соорудил сравнительно простой проверочный алгоритм
D, который при подаче на вход
I определенных данных на выходе должен был выдать решение, к которому путник придет, если ситуация будет описываться с помощью данных
I. Джинн запустил рутинные вычисления на одном из блоков джинниума, но результатов пришлось ждать очень долго, и джинн понял, что алгоритм зациклился, хотя и не понял, почему. Сколько времени потеряно! Следующей мыслью джинна было написать другой алгоритм,
H, чтобы исправить ситуацию: он должен был бы проанализировать
D и
I, и если
D (I) не смог бы закончить работу, он выдал бы результат «НЕИЗВЕСТНО», а в противном случае просто вернул бы алгоритм
D (I). Джинн нахмурился. В его великолепной памяти сразу всплыли воспоминания о том, что 63 миллиарда секунд назад он уже шел этим путем. Функция H, которую джинн только что планировал смастерить, была практически той же самой функцией H, которую он пытался создать тогда. Он даже использовал ту же самую букву! Таким образом, поиск этой функции был одной из тех ненавидимых джинном задач, которые он так и не сумел решить.
Джинн рассердился еще больше, когда понял и доказал существование некоторых приложений и следствий из этого результата. Наиболее очевидным из них было то, что не существует легкого и верного способа предсказать решения человека, даже если отлично понять алгоритм, по которому человек предположительно проводит вычисления в своих крошечных мозгах при принятии решений. Джинн сам должен был бы провести вычисления по данному алгоритму, понадеявшись, что в какой-то момент вычисления закончатся получением результата. Конечно, найти этот точный алгоритм было достаточно проблематично, и потому джинн планировал использовать какой-то гораздо более простой алгоритм, который мог сделать процесс обдумывания принимаемых человеком решений более эффективным, чем процесс обдумывания самим человеком! Но это оказалось труднее, чем ожидалось, из-за технической проблемы: если джинн даже не мог как следует разобраться в алгоритме человека, чтобы понять, есть ли в нем бесконечные циклы, то как он мог написать более эффективную и более короткую эквивалентную программу? Похоже, джинну пришлось бы предварительно серьезно поработать и создать некоторые грубые модели сомнительной надежности, для отладки которых, возможно, даже потребовалось бы тестирование на человеке. Эта перспектива и так-то представлялась достаточно неприятной, но на деле все оказалось еще хуже.
А затем джинн понял, что он не может предсказать и своих собственных решений. Фактически он убедился, что не может даже уверенно просчитать, сколько времени ему потребовалось бы для принятия решения. Пусть бы это было любое время, лишь бы оно было меньше времени, требуемого для реального принятия решения![57]).
По мере того как джинн размышлял обо всем этом, его раздражение возрастало. Когда же он наконец решил ответить приставучему путнику, то обнаружил, что этот паршивец давно покинул его пещеру.
Часть 3
Можно ли однажды разорванное склеить вновь
Такие понятия, как постоянные, устойчивые и неизменные телесные проявления, чувства, восприятия, ментальные конструкции, сознание, мудрые люди в этом мире не признают. И я тоже говорю, что таких вещей не существует.
Будда Шакьямуни
19. Советы от повара
(Храм Зуйо-дзи, Япония, 1625 год)
В ясный осенний полдень до тебя сквозь шуршанье падающих листьев доносится разговор мастера Дзеньё с монастырским поваром, бывшим к тому же одним из его самых что ни на есть взрослых учеников.
Дзеньё: Достопочтенный Будда утверждает, что всякое упорядочение вещей непостоянно и что все они стремятся к восстановлению беспорядка.
Повар: Это правда. Посмотри на этот заплесневелый рис!
Дзеньё: Мир так стар. Почему же кухня до сих пор не покрылась пылью?
Повар: Возможно, порядок образуется из беспорядка?
Дзеньё: Что же, кухня сама себя чистит?
Повар: Именно так, когда я в кухне.
Дзеньё: Но куда девается грязь?
Повар: За сараем множество мест, куда можно вылить грязную воду.
Дзеньё: Так вот она где! А откуда появляется твой завтрак?
Повар: Из солнечного света и дождя.
Дзеньё: А почему Солнце светит?
Повар: Потому что оно было так создано.
Дзеньё: А кто породил Солнце?
Повар: Вселенная.
Дзеньё: А кто наводит порядок во Вселенной?
Дрова превращаются в пепел, но пепел не может превратиться в дрова.
Эйхэй Догэн
Ваш стол постепенно захламляется, кухня почти всегда нуждается в уборке. Автомобили разбиваются, мосты падают. Даже и сейчас, когда вы читаете эти строки, ваше тело стареет. Оно болеет, оно когда-нибудь умрет. Мы все подвержены распаду и гниению. Но полный хаос, однако же, не наступает: кухню убирают, автомобили собирают и чинят, мосты реконструируют, детей рожают.
Почему кухня никогда не самоочищается? И каким образом, раз она этого не делает, она все-таки оказывается чистой? Ведь убирающий ее человек тоже подвержен распаду! И если все распадается, то почему мир не дошел до состояния полного хаоса уже давным-давно? Существуют ли исключения в этом законе всеобщего разложения? И если да, то какие? А если нет, то как в мир вносится порядок? Скоро мы с вами увидим, что эти важные вопросы затрагивают некоторые фундаментальные основы физики, а также огромные масштабы пространства и времени.
Начнем с кухни. Что означает «навести на ней порядок»? Это означает, что вся посуда убрана в шкаф, а не раскидана по столешнице, что рис помещается на нужной полке, пол помыт, а стол чист. Беспорядок же в кухне означает, что вся утварь не находится на правильных местах. Посмотрим с другой стороны. Есть невероятное множество способов разместить в кухне тарелки, специи, кастрюли и продукты, но только очень немногие из них придают кухне убранный вид. Порядок — специальное свойство, и его очень легко утратить.
Точнее сказать, мы можем представить, что пронумеровали все конфигурации кухни, — то есть все возможные способы разместить тарелки, кувшины, кастрюли и прочую утварь. Теперь предположим, что каждой такой конфигурации мы присвоили описывающее ее определение: «отлично убранная», «неплохо убранная», «некоторый беспорядок» и «ужасный беспорядок». Совершенно ясно, что эти четыре градации перечислены в порядке увеличения числа включенных в них наших кухонных конфигураций.
Теперь представим, что кухня находится в одном из состояний категории «неплохо убранная», и допустим, что на нее действует некая сила, которая переставляет вещи независимо от наших определений. (Вы могли бы вообразить ряд случайных сил, переставляющих предметы, в порядке возрастания их разрушительной способности, например: землетрясение — ураган — четырехлетний ребенок.) Вы скоро увидите, что под действием этой внешней силы кухня с очень высокой вероятностью перейдет в
