И, конечно же, никаких расписок и обязательств германский Генеральный штаб не требовал. Ведь не для шантажа давал он деньги. Для дела. Немцы нисколько не сомневались, что большевики будут потихоньку разлагать русский тыл и фронт. Дай Бог, эта работа приблизит революцию, а с ней — и победу Центральных держав. Предвидеть, что даже отпадения России от Антанты окажется недостаточным для германской победы, даже и в 1917 году было невозможно. Ленин же, заключая в 1918 году «похабный» Брестский мир, скорое поражение Германии и Австро-Венгрии просчитал весьма точно. И остался в выигрыше.
Исследователи давно заметили, что в переписке с Инессой Арманд Ленин в середине 1914 года с интимно-дружеского «ты» вдруг перешел на более официальное «вы». Иногда утверждают, что впервые обращение «вы» Ильич употребил в письме, написанном около 28 сентября 1914 года. Это утверждение неверно. Дело в том, что указанное письмо написано на английском языке. А этот язык допускает только одну форму — «вы» (you). Обращение на «ты» здесь в принципе невозможно. Если же взять первое письмо на русском языке, в котором Ильич обратился к Инессе на «вы», то оно датировано 17 января 1915 года. Причем, хотя написано письмо по-русски, начинается оно с английского обращения: «Dear friend!» (дорогой друг). А содержание письма просто удивительно! Ленин пишет Инессе по поводу свободы любви! Не больше и не меньше.
Арманд прислала Ильичу план брошюры, которую она собиралась писать на эту тему. Ленин этот план раскритиковал:
«§ 3 — «требование (женское) свободы любви» советую вовсе выкинуть. Это выходит действительно не пролетарское, а буржуазное требование. В самом деле, что Вы под ним понимаете? Что можно понимать под этим?
1. Свободу от материальных (финансовых) расчетов в деле любви?
2. То же от материальных забот?
3. от предрассудков религиозных?
4. от запрета папаши etc.?
5. от предрассудков «общества»?
6. от узкой обстановки (крестьянской или мещанской или интеллигентски-буржуазной) среды?
7. от уз закона, суда и полиции?
8. от серьезного в любви?
9. от деторождения?
10. свободу адюльтера? и т. д.
Я перечислил много (не все, конечно) оттенков. Вы понимаете, конечно, не №№ 8–10, а или №№ 1–7, или вроде №№ 1–7.
Но для №№ 1–7 надо выбрать иное обозначение, ибо свобода любви не выражает точно этой мысли. А публика, читатели брошюры неизбежно поймут под «свободой любви» вообще нечто вроде №№ 8–10, даже вопреки Вашей воле.
Именно потому, что в современном обществе классы, наиболее говорливые, шумливые и «вверху-видные», понимают под «свободой любви» №№ 8–10, именно поэтому сие есть не пролетарское, а буржуазное требование. Пролетариату важнее всего №№ 1–2, а затем №№ 1–7, а это собственно не «свобода любви».
Дело не в том, что Вы субъективно «хотите понимать» под этим. Дело в объективной логике классовых отношений в делах любви».
Завершает письмо подпись по-английски: «Friendly shake hands! W. I.» (Дружески жму руку! В. И.). Думаю, что английскими оборотами в начале и в конце письма Ленин давал понять Инессе: переход на «вы» в их переписке — вынужденный. Как в английском языке, где местоимения «ты» просто нет.
Аргументы против «свободы любви» Инессу не убедили, о чем она и написала Ленину. Поэтому в следующем письме, от 24 января 1915 года, Владимир Ильич решил продолжить спор: «Чтобы неясное сделать ясным, я перечислил примерно десяток возможных (и неизбежных в обстановке классовой розни) различных толкований… Если это опровергать, то надо показать: (1) что эти толкования неверны (тогда заменить их другими или отметить неверные), или (2) неполны (тогда добавить недостающее), или (3) не так делятся на пролетарские и буржуазные.
Ни того, ни другого, ни третьего Вы не делаете. Пунктов 1–7 Вы вовсе не касаетесь. Значит, признаете их (в общем) правильность? (То, что Вы пишете о проституции пролетарок и их зависимости: «невозможности сказать нет» — вполне подходит под пп. 1–7. Несогласия у нас здесь нельзя усмотреть ни в чем.) Не оспариваете Вы и того, что это пролетарское токование.
Остаются пп. 8–10. Их Вы «немного не понимаете» и «возражаете»: «не понимаю, как можно (так и написано!) отождествлять (!!??) свободу любви с» п. 10… Выходит, что я «отождествляю», а Вы меня разносить и разбивать собрались? Как это? что это? Буржуазки понимают под свободой любви пп. 8–10 — вот мой тезис. Опровергаете Вы его? Скажите, что буржуазные дамы понимают под свободой любви?
Вы этого не говорите. Неужели литература и жизнь не доказывают, что буржуазки именно это понимают? Вполне доказывают! Вы молча признаете это. А раз так, дело тут в их классовом положении, и опровергнуть и х едва ли можно и едва ли не наивно.
Надо ясно отделить от них, противопоставить им пролетарскую точку зрения. Надо учесть тот объективный факт, что иначе они выхватят соответствующие места из вашей брошюры, истолкуют их по-своему, сделают из вашей брошюры воду на свою мельницу, извратят ваши мысли перед рабочими, «смутят» рабочих (посеяв в них опасение, не чужие ли идеи Вы им несете). А в их руках тьма газет и т. д.
А Вы, совершенно забыв объективную и классовую точку зрения, переходите в «атаку» на меня, будто я «отождествляю» свободу любви с пп. 8–10… Чудно, ей-ей, чудно…
«Даже мимолетная страсть и связь» «поэтичнее и чище», чем «поцелуи без любви» (пошлых и пошленьких) супругов. Так Вы пишете. И так собираетесь писать в брошюре. Прекрасно.
Логичное ли противопоставление? Поцелуи без любви у пошлых супругов грязны. Согласен. Им надо противопоставить… что?… Казалось бы: поцелуи с любовью? А Вы противопоставляете «мимолетную» (почему мимолетную?) «страсть» (почему не любовь?) — выходит, по логике, будто поцелуи без любви (мимолетные) противопоставляются поцелуям без любви супружеским… Странно. Для популярной брошюры не лучше ли противопоставить мещански-интеллигентски-крестьянский (кажись, п. 6 или п. 5 у меня) пошлый и грязный брак без любви — пролетарскому гражданскому браку с любовью (с добавлением, если уж непременно хотите, что и мимолетная связь-страсть может быть грязная, может быть и чистая). У Вас вышло противопоставление не классовых типов, а что-то вроде «казуса», который возможен, конечно. Но разве в казусах дело? Если брать тему: казус, индивидуальный случай грязных поцелуев в браке и чистых в мимолетной связи, — эту тему надо разработать в романе (ибо тут весь гвоздь в индивидуальной обстановке, в анализе характеров и психики данных типов). А в брошюре?…
Право же, мне вовсе не полемики хочется. Я бы охотно отбросил это свое письмо и отложил дело до беседы. Но мне хочется, чтобы брошюра была хороша, чтобы из нее никто не мог вырвать неприятных для Вас фраз (иногда одной фразы довольно, чтобы была ложка дегтю…), не мог Вас перетолковывать. Я уверен, что Вы и здесь «против воли» написали, и посылаю это письмо только потому, что, может быть, Вы обстоятельнее разберете план в связи с письмами, чем по поводу бесед, а ведь план вещь очень важная.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
