Читаем без скачивания Подводное сафари - Анатолий Сарычев

На полочке в душевой кабине нашелся разовый станок, которым Клим с удовольствием побрился. Затем тщательно загримировался.

По палубе загрохотали быстрые шаги.

– Есть кто живой? – раздался голос Малыша.

– Ну есть! – отозвался Клим, выходя на середину помещения.

– Капитан просит вас пожаловать в свою каюту для конфиденциального разговора! – предложил Малыш.

– Сейчас буду, – ответил Клим и стал одеваться.

Через минуту он спустился в каюту Виталика.

Спустя еще минуту в каюту вошел Малыш с большим китайским термосом, расписанным синими драконами. Усевшись вокруг стола, они начали наполнять кружки горячим чаем из термоса, и тут вдруг в каюту влетела граната и лопнула с противным шипением.

ГЛАВА 34

Очнувшись от дикой боли в голове, Клим снова закрыл глаза. В комнате было темно и сыро.

«Значит, я нахожусь в подвале», – констатировал Клим, не открывая глаз.

Правая рука, пристегнутая наручником к металлической скобе, вмурованной в стену, затекла и ныла в локте.

«Крайне неудобное положение! Надо снять наручник! Сырость подводнику противопоказана!» – решил Клим и, приоткрыв глаза, стал рассматривать конструкцию наручников.

Раздался противный скрип, и человек, лежащий на полу, оглушительно захрапел.

«Малыш тоже здесь!» – удовлетворенно определил Клим по богатырскому храпу своего товарища.

Сосредоточившись, Клим выгнал боль из себя и начал методично проверять состояние своего тела. Стас, с присущей ему иронией, называл этот процесс технической диагностикой всего тела. Почему именно технической, Клим так и не смог добиться вразумительного ответа от Стаса – инструктора по нападению и защите без оружия, но с его легкой руки термин прижился.

Каждый боевой пловец специального отряда ГРУ «Саламандра» в совершенстве владел этой методикой, как и командир отряда Клим. Минута – и Клим обнаружил у себя ушиб ребер с левой стороны, большую шишку на голове и разбитые губы.

Больше повреждений тела не было.

Осторожно приоткрыв глаза, Клим обнаружил, что лежит в полутемной комнате на голом деревянном топчане. В трех метрах от него точно на таком же топчане лежал Виталик, обхватив правую руку левой рукой, которая наручником была пристегнута к скобе из толстого железа, вмурованной в бетонную стену.

Поводив плечами, Клим обнаружил, что его нож, который он, уходя из замка, прихватил с собой, выдернув его из глаза рыцаря, благополучно пристроился на пояснице, как раз по позвоночнику.

В зарешеченное окно ударил луч солнца, который чуть прибавил освещения в их камере.

– Единственное, что я успел сделать, до того как отключился, – нажать тревожную кнопку на брелке. Ребята приедут и не дадут разграбить яхту, – не открывая глаз, сообщил Виталий.

– Стоит нашему смуглому другу появиться, как обязательно начинаются приключения, – по-английски сказал Малыш, тоже не открывая глаз.

Клим промолчал, размышляя, кто же их взял в плен таким оригинальным методом.

Дверь противно заскрипела, и в камеру проскользнул невысокого роста кавказец лет тридцати. Даже при плохом освещении камеры Клим заметил, что у вошедшего гнилые зубы.

Встав посередине камеры, кавказец придирчиво осмотрел заключенных, потер подбородок, заросший недельной щетиной, и напыщенно произнес, путая окончания:

– Вы, русскай свинья, будет сидеть мой подвал, пока деньги не пришлет. Если недель деньга не будет – моя отрезай один ухо. Второй недель – второй уха.

– Сколько? – не тратя времени на пустые разговоры, спросил Виталик, с трудом садясь на топчане.

– Твой голов стоит один миллион доллар. Яхт тоже переписать на меня. Сейчас придет нотарис и вся бумаг сделат, – сообщил смуглый кавказец, явно наслаждаясь тем, что является хозяином положения.

– Ты, козел вонючий, хоть понимаешь, на кого пасть разинул? – лениво спросил Малыш, садясь на полу. Дернув рукой, он вырвал из пола скобу и стал рассматривать ее, вертя перед глазами.

– Твоя тоже миллион доллар даст, если хотит живой остаться! – фальцетом заорал кавказец, и сразу в подвал влетели три родственника вошедшего, вооруженные автоматами.

О том, что они все родственники, говорили похожие друг на друга небритые рожи.

Первый кавказец был постарше и, похоже, умнее остальных.

Троица, сбившись в кучу, стояла справа от первого глашатая плохих вестей, наставив автоматы преимущественно на Виталика.

Малыш, игнорируя ворвавшихся охранников, потянулся всем своим могучим телом и широко зевнул. Не обращая внимания ни на кого, спокойно пошел в дальний угол подвала, где расстегнул брюки и начал мочиться, орошая угол мощной струей.

Окончив опорожнять мочевой пузырь, подошел к Виталику, взялся за вмурованную скобу правой рукой и выдернул ее.

– Иди, малыш, пописай! – порекомендовал он, подтолкнув Виталика к углу подвала.

Вся четверка тюремщиков, сбившись у двери, смотрела на Малыша, зло сверкая глазами.

– Ты про Балашихинских бандитов слышал? – миролюбиво спросил Малыш, укладываясь на топчан Виталика.

– Твоя деньга давай, а не то тоби резат будем! – снова выкрикнул «предводитель каманчей», предпочитая держаться сзади охранников.

– Тебя, козел, никогда толком не били? Не волнуйся – будут! Будут бить твои же земляки, а я буду сидеть и командовать, как лучше это делать!

– Как ты мени найдешь? Москва далеко, а твоя мой подвал сидит! – снова выкрикнул гнилозубый и затрясся от злости.

– Ребята и искать не будут! Поедут на рынок, схватят человек сто—двести черножопых и начнут бить. Обязательно у одного из них окажутся родственники в здешних краях. Его культурно спросят, кто здесь хозяин, и дальше начнут работать. Для начала всех твоих земляков посадят в подвалы и назначат выкупы. Не отдадите вовремя, убьют и наловят новых «черных орлов». Вашего брата в Москве немерено трется. Пока нас не найдут, вашим из вашего Козлопасска работать в Москве не дадут, а это такие деньги, за которые твои родичи тебя упакованного в Москву привезут и мне отдадут.

– Мы из Краснохолмска! – поправил гнилозубый Малыша.

– Да какая мне разница, откуда ты? – удивился Малыш, рывком садясь на топчане. Виталий уселся рядом, придвинувшись к Малышу поближе.

– Красиво поешь, парень! – на хорошем русском языке сказал еще один кавказец, незаметно вошедший в подвал.

Он небрежно махнул рукой, и гнилозубого как ветром вынесло из подвала. Правда, не успел новый персонаж дойти до середины подвала, как гнилозубый вернулся, неся на вытянутых руках складное кресло.

В подвал так же незаметно просочились четверо охранников.

«Эти ребята посерьезней будут!» – с усмешкой подумал Клим. Выбритый до синевы пухлый чеченец уселся в кресло. Он достал из правого кармана легкой куртки пачку трубочного табака, из левого вытащил короткую вересковую трубку и начал неторопливо набивать ее.

Несмотря на свой пухлый вид, сидящий на складном кресле человек двигался с грацией хорошего рукопашника – вроде медленно и не торопясь, но в то же время не делая ни одного резкого движения.

Наконец с набиванием трубки было закончено. Подняв вверх правую руку, Пухлый щелкнул пальцами. К нему тотчас подскочил гнилозубый с газовой зажигалкой. Раскурив трубку, Пухлый мечтательно посмотрел на потолок, а затем, уставясь на Клима, по-английски спросил:

– Откуда, чернявый, приехал?

– С Амантейских островов, баас, – почтительно наклонил голову Клим.

– Чем там занимался? – не отставал настырный пухлый, проявляя нешуточный интерес к Климу.

– Работал водолазом, служил в охране шахты, – спокойно отвечал Клим, не понимая, для чего смуглый расспрашивает его.

– У меня есть друг, который хорошо платит водолазам. Он может принять на работу вас всех. Обучить работать с аквалангом можно за один день! – уверенно сказал пухлый, ни слова не сказав о выкупе и каких бы то ни было претензиях.

Пухлый выбил трубку о каблук щегольской туфли и положил руки на подлокотники кресла, собираясь встать, но тут Виталий, сделав жалостливое лицо, тонким голосом спросил:

– Отказаться у нас, похоже, нет никакой возможности?

– Я так испугался угроз этого бугая, что даже не стал говорить о выкупе, а сразу предложил вам достойную работу, – криво усмехнувшись, сказал пухлый. – Какие могут быть отговорки?

– Я в основном работал в трехболтовке, – заметил Клим, проверяя, как отреагирует на эту информацию пухлый.

– Значит, теперь будешь плавать с аквалангом! – отрезал пухлый, вставая из кресла.

ГЛАВА 35

Едва пухлый с охранниками вышел из подвала, Клим махнул рукой, подзывая к себе товарищей.

Первым делом Малыш выдернул скобу из стены и протянул ее Климу.

– Не знаю, сколько мы тут провалялись, но на свадьбу мы точно не попали, – сказал Клим, запуская свою скобу в угол подвала.

Скоба звонко тренькнула, соприкоснувшись с менее звучным металлом.