме, а всех остальных в миссии. Рихард, — обратился Глюкенау к Ланге, — проследите за размещением людей. А вас, партайгеноссе, прошу следовать за мной.
После этого, сев в стоявший неподалеку «опель», Борман и Мюллер, в сопровождении Глюкенау, уехали в миссию.
Проводив их хмурым взглядом, Роге закурил предложенную ему Ланге сигарету и кивнул стоявшему на мостике помощнику. Тот прокричал что-то в переговорную трубу и из рубочной двери, один за другим, стали появляться моряки. Щурясь от яркого света и покачиваясь, они осторожно ступали на причал и недоуменно озирались. Многие тут же садились и подставляли солнечным лучам мертвенно бледные, заросшие бородами лица.
— Я вижу вам пришлось не сладко, — участливо произнес Ланге, обращаясь к Роге.
— Зато мы вырвались из ада и живы, — глубоко затянулся тот сигаретой.
— Да, — согласился Ланге. — Нам крупно повезло. А теперь прошу ко мне. Мои аборигены позаботятся о ваших парнях. Шварц! — рявкнул он.
— Здесь, господин капитан! — неуклюже подбежал к нему толстый фельдфебель.
— Прикажите своим людям накрыть лодку маскировочной сетью. А потом доставьте на берег мыло и все необходимое, пусть моряки вымоются в лагуне. После этого накормите их и выдайте шнапса. Парни заслужили.
— Яволь! — рявкнул толстяк и зарысил к сидящим на траве подводникам. А Ланге с Роге и присоединившимся к ним Крюгером, пошагали к щитовому, стоящему под пальмами домику.
Там Роге принял холодный душ, и через полчаса все собрались в небольшой комнате, служившей столовой, где их уже ждал накрытый денщиком стол.
— А вы неплохо устроились, — хмыкнул капитан 3 ранга, бросив взгляд на разнообразные, издающие дразнящие запахи, блюда и закуски.
— Еще бы, — рассмеялся Ланге. — У нас неподалеку своя плантация и ферма.
— И кто же на них трудится?
— Все, кто служил на базе. Мы решили здесь остаться до лучших времен.
— Вы думаете, они для нас наступят? — дернул щекой Роге.
— Несомненно, — но нужно запастись терпением и выждать время. Когда все утрясется, можно натурализоваться в Бразилии или Аргентине. А при желании и вернуться в фатерлянд. Но обо всем этом мы еще поговорим, а пока прошу к столу. Крюгер, налейте всемрому!
После этого, выпив по рюмке, все трое дружно навалилась на еду.
В это же самое время, в гостиной миссии, удобно устроившись в мягких креслах, берлинские гости и Глюкенау, прихлебывая горячий кофе с коньяком, внимательно слушали мерцающий зеленым глазом «Телефункен». Одна из бразильских радиостанций передавала последние новости, и знавший португальский язык Глюкенау, переводил их.
Из сообщений следовало, что война в Европе закончилась полным поражением Германии, фюрер покончил собой и союзные державы начали перегруппировку войск для высадки на Дальнем Востоке.
— Да, — сказал с дрожью в голосе Глюкенау. — За всю свою историю, мир не знал столь великого человека. Он ушел из жизни достойно.
— А кто вам сказал, что ушел? — скрипнул креслом Борман. — Я, лично, глубоко в этом сомневаюсь. Фюрер всегда был непревзойденным мастером фальсификации.
— Так вы считаете, он жив? — пробормотал Глюкенау.
— Кто знает? — многозначительно подняв глаза вверх, сказал Борман. — Пути Господни, неисповедимы.
— Оставьте эту тему господа, — вмешался Мюллер. — Фюрер вечно будет жить в наших сердцах. И где он, известно только Создателю. Кстати, Мартин, а что вы скажите по поводу военного потенциала Японии? — поинтересовался группенфюрер, пристально взглянувна Бормана.
— Армия императора Хирохито[75] насчитывает более семи миллионов солдат и хорошо вооружена, — сказал тот. — К тому же у него отличная авиация и флот, а также множество гарнизонов на островах Океании. Думаю, война далеко не закончена.
— Глубоко в этом сомневаюсь, — пробурчал Мюллер. — Не верю этим мартышкам. А как считаете вы, Глюкенау?
— Японцы неплохие солдаты. Они доказали это в Перл — Харборе, — уклончиво ответил тот.
— Ну, это было давно, — хмыкнул Мюллер. — А впрочем, посмотрим. Времени у нас теперь предостаточно.
Когда новости закончились, Глюкенау выключил радиоприемник и выжидательно уставился на Бормана.
— Каковы наши дальнейшие действия, господин рейхсминистр?
— Затаиться и выждать! — вздернул подбородок тот. — Англичане с американцами ненавидят большевиков не меньше нас, и, я убежден, вскоре станут непримиримыми врагами России.
— И мы встанем на сторону англосаксов?!
— Безусловно.
— А захотят ли они этого?
— Нужно сделать так, что б захотели, — поднял вверх палец Борман. — Не правда, ли Генрих?
— Здесь я с вами солидарен, Мартин, — невозмутимо произнес Мюллер. — Союзников интересуют наши разработки «тяжелой воды», тайные базы в Арктике и агентурная сеть в России, Европе и Африке. И мы все это можем им предоставить, на определенных условиях. Тем более что знаем, на кого следует выходить. Ведь так, Мартин? — наклонился он к Борману.
— Так, — кивнул тот головой.
— А если союзники все-таки откажутся от наших услуг? — поинтересовался Глюкенау.
— Тогда мы постараемся столкнуть их лбами и организовать новую войну, — безапелляционно заявил Борман. Для этого есть все предпосылки. Кстати, насколько я осведомлен, Людвиг, на вашей базе проводились испытания боевых дельфинов. И каковы результаты?
— Они блестящи, но все работы прекращены.
— А техническая документация?
— Не беспокойтесь. Все в надежном месте, союзникам туда не добраться.
— Ну, что же, — сказал Борман. — В таком случае, предлагаю обсудить наши дальнейшие планы. Надеюсь, вы с нами, Людвиг? — вперил он свой взгляд в Глюкенау.
— Да, — с готовностью ответил капитан 1 ранга. — И на то были причины.
В 1942 году, по линии кригсмарине, он принимал активное участие в работе группы доктора Зигмунда Рашера, проводившего в Дахау[76] массовые испытания над военнопленными, и теперь панически боялся разоблачения.
— А можно ли доверять вашим людям, которые остались на базе? — поинтересовался Мюллер.
— Безусловно, группенфюрер. Здесь только добровольцы, не желающие попасть в плен. Впрочем, было несколько человек возглавляемых руководителем проекта — профессором Альтманом, пожелавших вернуться в Германию. Я отпустил их, но, к сожалению, все онибесследно исчезли в джунглях.
