— Нет, моя малышка Челси была очень воспитанной и скромной девочкой. Хотя и ужасно любопытной. Мы с родителями и сестрой всем сердцем обожали ее. Да, конечно, иногда она вредничала и делала гадости, но такова женская психология – от этого никуда не деться. Челси, как истинная девчонка, порой тоже капризничала и обижалась, когда ей уделяли мало внимания.
— Моя Стейси тоже была очень воспитанная, — уверенно отвечает Бенджамин. — Просто ей не слишком понравился Терренс. Он единственный, кого она, так скажем, не переваривала. А отношение этого псевдокороля лишило его любого шанса на завоевание ее любви и восхищения.
— Да уж, ну и дела, — задумчиво говорит Джозеф.
— К тому же, не будем забывать, что МакКлайф до сих пор не может смириться с тем, что люди могут не только пускать по нему слюнки и облизывали экраны во время показа кино с его участием, но еще и дико ненавидеть. Для Терри это всегда было сильным ударом по его безграничному самолюбию. Он привык, что все восхищаются им и считают незаменимым.
— По-моему, ты стал слишком болтливым, Бенджамин Паркер, — задумчиво говорит Терренс. — Стоило налить тебе немного выпивки, как ты превратился в занудливого болтуна.
— Занудливым стал ты, Терренс. Думаю, пора налить еще стопочку, чтобы ты снова подобрел и просто дико ржал как конь.
— О, а я предлагаю снова выпить! — приподняв руку, весело предлагает Блейк.
— Прекрасная мысль, Блейк! — бодро одобряет Питер. — Только налейте еще немного нашему неотразимому павлину. А то сидит тут как неродной с пустым стаканом.
— Один момент, друзья!
Блейк берет бутылку, на половину заполненную крепким виски, и быстро наполняет пустой стаканчик Терренса, а также подливает чуть-чуть себе и всем остальным.
— Ну что, мужики, поднимем эти стаканчики… — слегка покачивая всем телом и сидя на полу с подогнутыми под себя ногами, предлагает Джереми.
— Давайте просто выпьем за то, чтобы классно провести время, — весело добавляет Уильям, будучи уже довольно опьяневшим.
— Да-а-а-а! — в разное время радостно вопят все мужчины.
С такими радостными возгласами и улыбками до ушей парни поднимают свои стаканы, легонько ударяют по каждому и выпивают несколько очередных глотков обжигающего горла виски, после которого они не забывают закусить чем-нибудь из того, что сейчас лежит перед ними. А немного погодя, немного затуманенный взгляд Кевина останавливается на Эдварде, который задумывается о чем-то своем и на время покидает друзей и братьев в своих мыслях, уставив задумчивый взгляд на дальние горизонты.
— Эй, Эдвард, о чем ты там задумался? — весело спрашивает Кевин и щелкает пальцами перед лицом Эдварда. — Алло… А ну колись давай, чем заняты твои мысли!
— Его любимой блондиночкой, конечно – чем же еще! — по-доброму ухмыляется Кристофер. — Наверное, он уже представляет себе свою первую брачную ночь.
— Нет, просто вспомнил, как увидел ее в первый раз, — задумчиво, с легкой улыбкой отвечает Эдвард, постукивая пальцами по своему стакану. — Как зашел в кафе для того, чтобы пожрать, но забыл, что мне было нужно сразу же после того, как увидел ее… Эту невероятно красивую девушку…
— М-м-м, ну все, братцы, минутка сентиментальности началась, — с хитрой улыбкой отвечает Бенджамин.
— Серьезно, ребята… Увидев ее издалека, она сразу же мне понравилась. Я еще никогда не встречал девушек красивее, чем она. К тому же, Наталия – первая блондинка среди девушек, которых я когда-либо знал. Я их избегал, потому что считал недалекими. Но ее красота так поразила меня, что я наплевал на свой принцип.
— Ну на такую красавицу любой обратит внимание, — задумчиво отмечает Райан.
— Правда она сидела за столиком и была очень грустной. Мне тогда стало так жалко эту девушку… Сразу же появилось желание заставить ее улыбнуться и утешить.
— И сколько же усилий тебе пришлось приложить, чтобы решиться подкатить к ней? — интересуется Уильям.
— Не так уж много. Немного подумал и решил убить двух зайцев сразу: и пожрать чего-нибудь, и попробовать завести знакомство с красивой девушкой. Вот и подошел к ней и спросил разрешения сесть за столик. Ну а она особо не возражала.
— Наверное, она была очарована твоей смазливой мордашкой и сразу же повеселела, когда за ее столик сел парень, — по-доброму усмехается Блейк.
— Хоть она разрешила, я не увидел, что Наталия была заинтересована в общении со мной. Я бы сказал, позволила, чтобы не обидеть. Эта девушка даже не смотрела на меня, когда я разговаривал с ней, хотя совсем не грубила и не прогоняла.
— И тебе не было обидно? — удивляется Джереми.
— Я просто понимал, что ее что-то беспокоило. Вот и относился с пониманием. И был готов и выслушать, и уйти, если она попросит. Однако этого не случилось. Наталия по своему желанию рассказала, что переживала из-за того, что поругалась с Ракель по вине одного отморозка.
— Ничего себе, — задумчиво говорит Коди. — Вот так легко рассказать все чужому человеку…
— Она тогда была так расстроена, что не думала о бдительности. Могла рассказать все кому угодно. Кто угодно мог спросить ее, что случилось, и Наталия бы все рассказала.
— А я думаю, ты ей просто приглянулся, — уверенно говорит Бенджамин. — Вот она все и выложила на блюдечке!
— Вряд ли! Наталия взглянула на меня только лишь после того, как я заговорил про Терренса, которого тогда пытался найти. Пока я внимательно разглядывал эту девушку и восхищался ее красотой. И мечтал увидеть ее улыбку…
— Окей, а дальше мы уже знаем, что было: Наталия согласилась помочь тебе встретить твоего братца, родство с которым ты ото всех скрывал, а тебе представился шанс подкатить к ней и регулярно приглашать ее на свидания, — весело рассказывает Даниэль.
— И она, конечно же, летела на них на всех порах, потому что все больше была очарована тобой, — бодро добавляет Питер. — Ну и в итоге блондиночка окончательно втюрилась в тебя и мечтала об одном молодом парне со смазливой мордашкой каждую темную ночь.
— Я не мог не воспользоваться шансом, — загадочно улыбается Эдвард. — С Терренсом я тогда не мог встретиться, потому что в его жизни происходил кошмар. Ну и я подумал, что не стоит терять время зря. Начал проводить время с Наталией: куда-то ее приглашал, много с ней общался, что-то советовал, где-то поддерживал, когда-то утешал… И я все больше убеждался в том, что это приносит мне удовольствие. И был ужасно рад, что она не отказывалась со мной встречаться.
— Да уж, а оказывается, мой маленький братишка – тот еще соблазнитель, — скромно хихикает Терренс. — Закадрил девчонку без особых усилий!
— Но самое смешное во всем этом было то, что она думала, будто я перестану общаться с ней после того, как познакомлюсь с Терренсом, — сквозь смех рассказывает Эдвард. — Мол на кой черт она мне будет нужна, если я уже встречусь с ним. Наталия до последнего верила, что я ею воспользуюсь и брошу ее, когда получу то, что хочу. Она даже перестала выходить со мной связь. Пропала на пару недель. Причем после того, как мы впервые поцеловались. Поцеловались, парни! Я ясно и четко ей сказал, что она мне нравится и даже не думал прекращать с ней общение после встречи с Терренсом.
— А может, все так бы и было? — предполагает Джозеф. — Если бы не только ты не вскружил ей голову, но и она – тебе, Наталия и не обратила на тебя внимание.
— Но в любом случае я бы не забыл ее и всегда был бы благодарен ей за помощь.
— Слушайте, лично меня до сих пор удивляет ее поступок, — уверенно говорит Терренс. — Она реально дурочка, раз кинула Эдварда после их первого поцелуя и честного признания в симпатии.
— Ну ладно, может, девчонка просто была в шоке, — бодро предполагает Кевин. — Не ожидала, что ей признаются в любви. Вы же сами говорили, что Наталии всегда не везло в отношениях, и ею все пользовались. А тут бац тебе – и ПРИНЦ прискакал! САМ!
— Эй, да я и сам не думал, что полюблю эту девушку и захочу жениться на ней, — признается Эдвард. — Не думал, что наши отношения станут серьезными. Мол, мы потусуемся вместе какое-то время, а потом она мне надоест, и я дам ей отставку. И сейчас я не связываю это с тем, что она согласилась помочь мне встретиться с Терренсом.
