в паровозную топку грузи.
– Отказываетесь? – с интересом посмотрел я на дворянку.
– Некоторые вещи противоречат моим убеждениям, – гордо отчеканила она.
– Ну и хорошо, – покладисто кивнул я. – Чем больше наловим, тем больше премию получим.
– О чем вы? – с опасливым недоумением спросила она.
– С этого момента вы не обычный гражданин, а подозреваемая в участии в антисоветском подполье. У вас тут телеграф бандитский обустроен. И вы правда думаете отделаться объяснениями, что ни о чем не знали?
Она изумленно уставилась на меня, сглотнула комок в горле.
– Собирайтесь… Кстати, думаю, ваша сестра тоже осведомлена о вашем противоправном поведении. Вот и еще одна соучастница.
Конечно, давил я бесстыдно, бил по больным точкам, но тут не до сантиментов. Я не обязан щадить чувства тех, для кого гражданский долг – понятие второстепенное, уступающее былым обидам. И порой страх работает не хуже сознательности. Вот и поглядим.
– Я… – Заведующая библиотекой замялась и потом с огромным усилием произнесла: – Я согласна.
Ну вот и хорошо. Гора с плеч. Понятное дело, связной Хватов теперь за весточкой не придет. После нападения на меня он давно где-то в лесах. Значит, придет новый связной. Сообщений от Дятловой Атаман ждет с нетерпением и надеждой, как древний грек пророчеств дельфийского оракула. Он сильно надеется на них. И шпионка его никогда не подводила.
Для чего я затеял эту вербовку? Нам нужно знать, кто и когда получит сообщение. Кто возьмет эту книгу. Это послужит отсчетом для дальнейших действий. Тут и отсемафорит нам библиотекарша. Обязательно отсемафорит, отнесется к заданию добросовестно. Потому что последствия ее саботажа я в дальнейшей беседе расписал ей в таких ярких красках, что она побледнела и капала успокоительные капли в хрустальную рюмку, когда я уходил от нее.
Была изначально у нас идея установить пункт скрытного наблюдения рядом с библиотекой. Засечь нового связного. Арестовать и расколоть. Или протащить его с помощью наружной разведки до логова. Но все это было рискованно. Так можно спугнуть дичь и оборвать веревочку, тянущуюся к Атаману. Нет, нам нужно, чтобы послание дошло до адресата.
Письмо изготовил сам Первак. Был он пришибленный, действовал автоматически, ежился и смотрел виновато. И при каждом случае пытался заверить, что он ни при чем, погорячился, выстрелив в Дятлову, но гниду вражескую нисколько ему не жалко. Было непонятно, убеждает он нас или сам себя. Но состояние его было весьма сумрачное, притом на грани истерики.
– Соберись, Ефим Гордеевич! – рявкнул на него Раскатов. – Ты сейчас весь как побитый цуцик. Хочешь лишние подозрения вызвать? Соберись и сделай свою обычную высокомерную морду.
Первак кивнул. А потом объявил:
– Я уже писал документы за Настю. Она просила, когда уезжала, сделать и отнести заявление в жилищную контору. Почерк ее хорошо имитирую.
На поверку у него действительно оказались отменные способности в каллиграфии. Во всяком случае, собственноручное письмо Анастасии Дятловой и подделка не различались практически ничем.
На наше счастье, у противников не было классического шпионского образования, поэтому они не баловались всякими фокусами типа шифра с отсылками к книгам, когда видишь лишь столбцы цифр и понимаешь, что шиш их расшифруешь. Донесения писались обычным языком, лишь обозначая какими-то определенными словами объект интереса. Тетрадка моя, из-за которой весь сыр-бор, именовалась «Талмудом». Меня обозвали Малышом. Ну Малыш и Малыш, мы на контрреволюционеров не в обиде. Мы не злопамятные, просто ничего не забываем.
В общем, составили мы письмо турецкому султану, точнее, болотному Атаману. Надеюсь, там не предусмотрены какие-нибудь сторожевики и закладки, обозначавшие, что письмо пишут под диктовку. Шустов ведь лишен иллюзий и прекрасно понимает, что если вдруг его шпионка попадет в лапы ОГПУ, то, вымаливая жизнь, заложит всех без оглядки и сожалений, поэтому нечего и морочить голову с излишними предосторожностями.
Заместитель сам отправился в больницу и объявил, что по срочным обстоятельствам Дятлова выехала в область на утреннем поезде и попросила оформить ей отгулы или зачесть в счет отпуска. В больнице это никого не удивило, поскольку она уже срывалась с места подобным образом. Да и Первака знали как ее давнего полюбовника, так что визит вопросов не вызвал. Только старый добрый главврач горестно вздохнул. Делопроизводительница все время «радовала» его взбалмошными и анархичными выходками. А он все время ее милостиво прощал. Входил в положение. И с готовностью принимал неискренние извинения – ну что поделаешь, такой вот у Дятловой характер, понять и простить.
Я собственноручно вложил послание в третий том «Энциклопедии народных промыслов». Чем так приглянулась врагам эта книженция? Да все очень просто. Там картонная обложка разошлась так удачно, что в нее можно было вставить лист бумаги, и никто его не заметит. Во всяком случае, я так предположил, вроде даже как используя хваленый дедуктивный метод. Ну не будешь же класть сообщение просто между страницами. А тут идеальный тайник. Вот и проверим, насколько я овладел методикой легендарного и никогда не существовавшего Шерлока Холмса.
После всех приготовлений нам оставалось только ждать. Ждать – это тяжело. Это изнуряет. Во время ожидания тебя все время гложет мысль, не допустил ли ты где просчет. И вообще не построены ли величественные дворцы твоих хитроумных планов на зыбком песке заблуждений.
Но ждать долго не пришлось. Через два дня библиотекарша сообщила нам, что послание получено.
– Кто брал книгу? – спросил я.
– Марк Гулькин. Молодой человек из торгового сословия, – церемонно произнесла библиотекарша.
«Торговым сословием» она именовала нэпманов.
Ну вот еще одного связного выявили. Как и Хватов, он свободно разъезжал по области, только по делам своего семейного предприятия, где верховодил его отец.
Листок из тайника в энциклопедии направился к адресату. Ну что ж, послание передано. Пора и мне собираться в дорогу…
Глава 36
Мы получили реальный шанс вытащить Атамана из его щели на свет божий и разом прихлопнуть всю банду. А еще найти золото. Золото, конечно, хорошо, но банда мне виделась важнее. Золото – это всего лишь металл, а Атаман убивает людей и подрывает саму нашу рабоче-крестьянскую власть и веру в нее.
Идея была простая. Атаману как воздух нужны дневники есаула Носовского. Или, на крайний случай, лично я тоже подойду, опять-таки чтобы выбить из меня злосчастную тетрадь или необходимые сведения. Иначе пути к золоту он не получит. Будет годами упорно обшаривать шахты в месте, которое указал ему Папуас, и никуда не уйдет. Таких людей, как Шустов, золото никогда не отпустит.
В направленном сообщении были сведения, что «Малыш», то есть я, что-то узнал о местонахождении клада. И едет присматриваться на месте. Остановится на заимке у лесника
