Генерал снял трубку и поприветствовал собеседника первым. В разговорах с Грессом Вико важно было брать инициативу в свои руки.
– Ну, здравствуй, старина. Что-то давненько ты не позванивал. Случилось что?
– Будто ты сам не знаешь.
– Знаю. Говори, чего хочешь. Коротко и ясно. А то у меня тут люди заседают.
– Надо с колдунами кончать. Хлопотно очень. И опасно.
– Раньше надо было думать.
– Что было, то прошло.
– Что предлагаешь?
– Столкнуть их всех на безлюдной территории. Мои аналитики предлагают пустыню Аксу-Кум.
– И как мы их туда затащим?
– Мой точно будет. Он пока меня побаивается. Боюсь, что это ненадолго, так что кончать его надо в любом случае. Ну, а ты о своих уж сам придумай, как направить куда следует. У тебя голова большая. Подсказать или не надо?
– Обойдусь. А с хуннами что делать будем.
– Да ничего! Либо сами друг другу глотки перегрызут, либо потянутся вслед за остальными.
– Хорошо. Думаю, ты прав. Давай со временем определимся.
– А чего тянуть… Завтра. В полдень. По местному времени королевства Маскат. У руин Эль-Бабилона.
– Не жалко тебе объект культурного наследия?
– Чёрт с ним, с объектом. Мир спасать надо и свои задницы.
– Вот как ты заговорил…
– Не придирайся. Как я понял, ты согласен.
– Ну, сейчас посоветуюсь с товарищами. И решу.
– Решил ты уже всё. – В трубке раздались короткие гудки.
После непродолжительной паузы молчание нарушил действительный тайный советник:
– О чём договорились?
– Всё прекрасно. От подробностей воздержусь – всё одно вы за мной шпионите, и распечатка разговора через полчаса будет лежать на вашем столе. Ознакомитесь. А сейчас позвольте совещание объявить закрытым. Работать надо. Полковник Кедрач и генерал-поручик Кучум, вас я попрошу остаться.
Едва участники совещания оказались за дверью, в кабинет без доклада ворвался явно встревоженный офицер по особым поручениям.
– Что стряслось? – спросил командующий, явно недовольный несвоевременным вторжением.
– Ваше Высоскопре…
– Короче!
– С базы в Гремихе сбежала группа курсантов. Некий, – офицер заглянул в телефонограмму, которую держал в руке, – Маркел Сорока, трижды судимый. С ним шесть девиц.
– И что? Пусть бегают, пока не поймают.
– Они похитили артефакты из хранилища. Жезл Младигора, Свирель Пана и другие – всего семь наименований.
– Мне же докладывали, что там хранятся лишь копии. – Генерал Сноп всё ещё старался сохранять спокойствие.
– Они прошли сквозь стену и растворились в воздухе, – пробормотал офицер. – Беглые, в смысле… Растворились.
– Эксперты, что ли, попутали? – удивился Кучум. – Вместо копий подлинники положили…
– С этим потом разберёмся, – прервал его Сноп. – Дина, немедленно поднимите дело этого самого Маркела и девок, что с ним бежали. Через час доложите. Зря я на отставке-то не настоял. Ох, зря…
Свидетельство девятнадцатое Для служебного пользования Историческая справка
Заказчик: Сектор разработки секретных операций Спецкорпуса Тайной Канцелярии Посольского приказа Соборной Гардарики.
Разработчик: 2-й отдел сектора ИАЯПФ Исследовательского Центра Спецкорпуса Тайной Канцелярии Посольского приказа Соборной Гардарики.
Использование мистических способностей отдельных людей, а также артефактов, наделённых возможностями, необъяснимыми с точки зрения современной науки, известно с древнейших времён. С большой степенью вероятности можно утверждать, что подобного рода способности, явления и предметы широко использовались в военно-политических целях и в доисторический период существования человечества, но достоверными источниками, свидетельствующими об этом, мы не располагаем.
Первое свидетельство по боевому применению «силы семи» связано с легендарной битвой при Мегиддо, с которой связывается падение власти Падших.
Отдельные толкователи «Нерукотворного писания» придерживаются мнения, что современные языческие культы основаны на почитании тех самых Семерых Падших, которые правили миром более десяти тысяч лет. Однако тщательный семантический анализ этого источника показал, что прямых оснований для подобного утверждения не существует.
Совершенно иные данные приводятся в так называемом «Изначальном летописном своде». Этот исторический источник формировался задолго до того, как в Гардарике восторжествовали принципы Соборности. В течение веков, когда на территории государства царила межрелигиозная нетерпимость, все оригинальные списки этого документа были уничтожены или утеряны. Однако сами Отцы Церкви так часто и подробно цитировали его в своих богословских трактатах, что текст документа за последние триста лет удалось восстановить практически полностью, и сейчас он признан основным письменным источником по истории древних антов и вентов.
Итак, в данном летописном своде утверждается буквально следующее: «В селении [затерянном] в лесах у реки Ингул жили сёстры Жива и Навь. [Неподалёку] жили Даж, Прах, Чур, Волос и Род. Не ведали они, что миром правит Зло, поскольку [этих] мест оно не касалось, а сами они [никуда] не ходили. И воззвали к ним Земля и Небо о спасении. С небес [на них] пролился серебряный дождь и наделил силой, а ветер указал [им] путь до Кермальских гор. И многие [люди] пошли вслед за ними, не убоявшись Зла. И была битва, где сокрушили они власть Зверя и воинство царей земных, присягнувших ему, живших в сраме и бесчестии».
Данный текст позволяет утверждать, что семь главных языческих богов, восставших против власти Тьмы, и были первой Седьмицей в истории человечества.
В течение последующих тысячелетий попытки применения подобного рода воинских подразделений предпринимались многократно, но история сохранила лишь несколько достоверных свидетельств, когда это делалось успешно. Более половины подобных примеров приходится на империю Хунну. Связано это, скорее всего, с тем, что исторические факты на протяжении последних двенадцати столетий, прошедших со времени воцарения династии Сяо, там фиксировались особенно тщательно. Кстати, у империи как будто нет истории до прихода к власти нынешней династии – все документы предыдущих эпох либо уничтожены, либо тщательнейшим образом засекречены.
Само воцарение династии Сяо было связано с явлением хунлёнга (красного дракона). Затем, в 226 году правления нынешней династии, некий дай-ван Ян Цзе, также вобрав в себя силу хунлёнга, отразил грандиозное нашествие лагашских племён, истребив почти поголовно орду, вторгшуюся в страну с запада. Всего в истории империи официально зафиксировано девять событий подобного рода. Последнее из них произошло 416 лет назад, когда была предпринята последняя попытка хуннских императоров осуществить грандиозный военный поход на север с целью отторжения от Гардарики Восточной Тайги. Но тогда «дракон» застрял у стен Чинги-Турайского монастыря, славившегося своими старцами-чудотворцами. Каким образом им удалось нейтрализовать это чудовище, научных данных нет, а объяснение, данное в монастырской летописи, невозможно передать с помощью естественно-научной терминологии. После потери «дракона» шестисоттысячная имперская армия была полностью деморализована, большая её часть заблудилась в тайге и пропала без вести, а прочие были истреблены силами местного ополчения до подхода регулярных войск из центра страны.
Кстати, ещё одно подобное историческое событие в официальной истории империи Хунну не зафиксировано, поскольку произошло более чем за столетие до основания династии Сяо – 1312 лет назад, объединенные дружины боляр Гардарики и варяжских эрлов в битве при Кара-Сарае разгромили почти полумиллионную армию хунну. Многие историки сходятся во мнении, что не будь этого поражения, не было бы и династии Сяо, которая не смогла бы прийти к власти, если бы предыдущим правителям не был нанесён столь сокрушительный удар. Согласно официальному курсу отечественной истории, решающий удар в этой битве нанесла дружина варяжского конунга Олава Безусого, который хоть и был иностранным наёмником, однако и по сей день считается национальным героем Гардарики. Однако в ряде монографий приводится иная версия, которая в силу нынешних духовных и политических приоритетов не имеет шансов войти школьную программу. Как известно, на момент этой исторической битвы до окончательного утверждения Соборного строя в нашем государстве оставалось около пяти веков, и большинство населения придерживалось древних языческих верований. В древних берестяных грамотах, былинах, эпосах и других памятниках устного народного творчества сохранились сведения о том, что решающий вклад в победу внесла Седьмица Волхвов, которые заставили гореть землю под ногами хун-баторов, буквально сдули ветром сижунскую кавалерию и взорвали холм, на котором стоял шатёр хуннского командующего.
