Редко кто может О…Лорена победить!
— А это еще кто? Кто пропустил?
— Ты передал приказ, что бы явился со спутниками, а этот добрый человек был в то время единственным!
— Я хотел твоих секундантов поймать, и отругать. Жаль, не вышло!
— Но, отец, господин Дорон был важной фигурой на этой несостоявшейся дуэли. Он как раз был заместителем Ваверинского.
— Что-о?
— Дуэль как раз не состоялась по его вине. Он отказался драться со мной.
— Наследника узнал, что ли?
— Нет, своего ученика, по имени Оса. Так что дуэль не состоялась.
— А скажите-ка, господин Дорон, на какой исход рассчитывал герцог Ваверинский?
— На самый плохой, Ваше Величество.
— Правильно я не поверил этому провинциальному сморчку! Ему сказали про отметку на щеке. Так что ты говорил насчет Дорона?
— Отец, аристократов очень плохо учат фехтовать. Я бы хотел просить тебя назначить Дорона учить Лиора по выходным, когда Лиор дома. Я за него ручаюсь.
— Хм, посмотрим. Может, что-то покажете мне и Лиору, а заодно и его инструктору по фехтованию?
— С удовольствием, отец. Только мне надо будет в город по одному делу съездить. Отпустишь после обеда?
— Посмотрим. Темнишь ты последнее время.
— Отец, честное слово, это связано с моей же безопасностью!
— Хорошо, поезжайте, а почему вдвоем?
— Дорон должен дорогу показать, мне один человек нужен, оружейник. Хочу ему кое-что заказать.
— Договорились. Идите, готовьте демонстрацию приемов фехтования. Мы через час подойдем.
Перед тем, как выйти из комнаты, Дорон обернулся и произнес:
— Простите, Ваше Величество, мне кажется это важно. Герцог приходил меня нанимать не один. С ним был еще один, молодой, тоже в богатом кафтане.
— Вы его узнать можете?
— Да, конечно. Хорошо запомнил.
— Договорились, господин Дорон. Скоро праздник Перелома года, будет много народу во дворце, посмотрите, может, узнаете!
Демонстрация фехтовальных возможностей прошла «на ура» Вначале Лорен в пух и прах разбил инструктора, учившего Лиора, потом сразился с Дороном, победил и здесь, но уже с трудом. Преимущество было незначительным. Хотя только опытный фехтовальщик мог заметить то, что Лорен все же слегка поддавался. Потом Дорон встретился с инструктором, и тоже разбил его. Так что вопрос с наставничеством был решен. После обеда Лорен с Дороном отбыли в город. Оставив карету около рыночной площади, граничащей с кварталом трущоб, Лорен приказал кучеру ждать, и они углубились в лабиринт узких улочек опасного квартала. Дважды Лорен ловил в своем кармане чужую руку. Во второй раз это была девчонка лет восьми, оборванная и замурзанная. Руку кольнула чужая магия. Воришка довольно умело ставила отвод глаз. Лорен не мог бросить юную магичку пропадать на улице, отвел в ближайший полицейский участок и дал строгое указание отвести в приют для одаренных преступников. Пригрозил, что сам проверит выполнение. На девчонку надели блокатор и увели. В следующем переулке на них напала молодая компания. Попытались приставить нож к горлу, Дорон даже не вмешивался. Его не тронули, признали за своего. Нож, которым угрожали Лорену мигом очутился в его руке, в нападавший тихо скулил, пытаясь высвободить руку из захвата.
— Пусти! — скулил пойманный, — а то хуже будет! Все наши на тебя ополчатся, вся Гильдия!
Подельники юного бандита стояли в отдалении, но не нападали, косясь на шпагу на боку Дорона.
— И какая же Гильдия на меня ополчится? — насмешливо спросил Лорен.
— Убийц! — гордо ответил мальчишка.
— Убийц, говоришь?
— Да, я ученик Гильдии. — Гордо.
— Да ну! А остальные тоже?
— Мы все! Пожалуемся наставнику и ты отсюда не выйдешь!
— Ты смотри, Дорон, как все измельчало! Раньше здание Гильдии мальчик покинуть не мог и подумать, а теперь шляются по городу бандой хулиганов, прохожих задирают. Да какой уважающий себя убийца нападет вдесятером на одного. Настоящий убийца тихо работает, без шума и пыли. Так что не выйдет из вас, ребята убийц. Увы!
— Дорон напрягся, и тут из-за стены выдвинулась еще одна тень, покрупнее.
— Эй ты, а ну брось парня. А то враз на ножи поставим. И давай деньги и ту цацку, что у тебя на голове!
— Цацку не ты на меня надевал, не тебе ее и требовать снять. А будешь еще угрожать, вызову на Божий бой. Один на один, если не струсишь! У вас Гильдия убийц, или грабителей с большой дороги? Смотреть противно!
Взрослый противник сделал шаг вперед, блеснуло лезвие. И вдруг отшатнулся, в ужасе:
— Оса?? Ты?? Мы же считали, что тебя вздернули давно! Все, кто остались, Богу за тебя молятся, что ты Горлопана прирезал. Некому показания давать стало, вот и отделались сроками за бродяжничество! Только Гильдию никак не наладим. Скатились до грабежей. Слушай, может пойдем с нами, а? Мы тебя Главой бы избрали! Порядок бы навел…
— Поздно, Гюрза, поздно. Меня уже в другую Гильдию избрали. Правда не главой, заместителем пока. А эта, как ты говоришь, цацка, отличительный знак. Так что, ребята дайте пройти и разойдемся по-хорошему!
— А что тебе у нас понадобилось?
— Пьятта ищу. Набор мой пропал, возобновить надо.
— Эй, дядя, а куда ты мою сестру дел? Если наш, то зачем полиции сдал?
— Не сдал я ее. Приказал отправить в приют для одаренных преступников. Магиней станет. Дар у нее. А здесь бы пропала девчонка. Кстати, у тебя тоже дар имеется. Силу оценить не могу, но что-то есть. Так что можешь тоже туда податься. Примут, обучат, если хорошо учиться будешь, в Академию потом поступишь!
— А ты, Оса, откуда знаешь?
— Так, Гюрза, я эту школу при приюте закончил. Магом оказался, сильным. Потому и не повесили. Маги простому суду неподсудны. Ладно, пойдем мы. А то еще потеряют нас, конюх шум поднимет! А мне к Пьятту позарез надо. Нехорошие дела затеваются.
Гюрза тихо догнал Дорона и спросил что-то на ухо. Выслушал ответ, Ахнул: — Да ты что!! Неужели Паук не знал?
— Знал, Гюрза, знал. Этим жизнь себе и купил.
Гюрза отстал, ошарашенно смотря вслед удаляющейся паре.
— Гюрза, а кто такой Оса? Бывший наш?
— Самый удачливый убийца из тех, кого я знал. Убивать в 10 лет начал. К 12 годам 22 человека зарезал. 20 — под заказ. Начал с нашего одного идиота. Приставать к парню начал, издевался, прохода не давал. Ну, Паук, глава тогдашний, и сказал ему — хочешь, что бы отстал, убей. Но так, что бы никто не понял, что это ты. И на ближайшем празднике мы все выпиваем, потом сосед оборачивается и орет: — Бык помер! А тот лицом в тарелке лежит. А сзади в шее заточенная спица между позвонков. И никто ничего не видел.
