Первого Лорда Адмиралтейства. Получив чин капитана в возрасте 34 лет (1866), он теперь очень хотел получить адмиральские эполеты. И возможность погромить форты Кронштадта ему казались весьма перспективным событием, которое могло украсить послужной список и приблизить его к заветной цели. Он сражался с русскими во время Крымской кампании и считал их слабым соперником на море. Вот на суше… Он вспомнил, как наблюдал с мачты корабля за сражением на Альме. Эх! Туда бы его нынешний «Монарх» — фортам Севастополя пришлось бы туго! С мнением адмирала Трайон был не согласен. Он был уверен, что после замены паровой машины корабль будет снова готов к длительным переходам и еще не раз сможет себя показать.
А примерно через час от того, как гамбургский ледокол отсигналив паническое решение вернуться обратно, развернулся на Запад и медленно почапал к родным берегам, капитан «Монарха» обнаружил еще один ледокол, идущий от столицы варваров прямиком к ним, по уже проложенному его товарищем проходу во льдах. Лучше бы он его не видел! Зато увидеть такого адмирала, славившегося своим хладнокровием — это дорогого стоило! Хорнби вцепился в подзорную трубу, а лицо его стало подозрительно алого цвета, багровея с каждой минутой. Он сцепил зубы и что-то непонятное вырывалось из его пасти вместе с парами воздуха. Неужели он ругался? «Дядюшка Джефф», как прозывали его в Средиземном море матросы, в гневе? Признаюсь, испытал от этого вида некоторое удовлетворение. Впрочем, картина была действительно малосимпатичной. На барже, с гордым названием «Виктория», причем нанесенным недавно, да еще и на английском, некто махал британским флагом! При ближайшем рассмотрении этим некто оказался посол Объединенного Королевства в России, достопочтенный лорд Дафферин, вот только почтенным его никто сейчас не назвал бы. Лорд посланник был похож на мокрого и облезлого кота, с выпученными от злости глазами, я бы назвал эту картину «кот во время кастрации», но не могу, из-за чувства приличия. Но вот вид адмирала как раз точно соответствовал такому случаю! Впрочем, вид сэра посла был куда как пригляднее, чем вид упившихся вусмерть сотрудников нашего доблестного дипломатического представительства. Что сие было? Добрый ямайский ром? Скотландский виски или русская аква вита[1], я определить не берусь, ибо предпочитаю всему кларет[2], ну и что, что непатриотично? О вкусах не спорят. Понимаю, что этот чертов холод… но зачем согреваться столь яростно?
Через некоторое время посол взобрался на палубу «Монарха», который теперь прослывет самым грязным броненосцем Ее Величества. Я подал лорду Дафферину приготовленный заранее горячий грог, ибо согреть господина посла было настоятельной необходимостью. Путешествие в такой адский холод на барже — испытание более чем тяжкое. Подошедший адмирал Хорнби даже не соизволил с послом поздороваться. Его глаза блистали гневом. Он не мог понять, что произошло. Чуть отдышавшись, сэр Фредерик Темпл начал рассказ и о том, что посольство оказалось в осаде, и о том, что ему был дан приказ в двадцать четыре часа покинуть столь негостеприимный Санкт-Петербург. Рассказал и о том, что телеграфное сообщение из столицы России находится под жестким контролем жандармерии и передать сообщение частного лица просто-напросто стало невозможно, о жесткой цензуре и запрете на ввоз в эту варварскую страну газет из-за границы. Фактически, страна находится в осадном положении! Отношение к англичанам в стране более чем прохладное, упорно ходят слухи, что именно британцы причастны и к взрыву в Зимнем дворце, и в покушении на ряд правительственных чиновников, в том числе, на нынешнего монарха — Михаила II. Кроме того, посол сообщил, что везет личное послание нового русского царя к нашей королеве, которое должно быть отправлено незамедлительно! Конечно же, вместе с ним!
Я остался руководить приемом и размещением прибывших посольских. Увы, нежданная встреча и лишние люди на корабле. На котором и так с местом не ахти — всё это создавало массу проблем, которые необходимо было оперативно решать. Через четверть часа подошел вестовой и сообщил, что адмирал ждет меня на мостике.
— Я вызываю сюда капитанов кораблей эскадры, кэптен, но я хотел бы посоветоваться с вами. По всем канонам — высылка посольства — это фактически объявление войны. Хотя официально ничего такого не произошло. Может быть, у господина посла и лежит ультиматум их нового монарха.
— Если бы была возможность в этом убедиться? — я многозначительно посмотрел на адмирала.
— Мысль разумная, Джордж, весьма, но вряд ли сейчас…
— Есть еще одна разумная мысль, сэр! Еще две порции грога, поручите это лейтенанту Рэджуэю, он справится. Ну а потом доверьтесь мне, никто ничего не узнает…
А еще через полчаса мы сошлись в адмиральской каюте. Куда поместили достопочтенного господина посла. Если вы работаете секретарем Первого Лорда Адмиралтейства, то умению вскрывать незаметно дипломатическую почту вас обучат со всем тщанием и усердием весьма подготовленные люди. Иногда вовремя переданная в нужные руки информация может стоить очень дорого! Ровно через три минуты адмирал читал письмо, в которое я боялся заглянуть даже краешком глаза. За некоторые секреты отрывают голову, не задумываясь! Пока я аккуратно запечатывал его и проверял, насколько хорошо скрыты следы взлома, адмирал произнес:
— Этого не было никогда, Джордж… Если говорить о содержании сего… уф… то это объявление тотальной войны без объявления такового. Черт возьми, кэптен! В этой ситуации просто повернуться и уйти — это быть сукиным котом с лондонской помойки! Спасибо, что помогли мне принять решение!
Я кивнул головой, аккуратно укладывая ядовитое послание русского монарха на место. Вскоре состоялся военный совет, на котором адмирал объявил выставленное минное заграждение актом агрессии по отношению к кораблям Ее Величества. Было принято решение провести несколько артиллерийских залпов по ходу фарватера к Кронштадту, дабы мины детонировали, после чего — провести траление и начать операцию против фортов крепости. Это укрепление предстояло уничтожить, приведя батареи на берегу к молчанию. Был установлен порядок проводки эскадры и атаки, мой «Монарх» должен был идти третьим после пары новейших броненосцев, впрочем, и мы достаточно сильны, чтобы показать русским всю силу Королевского Флота. Да, если останутся снаряды после разгрома крепости и русской эскадры, можно попробовать бросить парочку снарядов в столицу… Надеюсь, дальности хватит!
