class="p1">– Так вы что же, кормили его? – спросила я.
– Приходилось, – вздохнув, призналась женщина. – Я уже потом сто раз пожалела, что оставила его у себя. Нет, мне не жалко денег, которые я на него потратила. Да, я его кормила. А он меня ведь тоже кормил-то. Обещаниями! Говорил, что вот, подожди немного, и я тебе все верну! Ага! Вернул! Сам смылся! Да и черт бы с ним! Сдался он мне! Я вот недавно ездила в Тунис, развеяться и сменить обстановку, – сообщила Капитолина.
Я посмотрела на женщину: да, она загорела и хорошо выглядела. Скорее всего, она и у парикмахера и маникюрши успела побывать после приезда: модная стильная стрижка, аккуратный маникюр. Скорее всего, Капитолина до того, как я позвонила по домофону, собиралась куда-то выйти. Я обратила внимание на умело наложенный, правда, немного яркий макияж, но Капитолине он был к лицу.
– Капитолина, скажите, а у Георгия были друзья? – спросила я. – Вы знаете, где их можно найти?
– Друзья? – переспросила женщина. – Да нет, не было у него никаких друзей. То есть, может, они и были, только я про них ничего не знаю.
– Капитолина, а вы не знаете, может быть, Георгий все-таки где-то подрабатывал? Может быть, торговал чем-то? А может быть, он занимал деньги? – высказывала я свои предположения в надежде получить хотя бы какую-нибудь зацепку относительно местопребывания Толоконникова.
– Да нет же, ничем этим он не занимался! Я ведь уже вам говорила, что он считал все эти занятия ниже своего достоинства, – осуждающе произнесла женщина. – Хотя… деньги, может быть, он и занимал. У кого-нибудь. Но только мне об этом ничего не известно. А вообще, Татьяна, если хотите знать мое мнение, то я считаю, что если мужчина такой, как Герка, то есть от работы отлынивает, никаким определенным делом не занимается, то это никакой не мужчина, а сплошное недоразумение. Но вот что я еще хочу вам сказать. Вы говорили, что расследуете убийство женщины, с которой Герка когда-то встречался?
– Да, это так, – подтвердила я.
– И подозреваете Герку в ее убийстве? – уточнила Капитолина.
– Ну, все возможно, – обтекаемо ответила я.
– Так вот, я не верю, что Герка мог ее убить. Что он вообще может кого-то убить. Он не такого склада. Но это просто мое мнение. Все ж таки немного я его знаю. Успела изучить. Извините, Татьяна, мне нужно идти. С подругой договорились посидеть в кафе.
Капитолина встала.
– Конечно, Капитолина, – сказала я, тоже вставая с кресла. – Спасибо вам. Вот вам моя визитка, – я вынула из сумки кусочек картона и протянула его женщине. – Если вдруг Георгий вернется, позвоните мне, пожалуйста.
Капитолина взяла мою визитку, а я направилась к выходу.
Итак, у меня остался еще один, последний адрес. Любопытно, за что сидел Георгий Толоконников. Киря пока занят, иначе давно бы перезвонил сам. А значит, мучить его подробностями биографии Геры не время.
Я подъехала к десятиэтажному дому с пятью подъездами и поставила машину на свободном пятачке. Подойдя к третьему подъезду, я набрала на пульте домофона номер квартиры Алевтины Серебряковой, предварительно сверившись с листком, на котором я записала адреса и фамилии, продиктованные матерью Георгия Толоконникова. Трубку домофона сняли почти сразу же.
– Да? – вопросительно произнес в трубку домофона очень юный женский голос.
Странно, по моим ощущениям голос мог принадлежать девушке лет восемнадцати, не старше.
– Мне нужна Алевтина Серебрякова, – сказала я.
– Это я. Я вам зачем? – спросила девушка.
– По поводу Георгия Толоконникова, – ответила я.
– Проходите, – пригласила меня Алевтина, и подъездная дверь после традиционного писка приоткрылась.
Я вошла в подъезд, нажала на кнопку лифта и стала ждать. Лифт ехал медленно: дом был далеко не новой постройки, к тому же лифт, скорее всего, находился в данный момент где-то на верхних этажах. Дождавшись наконец, когда он приехал и двери кабины раскрылись, я вошла внутрь и нажала кнопку пятого этажа.
Выйдя из лифта, я увидела, что входная дверь в тамбур уже открыта. Чуть поодаль стояла молодая темноволосая девушка, лет двадцати, не старше, в белых хлопковых шортах и светлой футболке с принтом. Она немного испуганно и в то же время выжидательно смотрела на меня.
– Вы – Алевтина Серебрякова? – спросила я, решив уточнить.
– Да, это я, проходите, – сказала Алевтина и пропустила меня вперед.
Я прошла тесно заставленную двумя тумбочками, трюмо и шкафом прихожую и оказалась в комнате, по виду – гостиной. Несмотря на сравнительно большие ее размеры, она тоже была напичкана мебелью. Некоторые ее предметы, на мой взгляд, были здесь совершенно лишними. Например, маленький журнальный столик, уже вышедший из моды, и тумба-подставка под телевизор, хотя телевизор на ней не стоял. У одной из стен на диване советских времен сидела полная одышливая дама лет пятидесяти. Увидев меня, она спросила:
– Аля, кто это?
– Мам, это ко мне, – коротко ответила Алевтина и сказала мне: – Идемте в мою комнату.
Алевтина открыла дверь в смежную с гостиной комнату и первая вошла в нее. Я последовала за девушкой. Эта комната являла полную противоположность гостиной. Здесь было просторно из-за минимума мебели и вещей. Около окна стояла софа, накрытая шерстяным пледом, рядом с софой – кресло, около него – торшер. Одну из стен комнаты Алевтины занимал шкаф-купе, а напротив него – письменный стол, на котором стоял компьютер. В комнате девушки было чисто, довольно просторно и уютно.
– Садитесь, – предложила Алевтина и кивнула в сторону кресла.
Я последовала приглашению и села. Алевтина устроилась на софе.
– Вы сказали, что пришли по поводу Геры, так? – начала разговор Серебрякова.
– Да, верно, – подтвердила я.
– А что… с Герой… с ним что-то случилось? – делая паузы, настороженно спросила Алевтина.
– Скорее всего, да, – обтекаемо ответила я.
– Но что? Это что-то серьезное? Да? – продолжала допытываться Серебрякова и вдруг прямо спросила:
– А кто вы?
– Меня зовут Татьяна Александровна Иванова, я частный детектив и в данное время занимаюсь расследованием убийства женщины, – сказала я.
– О господи! – ахнула Алевтина. – Убийство! Но я не понимаю, зачем вам Гера?
Этот вопрос Серебрякова задала таким тоном, что я поняла: ей очень неприятен мой интерес к Георгию Толоконникову. Было ясно, что девушка его ревнует. А вот мне было непонятно, каким образом этому уголовнику и шантажисту удавалось привлечь к себе такое количество женщин? Причем и таких молоденьких, как эта Алевтина, и совсем зрелых, таких, например, как Капитолина.
– Алевтина, что же тут непонятного? Я же только что сказала, что в качестве частного детектива ищу убийцу женщины, – объяснила я.
– Это я поняла, но Гера-то здесь при чем? – Алевтина
