платят золотом, тем более луидорами, тем более кортесам, которых часто нанимают, чтобы убивать эйфайров или охранять от них сеньоров, − неторопливо ответил маэстро, водружая на голову шляпу. − Поверь, ни один кортес не наймётся работать к Эспине. А Эспине зачем платить людям за кулаки? Сам подумай, зачем эйфайрам действовать грубой силой? Если они всё-таки смогли проникнуть в твой дом, и их никто не поймал, то что им мешало просто отвести тебя в подвал и заставить открыть замок без всякого оружия?
И правда, что мешало? Если незнакомка была эйфарой и смогла обвести его вокруг пальца этим танцем, то почему она просто не взяла его за руку и не отвела в подвал, заставив открыть замки? Почему? Ведь если бы всё было так просто… Значит, всё не так просто…
— Я не знаю, − пожал плечами Виго. — Мы с Морисом думали над этим, но пока не нашли ответа. Может быть, она была не настолько сильна, чтобы сделать это? Мы слишком мало знаем об эйфайрах, чтобы точно предполагать, на что они способны.
−Почему в вашей семье нет верного камалео? Учитывая ценность камня, это просто необходимость.
−Я не знаю, почему отец избавился от них, − пожал плечами Виго.
— Тебе стоит обзавестись таким камалео и как можно скорее. И знаешь, я одного не пойму, — задумчиво ответил маэстро Бенисио, — если те, кто напали на тебя, открыли сейф до твоего появления и всё вынесли, то зачем им на тебя нападать уже после этого? Разве не разумнее было бы скрыться сразу и не привлекать внимания? Гавильяс так не работают. Они за минимальный ущерб. Убил-забрал-сбежал. А вот забрал-вернулся-убил — это совсем другое. Это если надо было бы тебя точно убить, а не просто забрать камень.
— Поначалу я думал, что они заманили меня в ловушку, чтобы взять кровь для открытия замка, — ответил Виго, внимательно глядя на учителя. — Но, как видишь, тут всё не так просто.
— Верно, — маэстро взялся за ручку двери, — но к тому моменту, когда на тебя напали, как я понял, сейф уже был вскрыт. А твой сыщик уже потом вытащил тебя из задымлённого подвала. Значит, открытие сейфа обошлось без твоего участия. Тогда как же грабители вскрыли сейф? Значит, кровь у них уже была. Ну или что там они использовали вместо неё? Но зачем они напали на тебя после ограбления? Видишь, как мало в этом смысла? Девушка-эйфайра, карточка Эспины, браслет герцога Медины, да ещё и кто-то из банды Костяного короля! Это рагу и ложкой не провернёшь. А уж кортесы, которые открыли сейф и не взяли золото? — маэстро криво усмехнулся. − Это как «горячий снег» или «сухой дождь». Так не бывает. Уж пяток слитков они бы рассовали по карманам. А значит, они просто хотели тебя убить, и поэтому заманили в подвал, и в сейф даже не заглядывали. И может, ограбить тебя хотели одни, а убить — другие. А может, были ещё третьи, кто обронил карточку. Но, как мне кажется, это всё разные люди. На фиесту каждый мог прийти со своим отрядом грабителей, − хмыкнул маэстро Бенисио. − А насчёт убийства, мне на ум приходит вот что: они хотели тебя убить именно в подвале, чтобы выглядело это как случайное убийство при попытке ограбления.
— А ты уверен, что кортесы и Эспина не стали бы работать заодно? — спросил Виго, понизив голос.
— Клянусь своей шпагой. Ты сам подумай, любой крылан, который бегает по крышам, как чёртов лемур, не станет связываться с наёмниками и платить им деньги за то, что и сам сделает лучше них. А у Эспины достаточно своих каррейро. Для них пробраться в твой подвал не составит труда. И если у него есть кровь и ключи… Да ты бы узнал об ограблении только тогда, когда сам пришёл в сокровищницу и не нашёл там половины ценностей. Устраивать разбой со стрельбой и фейерверком им ни к чему. Но если начистоту, то насчёт Эспины я тебе скажу так: он придерживается кодекса чести похлеще, чем мы с тобой. У него есть герб и девиз, и он считает своих людей не сборищем бандитов, а «Орденом шипов», а своих сподвижников — «Детьми солнца». Он даже свои манифесты пишет на классическом иберийском, и будь я проклят, если это не какой-нибудь гранд забавляется, держа город в страхе, чтобы давить на сенат, − усмехнулся маэстро. − Так что, поверь, он не стал бы убивать тебя руками кортесов. Он бы сделал это лично. Или не сделал. Ему нужен закон, а не труп гранда, если я что-то понимаю в политике. И он бы точно не стал путаться с бандитами Джарра.
— Ну возле сената его человек меня едва не застрелил.
— Я же говорю: он сделал бы это лично. Или это сделал бы кто−то из его «эспинас», а не кортес за золото, да ещё так топорно, если не сказать подло. Подумай об этом. А я сегодня узнаю, кого не досчитались в братстве, постараюсь выяснить, кто их нанял, и пришлю тебе весточку.
Маэстро Бенисио ушёл, оставив Виго в глубоких раздумьях. Ему раньше не приходила в голову эта мысль, ведь он мало что знал об Эспине. А теперь, пожалуй, на всё это стоило взглянуть с другой стороны.
Да и эта воровка всё никак не выходила у него из головы. Ну не могла такая девушка иметь дел с бандой из Нижних ярусов! Слишком много в ней было утончённости…
И если бы она пришла по заданию Эспины, это было бы объяснимо.
Он разбудил Мориса и велел служанке подать завтрак раньше обычного. И, когда заспанный сыщик, влив в себя три чашки кофе, наконец-то смог его слушать, Виго запер дверь кабинета изнутри и без обиняков задал ему вопрос:
— А что, если мы ищем не там?
— А что именно мы ищем не там? — переспросил Морис.
— А что, если дело совсем не в бриллианте?
— О как! — удивился Морис. − А в чём же?
— Смотри: если умрёт мой отец, то согласно завещанию всё имущество Агиларов почти полностью перейдёт ко мне. Доменику и дону Диего достанется чисто символическая часть. Женщины тоже сейчас наследуют совсем немного. Но если умру я, то, насколько я знаю иберийский закон, если я не оставил завещания, то моя доля распределится между всеми поровну.
— И..?
— И бриллиант, как мы видим, не дарит никакого бессмертия. А что, если бриллиант − это только легенда, чтобы прикрыть совсем
