— Походу, Эдди и сам понял, что он выглядит реально уродливо, и сделал нормальную стрижку, — уверенно говорит Кевин. — Ведь когда мы вместе работали курьерами, у него была точно такая же прическа.
— Ха, да стоит опустить его стоячие волосики на лоб и перестать стричь, как через полгода у него будет такая же челка, которая закроет половину его миленькой мордашки, — громко ухмыляется Терренс.
— Ну а поскольку он не может этого допустить, то мы, к счастью, больше не увидим этот ужас, — уверенно предполагает Бенджамин.
— Да я лично побрею Эдварда налысо, если у него хватит мозгов вернуть эту идиотскую челку.
— Я тебя побрею налысо, если отрежешь мне хоть одну прядь волос! — громко вставляет Эдвард.
— Только попробуй. — Терренс с гордым видом поправляет свои волосы. — Поскольку моя голова в сто раз дороже твоей, то к моим волосам может прикасаться только профессионал.
— Пф, кто сказал, что твоя голова чего-то стоит?
— А разве кто-то сказал, что твоя такая уж ценная?
— Слышь, МакКлайф, а классный у тебя был причесон! — сквозь громкий смех говорит Блейк и поднимает большие пальцы вверх. — Розовый – это твой цвет! Отвечаю! Перекрась свои волосы, и все будут в восторге!
— Ага, начни одеваться как кукла Барби! — громко ухмыляется Кевин.
— Накупи себе розовых шмоток и стань гламурной чикой, — весело добавляет Коди. — А мы найдем для тебя кого-то, кто станет для тебя Кеном.
— Слушайте, ребята, а кто из вас разбирается в красках и знает, какая лучше будет держать цвет? — загадочно улыбается Кристофер. — Пусть наш жених женится с розовыми волосами! Гости будут в восторге!
— Да, Джер, Уилл, а где вы, кстати, купили ту краску? — уточняет Блейк.
— Мы ее не покупали, — признается Уильям.
— Нам подружка подсказала, какую использовать краску, когда мы сказали ей, что хотим разыграть нашего братца, — весело признается Джереми. — Она и сама как-то разыграла так своего старшего брата, а мы воспользовались ее идей и попросили сказать, какую нам взять краску. Ну а она поделилась с нами своей. У нее осталась упаковка с того раза.
— Нам было важно найти ту, которая бы вскоре смылась. Ибо если бы она была несмываемая, то у нашего Эдди случился бы сердечный приступ. От того, что ему придется отрезать все свою гриву, чтобы отрастить волосы с натуральным цветом.
— И вам – ну очень – крупно повезло, что эта краска смылась, — с трудом связывая слова, со стаканом в руке вставляет Эдвард. — Ибо если бы она оказалась несмываемой, а я был бы вынужден брить башку, то вам пришел бы конец. И мне по хер, что сделал бы отец, мачеха и кто-либо еще. Ибо для меня мои волосы очень важны.
— Мы были уверены, что ты ничего нам не сделаешь, поскольку знали, что краска реально была смываемой, — уверенно говорит Уильям. — Ну а твои истерические вопли и отборную порцию трехэтажного мата мы спокойно пережили. Нас это нисколько не испугало.
Эдвард ничего не говорит и лишь передразнивает то, как Уильям сказал последние слова.
45.5
— Эх, прошло уже столько времени, но я все еще не перестаю ржать, когда смотрю на эту знаменитую прическу МакКлайфа, — весело признается Даниэль. — У меня тоже есть эта фоточка, и я ни за что не удалю этот шедевр. Я берегу ее как зеницу ока.
— А я смотрю на нее, когда у меня паршивое настроение, — бодро говорит Питер, так же, как и все заливаясь громким смехом. — Знайте, как мне становится хорошо, когда я нахожу эту фоточку у себя в мобиле и смотрю на нее! День становится намного лучше!
— Слушайте, обязательно скиньте мне эту фотку, — уверенно просит Кристофер. — Я буду смотреть на нее, когда мне захочется придушить моего начальника.
— А что, он такой ужасный? — удивляется Райан.
— Да этот мужик просто невыносим! Он постоянно выносит всем мозг и вечно всем недоволен! Из-за него я всегда ухожу домой в паршивом настроении и хочу кого-то убить. Но если у меня будет эта легендарная фоточка, то она будет поднимать мне настроение и помогать оставаться спокойным.
— Думаю, она всем нам поднимет настроение, — с легкой улыбкой предполагает Бенджамин.
— Слушайте, а давайте опубликуем ее в Интернете? — с широкой улыбкой бодро предлагает Терренс. — Эта фоточка мгновенно распространится где только можно и станет самым популярным мемом!
— О, да с этой фоткой можно создать кучу мемов! — бодро отмечает Блейк. — Напиши что угодно – все пойдет!
— Предлагаю нам заняться этим, когда мы протрезвеем!
— Слышь, прожорливый жираф, если ты не заткнешься, я побрею тебя прямо сейчас! — громко угрожает Эдвард. — И вас всех – тоже!
— Нервничает МакКлайф, нервничает… — загадочно улыбается Кевин.
— Предупреждаю вас всех, придурки: если я увижу эту фотку где-то в Интернете, то вы мне ответите за это.
— Да ладно тебе, Эдвард, расслабься! — весело восклицает Райан. — Классная же фотка!
— Я не шучу, идиоты! Даже не смейте позорить меня и сливать эту сраную фотку в Интернет!
— Не слушай его, Райан, — бодро произносит Уильям. — Эдвард нервничает, потому что до смерти боится, что кто-нибудь отрежет ему хотя бы сантиметр волосиков или сделает что-то для того, чтобы он был вынужден состричь их все.
— Вот он и устроил истерику из-за того, что его волосики окрасили в розовый, — выпив немного из своего стакана, по-доброму ухмыляется Джереми. — Окрасили в цвет для девчонок.
Парни снова заливаются истерическим смехом, то сгибаясь пополам, то хватаясь за животы, пока Эдвард делает очередной глоток виски, но потом дает кому-то подзатыльник или просто толкает в спину, бок, плечо или предплечье. Ну а сидящий в сторонке с игрушкой Сэмми, наверное, окончательно убеждается в том, что этим мужчинам точно нельзя пить, ибо они ведут себя как идиоты.
— Ох, слушайте, ребята, вы меня здорово рассмешили, — весело признается Блейк, держась за живот. — Я еще никогда в жизни не ржал столько, сколько сейчас.
— Подожди, Блейк, — уверенно отвечает Джереми. — Вот мы протрезвеем, и ты будешь еще больше и громче ржать после того, как узнаешь, как мы с Уиллом регулярно надирали Эдварду задницу и давали папе повод немного вправить ему мозги.
— О, если я сейчас ржу как конь, то боюсь представить, что со мной будет, если вы расскажете обо всем этом, — по-доброму усмехается Райан, ладонь потирая лоб.
— Да уж… — резко выдыхает Коди.
— Ну вы дали… — добавляет Джозеф.
— Ничего, парни, нам с Терренсом и Даниэлем тоже есть что рассказать, — сделав пару глотков виски, уверенно отвечает Питер. — Только подождите немного! Вот протрезвеем и переживем страшное похмелье, а потом все и расскажем.
— Но перед тем, как мы придем в норму, нас ждут сильная головная боль, блевотина и ломка, — со стаканом в руке отвечает Даниэль.
— Ну и ладно! — весело вставляет Эдвард, размахивая руками. — На хер все! У нас праздник, мужики! Давайте тусоваться и веселиться!
— Ха, ты хоть зад-то сможешь от дивана отодрать? — громко ухмыляется Кевин. — Тусоваться он собрался!
— Пф, да запросто! — Эдвард резко поднимается с дивана, но сразу же ощущает легкое головокружение и слегка пошатывается, едва устояв на ногах и схватившись за подлокотник дивана. — Вот!
— Теперь вы видите, что его понесло не туда? — задумчиво спрашивает Кристофер. — После двух или трех стаканов он и туго соображает, и с трудом на ногах стоит!
— Чего это с трудом? — едва связывая слова, с широкой до ушей улыбкой громко удивляется Эдвард. — Да я еще станцевать смогу! И станцую! У меня же праздник! Я имею право!
Пока Эдвард глупо улыбается и по какой-то причине тихо хихикает, все парни переглядываются между собой.
— Так, ребята, больше этому чуду в перьях не наливать, — со скрещенными на груди руками говорит Терренс, будучи и сам далеко не трезвым. — А то он уже пьяный в стельку.
— Пф! — по-доброму ухмыляется Эдвард. — Сказал и сам такой же пьяный, едва стоящий на ногах и улыбающийся как дебил.
