К горлу подкатил комок, а глаза зажгло. Я отвернулась к окну и больно ущипнула себя за кожу руки, чтобы не зарыдать.
— А давайте сделаем привал! Смотрите как тут красиво! — вдруг предложила Ребекка, подъехав ближе к карете и обращаясь сразу же ко всем.
Я угрюмо промолчала, потому что ни секунды не хотела находиться в ее компании. Но мужчины ее поддержали и вот теперь я сижу на поваленном дереве и смотрю, как на костре жарится тушка зайца, которая, наверное, у меня в горло не полезет, потому что зверушку легко подстрелила Ребекка.
Нисколько не сомневалась, что она это сделала, чтобы самодовольно красануться перед мужчинами и лишний раз позлить меня. Мол, она самая умелая, и охотница, и прекрасная наездница, и вообще красавица, которой равных нет.
Виляя задом в обтягивающих брюках, она ходила вокруг Гордена и не обращала внимание на кучера, который почти облизывался на нее и смотрел пылающим похотью взором. Я взяла веточку, что валялась рядом и со злостью кинула ее в костер.
Приеду в город, куплю себе такие же обтягивающие брюки и буду тоже вертеться перед Горденом, и вызывать ревность, потому что фигура у меня не хуже, чем у Ребекки и мужики явно будут пускать на меня слюни. И еще запишусь на курсы верховой езды.
Я встала взять фляжку с водой, что лежала рядом на траве и тут, перед мои носом, пролетела стрела, со свистом впившись в то место, где я только что сидела.
Глава 28
А потом начался ад. Стрелы сыпались градом, словно ливень из острых смертельных жал. Я не понимала, что происходит, и в меня бы точно попали, потому что я не пряталась и просто растерянно хлопала глазами. Но Горден толкнул меня на землю возле упавшего дерева, и надо мной засверкал магический щит, который он поставил. Я сжалась и заскулила от страха — нас окружили эльфы. Много остроухих вестников смерти. Они убивали нас молча, действовали слаженно. На них была одежда зеленого цвета, кожаные доспехи, мечи за спиной и луки. Мне показалась их тьма.
Горден, словно молния, отбивал огненными клинками летящие стрелы, вокруг него мерцал от каждого попадания серебристый щит. С сосредоточенным лицом Ребекка отражала удары острых наконечников, сверкающей магией серебристой секирой. Вот уж не знала, что женщина может выбрать такое неизящное оружие, как, например, меч. Словно волчок крутился по поляне Кастель — он успевал кидать огненные дротики в эльфов и пускал в них файеры.
Нам конец! Их слишком много! Паника душила и не давала сделать полный вдох. Я жалась к стволу дерева и хотела бы закрыть глаза, но не могла — смотрела с ужасом на разворачивающуюся картину смертельной битвы, что была решающей для наших жизней.
И это все? Так и закончится моя недолгая жизнь? И я даже так и не узнала, какие с Горденом у нас будут дети? И тут одна стрела впилась в мой защитный купол, я так громко завизжала, что отвлекла всех. Горден подскочил ко мне, озабоченно огладывая, Кастель тоже подвинулся ближе. Даже Ребекка бросила взгляд на меня. Я тут же прикусила язык, сетуя на свою эмоциональность и несдержанность. Они же из-за моего крика могли погибнуть!
А эльфы продолжали наступать. Яростно бились мои спутники, а у эльфов, похоже, кончилось терпение — они наслали на нас ядовитый туман.
Первой закашлялась Ребекка, и согнулась, упершись в колени. Горден тут же применил заклинание — отправил воздушный вихрь, разгоняя ядовитые пары. Но к ядовитому туману прибавился мрак. Он, словно субстанция из Бездны, растекался вокруг нас, окутывал в смертельный кокон и не давал увидеть окружающих нас врагов. Горден и Кастель зажгли файеры и огненными мечами пытались не только отбивать стрелы, но и освещать призрачные фигуры эльфов, что виднелись размытыми тенями в глубине мрака.
— Ребекка, уводи Марику! — вдруг раздалась команда Гордена. И он с Кастелем стали теснить эльфов так, что за их спинами образовался проход в лес.
Как уходить? И оставить их тут одних? Хотя я понимала, что от меня толку, как от муравья в битве титанов, но не могла же я бросить тут Гордена! Нет!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Ко мне подошла Ребекка и решительно дернула вверх. «Какая она сильная, оказывается», — удивилась я.
Щит над нами замерцал, и усилился вторым — Ребекка перестраховалась. Я попыталась вырываться из ее цепких рук и закричала:
— Я не пойду никуда без Гордена! Нет!
— Престань, дура! Он тебе жизнь спасает! — зло произнесла Ребекка и потащила меня за собой в лес.
Когда я обернулась уже возле деревьев — на поляне развернулась Бездна. Кровь на траве, на деревьях, летящие из мрака стрелы. Файеры Гордена с Кастелям выхватывали на миг обожженные фигуры врага, в которых долетал магический снаряд. Но эльфов сильно поубавилось, как мне показалось, на поляне лежали их трупы с невидящими глазами, и с развороченным животом и грудью.
— Не скули, — зло бросила Ребекка.
Она упорно тащила меня вглубь леса. А я даже не заметила, что из меня вырываются всхлипы и подвывания. За спиной нас прикрывали мужчины, и только Небеса знали, что будет дальше.
***
Звуки битвы стихали по мере того, как мы с Ребеккой удалялись все дальше и дальше вглубь леса. Густые кроны смыкались над нами. Широкие стволы деревьев и кустарники, что цеплялся за одежду, не позволяли быстро идти.
— Но зачем мы так далеко уходим? Как же они потом нас найдут? — спрашивала я, уныло плетясь за Ребеккой и все время оглядывалась, надеясь увидеть догоняющего нас Гордена и Кастеля.
— Найдут, — сквозь зубы процедила Ребекка. — Но если все плохо закончится, поверь, ты бы не захотела попасть в лапы этих наемников. Для женщины лучше сразу же умереть, чем мучиться несколько часов, погибая от разрывов и в собственной крови.
Я опешила и остановилась. Что-то о таком в этой месиве и бойне я даже не подумала. И по спине прошел холод, словно прислонилась к льдине. Что такое попытка изнасилования я уже знала, благодаря орку, а тут... Эльфов было много… У меня сердце похолодело от ужаса, и я гулко сглотнула. Бека зло улыбнулась.
— Не переживай, я этого не допущу. Успею тебя убить раньше.
Я выкрикнула:
— Да что я тебе сделала-то? Почему ты меня так ненавидишь?
— С чего ты взяла, что я тебя ненавижу? — удивленно произнесла Ребекка.
— Потому что я с Горденом, да? Ты опять хочешь быть с ним?
— Мечтай. Если бы он мне был нужен, то тебя бы уже ветром сдула, и не было на моем пути, — усмехнулась она.
— Ах ты тварь! — кровь в венах забурлила от ярости, распространяясь ядом по организму и застилая разум. Я скрючила пальцы и кинулась к ней, желая разодрать в кровь лицо этой стервы. А Ребекка вдруг побледнела и стала оседать на землю. Я уже была близко и еле затормозила, с удивлением смотря на нее. Она тяжело дышала и прижимала ладонь к бедру. Ткань ее брюк пропиталась кровью. Я даже в этой суматохе не заметила, что ее ранили.
— Подожди немного, сейчас приду в себя, а потом продолжишь меня убивать, — без улыбки произнесла она и прикрыла глаза, тяжело дыша.
Я молча стояла и кусала губы. Злость все еще преобладала во мне, и желание выцарапать ей глаза не покидало.
Тем временем Ребекка разорвала брюки на бедре, и я увидела рану, похоже, оставленную стрелой эльфа. Она была глубокая и с синими краями.
— Подожди, сейчас, — я оторвала низ платья и перевязала ей ногу выше пореза, и приложила еще кусок ткани на саму кровоточащую рану.
— Края синие…. Почему такого цвета? — бормотала я, пытаясь понять, что не так с раной.
— Это яд скиры.
— Что?
— Стрелы наемников отравлены, чтобы уж наверняка мы умерли даже от малейшей царапины.
— К-как? — заикаясь спросила я.
— Мне осталось часа четыре, не больше, — пожала плечами Ребекка, словно говорила, что после обеда пойдет прогуляться.
— Подожди! Как это вылечить? Я про такой яд никогда не слышала, — вскочила я.
Сердце сжалось от страха. А если там и Гордена ранили? Я с тоской глянула в сторону, откуда мы пришли, и захотелось бежать к нему со всех ног. А если он там умирает? Ведь я могла бы быть с ним рядом до конца! Я сделала несколько шагов, серьезно собираясь вернуться на поле битвы, и тут услышала издевательский смешок Ребекки.
