солнце не стало припекать.
Дойдя до грядок, девушка застыла с раскрытым ртом.
– Эээ, как это?
На них не было ни травинки. Кто-то их прополол так, что девушке осталось только позавидовать, у неё так чисто никогда не получалось. Немного постояв вместо пугала, в ожидании непонятно чего, Даша решила, что раз работа сделана, то можно расслабиться и позагорать. И она направилась к лавочке возле дома. Утро было тёплым и солнечным, девушка, удобно устроившись на лавочке, закрыла глаза и не заметила, как задремала.
– Даш, тебе плохо? – кто-то теребил её за плечо, а она никак не хотела просыпаться, – Даш, проснись, не пугай меня, – захныкал этот кто-то рядом.
Девушка тяжело вздохнула и приоткрыла один глаз. Перед ней стояла Таня.
– Тань, вот чего тебе не спится, не сидится, не отдыхается? – спросила Даша, – чего ты припёрлась ни свет ни заря?
Таня сделала шаг назад и побледнела:
– Извини, я тогда позже зайду.
– Нет, это ты извини, – Даша поняла, что обидела девушку совершенно ни за что, – садись, – она похлопала по лавочке рядом с собой, – ты что-то хотела?
– Ну, да. Ты же обещала меня отвести в деревню. Мне нужно на учёт встать и в магазин.
– Ладно, пошли сейчас, мне всё равно делать нечего. Кто-то вчера за меня всю работу сделал.
И тут Даша поняла, что этот кто-то сидит рядом с ней.
– Тань, это ты что ли вчера мне грядки прополола?
– Ну да. Пашку же надо было чем-то занять, вот мы сначала грядки пропололи, потом курятник почистили, курочек покормили, в курятник загнали, а потом вы нас позвали, и всё…
– Что всё? – почему-то испугалась Даша.
– Ну, всё, больше мы ничего не делали, – робко сказала Таня.
– Тань, что с тобой сегодня такое, ты как будто сама не своя, – спросила Даша, приглядываясь к своей собеседнице, – что у тебя случилось?
– Даш, пошли скорее в магазин, а? Есть очень хочется.
И тут Дашу как ведром холодной воды окатило.
– Таня, а чем ты питалась все эти дни?
– Ну, как чем, – робко произнесла Таня, – сначала, когда у деда Матвея жила, он меня подкармливал, потом, когда он меня выгнал, у меня кое-что оставалось, я чуточку круп из дома привезла, а теперь всё закончилось. Совсем закончилось, – грустно вздохнула Таня и шмыгнула носом.
– Твою мать, – выругалась Даша, – да у меня же холодильник яйцами забит, я же тебе предлагала их. Да хоть бы хлеба испекла, и то уже что-то пожрать бы было. А ты целыми днями голодная ходила и мне ничего не сказала. Таня, да ты нормальная?
Та только опустила голову и тихо, почти шепотом ответила:
– Ты яйца предлагала для выпечки. Да и неудобно как-то побираться. Я же и сама могу купить. Мне бы только до магазина добраться.
– Да что ты с ней будешь делать, – всплеснула руками Даша, – неудобно ей. Тортики мне носит с полхолодильника это удобно, а самой жрать нечего и попросить неудобно. А ну, садись, – скомандовала девушка командирским голосом, – завтракать будешь. У меня конечно, хлеба нет, ни домашнего, ни магазинного, зато теста на лепёшки я сделала много. Сейчас пожарим парочку, покушаем, а потом и в магазин пошлёпаем.
Даша усадила гостью за стол и начала хлопотать. Когда она жарила лепешки, то вместо двух сделала три, и одну завернув полиэтиленовый пакет, положила в рюкзак. Таня заметила это и сказала:
– Ой, Даш, я конечно голодная, но не на столько, чтоб ещё и по дороге жевать.
Даша рассмеялась:
– Это не тебе, это зверюшкам. Мы же по лесу пойдём, я там пенёк прикольный нашла, вот на него и положим. Вместо хлеба. Кто-нибудь да слопает, – Даша подмигнула подруге.
– Даш, а у тебя есть ещё какой-нибудь рюкзак, а то в пакетах много не унесёшь, а у меня вообще ничего нет, в чём можно продукты носить.
– Рюкзака нет, но есть велосипед с корзиной. Мы на себе не потащим, мы повезём. Хотя, если честно, я слабо представляю, как одна из нас пойдет, а другая поедет, – задумчиво произнесла Даша.
На велосипеде никто не поехал, девушки шли пешком, а Даша катила велосипед. Они шли и весело болтали почти полдороги, пока Таня не начала очень часто останавливаться и оглядываться. Даше показалось это странным, и она спросила свою спутницу:
– Таня, ты что, боишься заблудиться? Так ты не бойся, тут дорога одна, прямая как стрела, тут не заблудишься. Первое время пока не привыкнешь, будешь со мной ходить, а дальше может велик купишь, да и сама будешь кататься.
– Тише ты, – одёрнула Таня девушку и зашептала, – ты что, ничего не видишь, что ли. За нами уже минут пятнадцать, по лесу мужик идёт какой-то странный.
– Где? – неожиданно громко спросила Даша, резко обернулась и никого не увидела.
– Ты что творишь? – зашипела Таня и одёрнула её, – иди прямо, не оборачивайся.
– Что за мужик, описать можешь? – так же шепотом спросила Даша.
– Да чучело какое-то парик зелёный, нос пятачком и шуба наизнанку.
– Шуба, – захихикала Даша, – летом? Тань, ты ничего не перепутала?
Даша снова попыталась оглянуться, но Таня зашипела не нее змеей, не позволив этого сделать, и заставила спутницу прибавить шагу. Дойдя до пенька, Даша, несмотря на сопротивление Тани, сняла рюкзак, достала лепешку, вытащила ее из пакета и положила на пень. Чтобы не нервировать спутницу просто буркнула:
– Кушай на здоровье, – и потянула за рукав Таню, которая стояла рядом и оглядывалась по сторонам, – пошли.
Отойдя шагов десять, Даша посмотрела на пакет, находящийся в руках и засунула его в карман рюкзака. Нечего в лесу сорить, тут и без неё мусорщиков хватает. Таня испуганно посмотрела на девушку и прошептала:
– Чего ты шуршишь, нельзя потише? Ой, мамочки, как же тут страшно, главное идти тихо, и не оглядываться.
Если бы она не произнесла последних слов, Даша спокойно пошла бы дальше, но как только Таня произнесла: «Главное не оглядываться», у девушки прямо-таки засвербило внутри и она резко оглянулась. На пеньке и правда сидел странный мужичек, вернее даже старичок, и жевал её лепешку с большим удовольствием. Когда он заметил, что Даша смотрит в его сторону, то приподнял лепешку и подмигнул, мол, спасибо за угощение. Даша улыбнулась и сказала:
– Да на здоровье, – и засмеялась.
Таня шарахнулась, споткнулась и чуть не упала на обочину.
– Таня, – вскрикнула Даша, поймав подругу за руку, – ты чего дергаешься, как взбесившаяся лошадь?
– Страшно тут, и…и… и… странно, – ответила девушка, бледнея, – и ты стала странной.
– Чего тут странного-то, лес как лес, – пожала плечами Даша, – я всю жизнь
