— И что у организма растёт? — скептически поинтересовалась Чамар.
Вспоминая, не было ли на теле Эрика чего-то странного, когда тот переодевался в трейлере.
— Что нужно, то и растёт. И вообще, пусть с этим моя будущая жена разбирается. Вы же не полезете в нашу личную жизнь? — ещё раз с подозрением на неё посмотрел.
— Уверен? — прищурившись, профессиональная учёная ответила вопросом на вопрос.
С помощью незамысловатых шуток ей удалось создать привычную атмосферу, как в старые времена. Давая парню понять, что ничего не изменилось. Незачем ощетиниваться иголками, подобно ёжику. Он может спокойно с ней поговорить. Обо всём. Не напрягаясь. Самые важные вещи она уже узнала, едва затащила его в своё «логово». Расспросив без применения сварочного аппарата. Пока. Сейчас же Чамар тратила время на то, чтобы убедить Эрика видеть в ней союзника, а не врага. А также узнать состояние его психического здоровья, что было не менее важно. Что делать, если ходячая аномалия начнёт безумствовать, к примеру, призвав из преисподней легионы демонов, было решительно непонятно? Так что проще почесать её за ушком и накормить говядиной, чем доводить до этого гипотетического сценария.
— И вообще, для человека, который совершил очередной прорыв прямо в бою, что зафиксировала аппаратура полигона, это слишком смелое заявление. Поверь, в твою личную жизнь теперь будут лезть все, часто без спроса и даже в грязных ботинках, если им это поможет. Разве не мог обойтись без спецэффектов? Зачем тебе понадобилось А-поле более высокого ранга? После того, как всё закончилось, — ворчливо упрекнула Эрика.
Представляя себе армию этих конкурентов, что не добавляло ей хорошего настроения.
— Я себя в тот момент не контролировал, — недовольно сознался парень. — Так что, я теперь магистр? Опять? — полюбопытствовал он с некоторым напряжением в голосе.
Опасаясь выйти из той истории не с плюсом, а с минусом.
— Ты неведомая, прожорливая зверушка. Но это мы скоро поправим, — туманно пообещала учёная с улыбкой на лице, не уточняя, что именно собирается менять. — До этого поединка французы считали тебя магистром. Теперь называют гроссмейстером. Остальной мир им верит, не видя причин для обратного.
— Но на самом деле…, — он не стал договаривать, не сводя с неё ожидающего взгляда.
— Правды не знает никто, — Чамар закончила предложение. — Поскольку таких обстоятельств, как у тебя, — она уже показала парню кадры с его исчезновением, весьма впечатлив, до полного охреневания, — ещё не было. По крайней мере, я о таких не слышала. Впрочем, как и о многом другом, что в этом мире точно существует. Чтобы узнать о твоём состоянии подробнее, нужно провести полное обследование. На более серьёзном оборудовании, чем у меня в трейлере.
Немного помолчав, Чамар спросила, что он собирается делать дальше?
— Постараюсь повторить подвиг, выскочив из петли во второй раз. Только теперь не из временной, а из пеньковой.
— Не забудь, — подсказала учёная, став серьёзнее, — чем больше изменений внесёшь в настоящее, тем сильнее будет разниться будущее между тем, что помнишь, и тем, что сложится. Это включает в себя и его раскрытие другим людям. Поскольку они будут жить иначе, исходя из другого понимания картины мира. Текущей или будущей, не столь принципиально.
— Знаю. Поэтому никому, кроме вас, я о нём не рассказываю. Хотя это и трудно, — расстроился Эрик.
Когда не с кем поделиться проблемами, попросить совета, это действительно тяжело. Тут она его понимала.
— Не унывай. Хочешь шоколадку? Последняя осталась. От сердца отрываю, — легонько хлопнула ладонью по нагрудному карману.
* * *
Следующие три дня, вместо того, чтобы восстанавливаться после поединка, я усиленно готовил различного рода закладки. Которые должны будут восстановить разбитые сердца. В своё время. А ещё, активно переписывался с Белым кроликом, вовлекая её в большую афёру. Узнав подробности, девушка пришла в восторг. Проворачивать такие дела ей ещё не приходилось. По достоинству оценив тот уровень доверия, который я продемонстрировал. Ну и немножечко купившись на слёзную просьбу о помощи. Слёзы, кстати, я ей выслал в бутылке. Ну и что, что на ней написано «Vodka». Я снизу маркером подписал, — «Слёзы Гоблина». Значит, это они и есть. Даже автограф поставил. И вообще, какой гоблин, такие и слёзы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Заботясь о её здоровье, к бутылке приложил карточку, с просьбой до двадцати одного года бутылку не открывать. Пугая, что — Минздрав не рекомендует! Догонит и отнимет. Пусть лучше побудет необычным сувениром. Уверен, никто, кроме меня, ничего подобного Белому кролику не дарил. Так что и тут я тоже отличился.
Не обошлось и без неожиданностей. Ивон меня чуть не поймала за приготовлениями к большому обману. Нарвавшись на малый. Зашла в тот момент, когда я готовил пакетики с кровью. Со своей. Убирая в чемоданчик систему для переливания.
— А что это ты тут делаешь? — подозрительно спросила дитя порока, судя по её мыслям, отражённым на лице.
— Не видишь, сок по пакетикам разливаю. Гранатовый, — внешне спокойно объяснил, мысленно обильно потея.
— Можно попробовать? — заинтересовалась девушка.
— Нельзя. Будет пикник, там и попробуешь, — торопливо спрятав всё в чемоданчик, выставил её за дверь.
— А когда он будет? — обрадовалась Ивон.
— Скоро. Очень скоро, — мрачно пообещал.
Как в воду глядел. Вечером мне пришло приглашение во дворец Тюильри, на приём к королю Франции. Который, как мне любезно подсказали, собирался со мной побеседовать до того, как я пройду на комиссию. Собранную ради присвоения мне следующего ранга. Не каждый день в стране чествовали новых гроссмейстеров. А ещё, он хотел провести эту церемонию в своей стране. Наградив меня от имени Франции. Обласкав и пригрев у себя при дворе. Уж наверняка, делая это не просто так. Помимо желания опередить своего Британского собрата, вбив между нами маленький клинышек. Намекнув на некомпетентность его слуг, допустивших подобный промах.
Сильно подозреваю, там же во дворце, со мной побеседуют и другие влиятельные вельможи. Сделав, даже не предполагаю от чьего имени, своего, страны или короля, некие важные предложения. Принятие которых означает испортить мои отношение с Британией, а не принятие, с Францией. Не оставляя другого выбора. Обидев этих людей отказом, рискую влипнуть здесь в нехорошую историю и вынужденно задержаться во Франции на неопределённый срок. Что в итоге и произошло в моих видениях. До сих пор не знаю, что там произойдёт во дворце? От чего я отказался? Что они узнали и как это всё будет выглядеть? Однако выяснять что-то не хочется. Один раз уже выяснил. Спасибо, повторять не нужно.
Поскольку я опытным путём определил, что будущее неизбежно и предотвратить мою смерть не удастся, значит, её следует организовать. Но, уже по другому сценарию. А то этим криворуким обезьянам ничего нельзя доверить. Только зря намучаюсь с ними.
Поэтому на следующий день, надев свой лучший костюм, отправился на встречу с королём Франции. По этому случаю за мной даже прислали правительственную машину, до которой я не дошёл всего каких-то несколько метров. Поскольку, вдруг откуда ни возьмись, появилась сильно затонированная машина. С визгом шин подлетев вплотную, едва меня не сбив, она резко затормозила. Из салона, как чёртики из табакерки, тут же выскочили двое головорезов в малярных робах, чёрных шапочках, с дырками для глаз и перчатках. Держа в руках пистолеты.
Первый немедленно принялся стрелять по колёсам и стёклам правительственной машины, вынуждая водителя залечь на дно. В буквальном смысле. Второй, настоящий здоровяк, что-то яростно прокричав на своём варварском языке, без раздумий всадил несколько пуль мне в грудь. Испортив дорогой пиджак, на котором расцвели красные узоры. Из рваных дыр обильно полилась кровь. Зажимая раны, я подстреленной птицей упал на холодный асфальт. Воздержавшись от монолога о несправедливости жизни. На этом не успокоившись, здоровяк, подхватив меня под руки, с лёгкостью закинул в салон своей машины. Запрыгнув следом.
