другого человека. Скорее всего, женщина ждала его, и этим можно было объяснить, почему она открыла мне и подъездную дверь, и входную, даже не спрашивая.
– Мне нужен Георгий, – уверенно сказала я и попыталась разглядеть коридор из-за широкой спины блондинки.
– Нет его, – ответила женщина.
– А когда Георгий вернется? – спросила я.
– Да я и сама хотела бы это знать, – неприязненно сказала хозяйка. – А вы по какому вопросу? По личному, что ли?
– Да нет, не по личному. Я с ним вообще-то даже и не знакома, – ответила я.
– Вот как? Не знакома, значит? Интересно, – растягивая последнее слово, сказала блондинка и посмотрела на меня оценивающим взглядом. – А ну, зайдите, – вдруг пригласила она приказным тоном и пропустила меня вперед, посторонившись.
Я прошла в большую комнату, по-видимому, служившую гостиной. Блондинка вошла следом.
– Садитесь, – кивнула она на кресло, стоявшее в углу комнаты, а сама села на диван, расположенный рядом.
Я окинула взглядом комнату: чисто, аккуратно и уютно, видно, что недавно был сделан ремонт, мебель современная и дорогая.
– Я вот одного не пойму, – начала женщина, осматривая меня внимательным взглядом. – У него что, не хватило смелости самому прийти, что ли? Зачем он вас-то послал? Вы ведь за его вещами пришли, ведь так?
– За какими вещами? – недоуменно спросила я.
– Да за его вещами! – выкрикнула женщина.
– Нет, я не за вещами, послушайте, я ничего не… – начала я фразу, желая выяснить, что она имеет в виду, но женщина перебила меня, не дав договорить:
– Ну, если вам не нужно его рванье, то мне тем более! А может, он решил их мне подарить? Свои отрепья! На память! – язвительным тоном произнесла она.
– Послушайте, дайте мне вам все объяснить, – мне наконец-то удалось прервать словесный поток.
– Ну ладно, объясняйте, а я послушаю, – с легкой насмешкой проговорила блондинка.
Я вынула из сумки листок, на котором записывала адреса, которые диктовала мне Валентина Семеновна.
– Вы ведь Капитолина? – спросила я.
– Да, верно, Капитолина, а попросту – Капа, – ответила блондинка.
– Капитолина, а меня зовут Татьяна, – представилась я. – Ваш адрес мне дала Валентина Семеновна Емельянова, мать Георгия, она сейчас лежит в больнице в очень плохом состоянии. Я узнала, что Георгий ее не навещает.
– Вот ведь гад какой! – с чувством воскликнула Капитолина.
– А я являюсь частным детективом и расследую убийство одной женщины, – продолжила я. – В юности она встречалась с Георгием.
– Вот это да! – воскликнула Капитолина. – Так это что же значит? Это значит, Герка не к вам ушел?
– Да нет, не ко мне. Я же сказала, что пришла в связи с расследованием преступления, – объяснила я.
– А я подумала, что он к вам… Но… значит, это Герка убил ее? Ну, ту, с которой когда-то встречался? – спросила Капитолина.
– Пока идет расследование, вот поэтому мне и необходимо с ним встретиться и поговорить. Выяснить, где он находился в момент убийства, – объяснила я. – Вы давно его видели?
– Да, давно. Уж и забыла, когда. Может, пару месяцев назад… Вот только недавно перебирала вещи в шкафу и наткнулась на его пожитки. Хотела выбросить, да потом передумала.
– А вы рассчитывали, что Георгий вернется, да? – спросила я.
– Ох, да не рассчитывала я на него совсем! Разве его можно было воспринимать всерьез? Я же не вчера на свет появилась, замужем успела побывать. Так что жизнь знаю. Я давно уже разошлась с мужем. Детей у нас с ним не было, а потом оказалось, что и общих интересов тоже почти что не осталось. Ну и зачем было продолжать жить вместе? Я всегда любила работать, а вот муж ходил на службу как на каторгу. Ему на диване полежать бы да ничего не делать. Меня это раздражало, а ему хоть бы хны! Да еще и выпивать любил. Но теперь-то мне уже все равно. А вы знаете, Татьяна, мне всегда «везло» на таких вот мужиков, как мой бывший, как Герка, – с горечью призналась Капитолина. – Вот прямо рок меня какой-то преследует! Я совсем не собиралась жить с Геркой, так он так прилип!
– А где вы познакомились с Георгием? – спросила я Капитолину.
– Да у нас в учреждении, – сказала Капитолина. – Пришел он к нам как-то раз, вроде бы по какому-то делу, я уже и не припомню, по какому. Вот так мы и познакомились. Потом он еще раз пришел, и еще, и еще… так и пошло… С моей стороны, как я сейчас это понимаю, была просто жалость к нему. Да, он умеет разжалобить. Начал что-то такое там говорить про нехороших людей, которые его, бедного, кинули и подставили. Ага, как же! Такого кинешь! Да, жаловаться на жизнь он любил. Потом стал про мать рассказывать. Какая она дотошная, все лезет в его жизнь и советы, видишь ли, дает. А сам, говорите, ни разу не навестил ее в больнице?
– Да, Валентина Семеновна сказала, – подтвердила я.
– Ну, это уж самое последнее дело – не навестить мать, какая бы она ни была, – Капитолина покачала головой. – Мать – это святое. Как вообще можно так отзываться о человеке, который тебя родил, выкормил и в жизнь выпустил? Я знаю, что его мать на нескольких работах горбатилась, только чтобы было, что в рот положить. А Герка, он ведь ни дня в своей жизни не работал по-настоящему. Сколько раз я пыталась его устроить на работу, скольких я своих знакомых просила посодействовать. И вы знаете, ведь брали его на работу. Но больше нескольких дней он нигде не задержался. Даже неделю не смог проработать. «Это не мое», – говорил.
«Ну, да, конечно, ведь подруга Елизаветы тоже говорила, что Георгий не собирался работать», – вспомнила я.
– А меня это знаете как бесило! – продолжала Капитолина. – Я привыкла работать, могла задерживаться допоздна, если дела того требовали. И не считала это чем-то зазорным. Да сейчас все нормальные люди, если надо заработать, вкалывают с утра до вечера. А Герка – нет! Он, видите ли, не такой, как все! Он особенный! Работать он не желает, только какие-то непонятные планы строит. Герка вообще считал деньги таким пустяком, что и говорить о них было ниже его достоинства. Но я-то знаю, что к деньгам нужно относиться серьезно.
– Капитолина, он что же, все дни у вас дома находился? – спросила я.
– Да прям! – фыркнула женщина. – Каждый божий день он куда-то уматывал.
– А он говорил вам, куда уходит? – спросила я.
– Конечно, нет! Говорил только, что дела у него какие-то. Дела делами, а деньги – шиш! Денег никаких не приносил! – возмущенно проговорила Капитолина.
