— Ещё у нас в университете диспуты проводят, на богословские темы. Очень популярны. На них даже из Кёльна, Мюнстера и Бремена священники приезжают. И вообще, наш университет считается одним из лучших в окрестных землях и это всего за несколько лет его существования. На богословский факультет даже юноши из благородных поступают, из третьих-четвертых сыновей рыцарей. А на лекарский факультет столько желающих было в этом году, что и десятую часть принять не смогли. Туда ведь и девушек принимают. Родители со всего графства своих дочек привозят. Для деревенской девчонки это чуть ли не в благородные прорваться. Да и уважают очень лекарей в наших городах и деревнях. Так что отбирали самых лучших и толковых. Вот увидишь, вернёшься в замок и к тебе сразу Адольфус с Агнеттой запросятся. Будут просить тебя о расширении лекарского факультета. Учатся ведь в университете за счёт графа.
— Вот ведь прощелыги, у них же моё разрешение на продажу вакцины от оспы. Да они скоро будут богатейшими людьми графства.
— Зря ты так. Они и в самом деле почти все свои доходы тратят на студентов. Из твоей казны ведь идёт не так уж и много: оплата преподавателей, бесплатное жильё для студентов. Кое что на питание. Да и то все по минимуму.
— Нечего на ерунду деньги тратить. — пробурчал Гюнтер.
— Вот видишь. Так что эта парочка считай содержит своих студентов. Ну и другие лекари помогают чем могут. А студентов с механического факультета содержат городские мастера, в основном Хайнц. Хотя там и учатся в основном их сыновья, племянники и другие родственники. Посторонних на этот факультет не принимают.
— Да, давно я там не был. Надо будет съездить, посмотреть. Если всё так хорошо, то можно им и деньжат подкинуть. Нам грамотные люди нужны, думаю, окупится всё со временем. Ладно, мы с Ирмой домой, а ты тут по своему плану. И не забывай про ганзейев.
Но пришлось задержаться ещё на день — Ирме надо было объехать своих подруг-агентесс. Всех она объехать, конечно, не успеет, но основных, самых болтливых, посетит. А я весь день проторчал на верфи у португальца. Осмотрел строящуюся каракку. К сожалению, только одну. Один мастер — один корабль. Его ученики к самостоятельной работе ещё были не готовы, да и не скоро будут готовы. Ничего, подождём. А пока потихоньку будем вводить в строй новые корабли. Да и нефы меня вполне устраивают. Старенькие, конечно, — я ведь их брал уже не новыми, кроме парочки английских раундшипов, и сколько они проходили до меня не знаю. Ничего, походят ещё, недолго осталось.
Рядом с верфью велел построить ремонтный док. Ну, как док — большой сарай, куда затащат мою каракку. Там её мастер осмотрит как следует и подремонтирует. Он то корабль лучше всех знает, сам строил. Не думаю, что за пол года эксплуатации с ним что-то может случится, но пусть с капитаном проверят всё внимательно, мало ли. Всё-таки корабль по северным морям ходил, а это не шутки.
После обеда проехался по городу. Ничего так. Город становится всё лучше и лучше. Грязи на улицах практически нет и не воняет совсем. И зелени в городе прибавилось. В современных городах с зеленью совсем плохо — строят-то внутри городских стен, земли свободной не много и она жуть какая дорогая. Но здесь поступили просто, как и в Линдендорфе: сносили старые халупы и на освободившемся месте разбивали небольшие скверики. Совсем крошечные, но зато их много. Есть где горожанам посидеть на лавочке в тени дерева и поболтать. Да и мамашам есть где своих чад выгулять.
На площади у ратуши зашёл в трактир. Очень даже не плохо. Посидел за столиком, выпил бокал вина. Вино очень не плохое, да и обстановка приличная — чисто, столы накрыты скатертями. Трактир, конечно, очень дорогой, но главное, что он есть и другим есть к чему стремиться. Заглянул в Церковь Спасителя, раз уж всё равно рядом. Всё-таки на мои деньги строится. Строительство ещё не завершено, но службы уже идут. Настоятель обещал, что через пару лет всё закончат, даже внутреннюю роспись. Ну и выцыганил ещё денег. Дал, конечно. Ничего, это тоже окупится. Со святошами надо дружить.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Ирма заявилась только поздно вечером и слегка навеселе. Ну, да, подружек много, с каждой посиди, поболтай, выпей бокальчик вина. Вот и поднабралась. Ничего, быстро в норму привёл — сначала в примитивный душ, под слегка тёплую водичку, потом в постель. Через пару часов была совершенно трезвая. И даже пыталась отбиться от меня. Попыталась уснуть, но не получилось. Ну а что, я два месяца ни одной юбки не видел, голодный. Ещё пару недель буду терроризировать своих женщин. Думаю, они не обидятся, даже рады будут.
Утром отправились домой.
Глава 16
Наконец-то я дома. Два дня из постели не вылезал. Один раз принял Курта, посидели с ним, поговорили. За бутылочкой вина. Не одной. Следующий день промучился головой. Нет, пьянство не для меня. Нафиг, нафиг. Самому себе проблемы со здоровьем устраивать — это каким же дураком надо быть. Вечером опять приехал Курт. Видно рассчитывал на продолжение, но обломался. Сначала ему от Эммы досталось, а потом ещё и от Ирмы. Наезд Эммы он перенёс спокойно, она для него не такой уж и большой авторитет, а вот от Ирмы удрал, её он почему-то побаивается. Хотя её все побаиваются. О её подвалах уже легенды ходят: мол зайти туда легко, а вот выйти уже невозможно. Глупости, все выходят. Не всегда целыми, а иногда и не сами, а завёрнутые в мешковину, до ближайшего лесочка, где и прикапываются, но выходят все. А вообще, она там себе настоящие хоромы отгрохала. И кабинет есть, и спальня, и гостиная. Везде шикарная мебель, ковры. Стены укрыты шёлковой тканью и гобеленами. Очень все красиво, вкус у неё есть. Но мрачновато. Окон-то нет, освещение только свечное. Она меня затащила к себе, я и обалдел. Это она пока меня не было устроила. Они здесь с Эммой часто зависали. Эмма у неё пряталась от просителей, вернее, просительниц. В замке ведь полно баб из благородных, постоянно тут колготятся. Просят что-то постоянно. И не прогонишь. Пока Эмма одна здесь хозяйничала они совсем распоясались. Ну, да, Эмма ведь дочь бедного рыцаря, такая же, как и они. Повезло девчонке, выскочила замуж за графа, но ничем не лучше их, а может и хуже. Просто граф неправильный, совсем вкуса нет. Да и откуда ему взяться, если он то книжки заумные читает, то в церкви молится. А иногда и на заводе своими руками с разными железяками возится. Совсем чокнутый. А то, что постоянно о торговле заботится, даже и сам торговать куда-то ездит, вообще позор. Никаких благородных развлечений не устраивает. Ни пиров, ни охот. То ли торгаш, то ли монах. Это мне всё Ирма рассказала, когда мы с ней в её подвальной спальне «совещание» проводили. Ну а что можно делать в подвале, на её, так сказать, рабочем месте? Только совещаться. Вот она и попросила у меня разрешения, во время этого «совещания», приструнить самых нахальных баб. Без моего разрешения нельзя, они хоть и дуры, но благородные и их мужья мои вассалы. Я то как раз считаю их своими служащими, а не вассалами. Правда, с этой службы уволиться нельзя, только вперед ногами, но не все это понимают. Ведь сейчас и понятия такого нет. Сейчас даже королям не служат, а исполняют свои вассальные обязательства. Ага, хотят исполняют, хотят нет. У меня немного по другому — не хочешь служить и выполнять приказы графа, повиси на ветке. Как у Гоголя: я тебя породил, я тебя и убью. Среди моих офицеров дураков нет, прекрасно это понимают, а вот их жены нет. Не все, во всяком случае. Ну а что с них взять? Они хоть и чьи-то жёны, уже и детей имеют, но всё равно ещё девчонки. Жизни не знают и судят обо всём по рыцарским романам. Это кто читать умеет. Остальные по рассказам мам и бабушек. А те тоже ничего о жизни не знали. Сначала только и видели полупьяных отца и братьев, потом также полупьяного мужа. Рожали чуть не каждый год и возились потом с выжившими детьми. Ну и за хозяйством приглядывали, пока муж по охотам и войнушкам шатался. И своих дочерей к такой же жизни готовили. Это Ирме и объяснил. Не надо их трогать. Повзрослеют и поумнеют. Жизнь заставит. Хотя, что-то с этой толкотнёй в замке надо делать — достали уже толпы баб. Вон, даже чтобы «посовещаться» со своей женщиной, в подвале прятаться приходится. Но что с этим делать, Ирма не знала, а я тем более. Так что решили ничего не делать. Тем более, сейчас их будет намного меньше — я в замке, а меня они все почему-то боятся. Некоторые до дрожи. Ну, это понятно: ведь это я их родичей поубивал, замки разрушил и их из привычной жизни выдернул. Вроде и ничего особенного по нынешним временам, но всё равно страшно.
