Как я уже говорил, хитрости и коварства людям-волкам не занимать, а о чести они, вообще, не имеют ни малейшего понятия. Не желая больше рисковать жизнью в боях с мужчинами, они начали нападать на женщин и детей. Некоторых из них они убивали сразу, других утаскивали к себе в каменную хижину. Там их приносили в жертву. Кому? Этого никто у нас не знает, ибо живым оттуда никто не возвращался, если не считать одного случая. Но этот случай особый.
Люди-волки похитили жену вождя и вместо того, чтобы убить ее или принести в жертву, впервые потребовали выкуп.
— И что же они хотели получить? — спросил Аринандо, хотя уже и сам догадался, каким будет ответ.
— Эту самую вещь, которая здесь нарисована, — молвил Укум, ткнув пальцем в пергамент. — Вождь, мой предок, согласился ибо его жена ждала ребенка. К тому же наши колдуны до того времени так и не смогли понять, для чего эта штука, вообще, нужна.
— Значит, до сих пор этот талисман так и хранится у людей-волков? — уточнил Кулл, после того как Аринандо перевел ответ вождя.
— Да, — подтвердил Укум. — Как мы слышали, его не снимая носит их вождь.
Выслушав его ответ, все ненадолго замолчали, желая обдумать услышанное. Однако тишина продлилась недолго.
— Теперь нам остается решить, стоит ли возвращать этот талисман, или заняться чем-то другим? — поставил вопрос Кулл. — Например, попытаться найти врата.
У Аринандо на сей счет сомнений не было.
— Конечно же, талисман нужно вернуть, — заявил он. — И чем скорее мы это сделаем, тем лучше. Ведь здесь, на острове, мы можем в любой момент столкнуться с такой магией, противостоять которой просто не сможем. А владея талисманом, мы можем чувствовать себя совершенно спокойно, по крайней мере с этой стороны, ибо любая магия против него бессильна. Короче говоря, его нужно достать во что бы то ни стало.
Все присутствовавшие выразили свое согласие. Разумеется, за исключением Кулла. Атлант, как всегда, придерживался особого мнения насчет магии и, естественно, считал, что вполне сможет обойтись и без всяких диковинных талисманов.
Однако возражать против того, чтобы постараться отобрать его у людей-волков, как туземец именовал оборотней, он не стал. Правда, совершенно по другой причине.
Если они получат эту девятиконечную звезду с камнем, наверняка, у его людей исчезнет страх перед колдовским островом. Чувствуя себя защищенными, они станут более уверены в себе. А это стоит того, чтобы пуститься и не на такую авантюру.
— Ладно, — объявил он всем собравшимся. — Если талисман нам так необходим, мы его добудем.
После чего он обратился к вождю Укуму с вопросом:
— Ты нам поможешь?
— Конечно, — не задумываясь, ответил он. — Ведь предки завещали нам отомстить людям-волкам за все то зло, что они принесли нашему племени.
Глава 19 Крепость оборотней
Конечно, Укум рассказал все, что знал о людях-волках и об их жилище. Однако Куллу этих сведений показалось недостаточно. Ведь, что ни говори, трудно составить более или менее точное представление о том, чего ты не видел собственными глазами. А значит, перед тем как составить хоть какой-нибудь план действий для возвращения талисмана, было необходимо провести разведку.
Как всегда в подобных случаях, это дело атлант решил взять на себя. Не то чтобы он совсем не доверял своим людям. Нет. Просто предпочитал все самое сложное и опасное делать сам. Так лучше, ибо в случае провала винить будет некого, за исключением себя самого. Хотя, безусловно, многие предводители во все времена и у всех народов предпочитали думать и поступать иначе, ибо так было умнее. Однако будучи атлантом, Кулл старался делать так, как считал правильным. А умно это или глупо, не так уж и важно…
Утром следующего дня отряд, составленный наполовину из пиратов, наполовину из людей Ароны, отправился в деревню дикарей. Около нее Кулл решил устроить нечто вроде базового лагеря для дальнейших изысканий. Укум сам предложил ему это сделать, конечно же, не без задней мысли: будет полезно для племени иметь под рукой столь могучих союзников, каковыми, несомненно, являлись пираты.
Перед выступлением Кулл преподнес дикарям и их вождю бесценные (с их точки зрения) подарки в виде оружия и кольчуг, благо, что подобного добра на «Беспощадном» имелось в избытке.
Укум и его воины были в полном восторге, прекрасно понимая, что стальное оружия намного превосходит все то, что имелось у них, пусть и изготовленное из чистейшего золота.
— Ты не боишься вооружать этих дикарей? — сразу поинтересовался у атланта его компаньон. — Думаешь, для нас это не опасно?
— Нисколько, — уверенно произнес тот. — Этот народ прост и честен. Уж можешь мне поверить. С такими как они, мне много раз приходилось иметь дело. Это те, кто называет себя «цивилизованными», будут есть за твоим столом, а сами только и думать о том, чтобы воткнуть тебе нож в спину или подсыпать яду в твой бокал. В столь диких и опасных для жизни местах, как этот остров, такие методы не в почете. Здесь действует правило: коли друг, то навсегда, коли враг, то до самой смерти. Что же касается Укума и его людей, они наши друзья, а не враги. Так что нам их нечего опасаться.
— Очень на это надеюсь, — вздохнул Сигвер, хотя, если судить по его тону, сия надежда была совсем невелика.
Дорога до деревни у отряда заняла гораздо больше времени, чем понадобилось Куллу на возвращение к кораблю.
На всех лодок не хватило, и поэтому пришлось прорубаться через джунгли. Конечно, не обошлось и без нескольких стычек с мургами, которые вновь решили испытать судьбу. Только на сей раз им пришлось куда хуже. Пираты и воины Ароны, совместно с дикарями изрубили несколько десятков тварей, не понеся при этом сколь-нибудь существенных потерь.
До деревни добрались только под вечер: голодными, усталыми, но довольными. Там их вновь ожидала радостная встреча с соплеменниками Укума, которые пришли в полный восторг, когда он сообщил во всеуслышанье о том, что собирается всерьез посчитаться за все старые обиды с людьми-волками. С помощью его новых друзей и союзников, разумеется.
Это событие тут же ознаменовали грандиозным пиром, в котором приняло участие все племя. Веселье продлилось до глубокой ночи и завершилось дикими плясками вокруг огромного костра под грохот барабанов и бубнов.
Один только Аринандо не принимал участие во всеобщем веселье. С разрешения вождя, он заперся в доме древнего мага, где провел всю ночь за изучением оставшихся после него свитков и книг.
Отсутствие на пиру переводчика никак не сказалось на общении. За многочисленными чашами хмельной браги языковой барьер если и ощущался, то весьма слабо. Разношерстные сотрапезники умудрялись прекрасно понимать друг друга. Никто не станет отрицать, что крепкая выпивка и отменная еда способны творить с людьми еще и не такое…
