— Но ведь я что-то почувствовал… — сказал мальчик.
К нему возвращалось самообладание. Он вновь ощущал себя Кайларом и больше не плакал.
— Естественно, почувствовал. Я уколол тебя иглой, в это мгновение из твоей груди высунулся клинок. И начал действовать набор разнообразных ядов — твой организм стал с ними бороться. Ты воспринял происходящее так, как и должен был. Я пошел на огромный риск, Кайлар. На создание подобного миража требуются почти все силы, которые обычно я расходую за целый день. Если бы в комнату ворвались воины Агона, мы бы с тобой пропали. Из-за отравы, которую я в тебя вколол, ты очень ослаб. Тебе хватило бы одного удара. Тем не менее у меня не было иного выхода.
«Мастеру Блинту все же небезразлична моя судьба». Мысль пронзила сознание Азота разрядом молнии. На его спасение мастер Блинт решился пустить в ход все свои силы. Пусть даже его заботил не сам ученик, а только его способности. Азоту — вернее, Кайлару! — показалось, что мокрушник только что его обнял.
Ни один взрослый никогда прежде не проявлял к нему ни малейшего участия. Единственным человеком, который мог ради него поставить на карту все, был Джарл, но Джарл остался в прежней жизни.
Азот ненавидел Азота. Из-за его трусости, слабости, предательств, страхов, нерешительности. Азот вечно во всем сомневался. Мастер Блинт не знал об этом, но отрава с той иглы убила Азота. Теперь он был Кайларом, а Кайлар намеревался стать тем, кем Азот быть не отваживался.
В это самое мгновение Азот навек превратился в Кайлара, а Кайлар стал безгранично предан Блинту. Раньше он подчинялся мастеру из страха, даже мечтал убить его, когда всему выучится. Теперь от всего этого не осталось и следа. Мастер Блинт сурово обходился с Кайларом лишь потому, что того требовала суровая жизнь.
Блинт был суровее всего того, что Азот видел в Крольчатнике. Он не позволял себе любить, ибо знал, что любовь погубит Кайлара. Мастер Блинт был опытнее и прозорливее Кайлара. Обладал невиданной силой, которую желал развить и в Кайларе. И бывал свиреп, но лишь ради Кайларова блага. Все, что делал Блинт, делалось для защиты ученика либо для того, чтобы воспитать из него отличного мокрушника.
Назвать все это любовью было невозможно. Ну и что с того? Следовало довольствоваться малым. Берега огромного озера и обилие питья, по-видимому, предназначались знати. А жизнь цехового крысенка течет по совсем иным законам. Кайлар будто бы обитал в пустыне. Впрочем, и в пустынях есть оазисы. Один из них возник специально для Кайлара. Для Азота в нем не хватало места. Оазис был небольшим, а Азотова жажда не знала предела. Кайлар мог выжить. Знал, что выживет. И станет таким, что мастер Блинт будет им гордиться.
— Итак… — сказал мастер Блинт. Прочесть мысли Кайлара он, конечно, не мог, но его глаза заблестели особенным блеском. — Готов ли ты, мальчик, стать мечом во тьме?
24
— Вставай, мальчик. Настало время убивать.
Кайлар мгновенно очнулся ото сна. Ему было четырнадцать лет; тренировки делали свое дело, поэтому теперь он, едва раскрыв глаза, проверил, не грозит ли ему опасность. На любой вопрос следовало давать краткий ответ. Не заострять внимания на чувствах. Что тебя разбудило? Голос. Что ты видишь? Темень, пыль, полуденный свет, лачугу. Чем пахнет? Блинтом, сточной водой, рекой Плит. Что вокруг тебя? Теплое одеяло, свежая солома, моя кровать и никаких сигналов тревога. Двигаться можешь? Да. Где ты? В укрытии. Не подстерегает ли тебя опасность? Последний вопрос, само собой, был главным. Движений Кайлара ничто не стесняло, его оружие лежало на месте, как и полагается, в ножнах. Все как будто шло своим чередом.
Тем не менее расслабляться не следовало даже здесь, в мрачном доме-укрытии за уцелевшим строением древнего акведука. Дарзо не раз привязывал меч к потолку над кроватью Кайлара; заметить его сразу было почти невозможно. Дарзо будил Кайлара, выжидал несколько секунд, определял, что ученик не видит опасности, и перерезал веревку. В первый и во второй раз на острие был защитный наконечник, в третий его не было.
Однажды Дарзо подослал к спящему Кайлару Резаного Врабля — Дарзо называл его Беном. Резаный Врабль надел одежду Дарзо и, пустив в ход свой талант, заговорил голосом Дарзо. В этот раз Кайлар не попался в ловушку. Накануне Врабль съел чесночное блюдо, но запах от него шел совсем не тот, какой бывает, когда ешь зубчики чеснока просто так, причем довольно часто.
Наконец Кайлар вспомнил, что услышал. Настало время убивать.
— По-вашему, я уже готов? — спросил он с замиранием сердца.
— Ты был готов уже год назад, да все не подворачивалось подходящей работы, которую я мог бы тебе поручить.
— Что нужно делать?
«Неужто я и впрямь был готов год назад?» — подумал Азот. Дарзо был скуп на похвалы, а когда все же отвешивал комплимент, не вдавался в подробности и тут же находил, к чему придраться.
— Жертва во дворце, убрать его следует сегодня. Ему двадцать шесть лет от роду, военному делу не обучен, наверняка будет безоружен. Однако он всегда в центре внимания, и у него множество разных дел. Наемному убийце… возможно, придется прикончить не только его одного. — Слово «убийца» он произнес с усмешкой, как сделал бы и любой другой мокрушник. — Но на оплату это не повлияет. Главное условие соглашения — убить жертву. Ступай и выполни задание.
Сердце Кайлара билось все громче. Значит, вот как все складывается. Ему поручают не пробную работу и не для того, чтобы проверить, может ли он убивать в одиночку, может ли вообще быть мокрушником, сумеет ли проникнуть внутрь — не просто чьего-либо дома, а самого дворца! — а после выбраться оттуда целым и невредимым? И в состоянии ли он воспользоваться талантом — тем, что отличает мокрушника от убийцы?
Как это у него получается? — в который раз задумался Кайлар. Блинт с блеском определял и исследовал все слабые места ученика, в особенности главный его недостаток — Кайлар не мог применять на деле талант. Пока не мог. Это не удавалось ему еще ни разу. Блинт сказал, что пользоваться своими магическими силами Кайлару будет теперь гораздо проще. Мастер не упускал возможности ставить ученика в затруднительные условия, надеясь, что дополнительные встряски и необходимость срочно найти выход помогут разбудить Кайларов талант. Увы, тот до сих пор дремал.
Дарзо не раз рассуждал вслух, не стоит ли ему просто взять и убить Кайлара, однако не делал этого, ибо с прочими задачами Кайлар справлялся неплохо. Однако без таланта его ждал провал. И ему не светило стать настоящим мокрушником.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
