железный «конь» всегда к твоим услугам.
Я устало вздохнула, понимая, что проиграла в этой битве противостояния сильных характеров. Не идти же мне на коврик у входа в собственном доме? Хотя… наверное и он неожиданно почил смертью храбрых в каком-нибудь случайно разведенном костре.
— Слушай сюда! Ты, — сердито указала на него пальцем, — спишь на своей половине и ни в коем случае не пересекаешь виртуальную границу. Сегодня. Так и быть! — видя его ухмылку, повторила: — Только эту ночь! Все ясно?
— Как скажешь, любимая! — он шутливо подмигнул и, повернувшись, направился обратно к кровати.
Я залюбовалась упругим задом, скрытым лишь тонкой тканью плавок, сильными ногами и плечами. Пока купала его, старалась не смотреть во избежание соблазна, так сказать, а сейчас само как-то смотрелось. Ничего не могла с собой поделать. Невольно даже облизала нижнюю губу, и в этот момент Рант повернулся и томно посмотрел на меня, как будто читал тайные мысли. Затем откинул край одеяла и снова улегся на свое прежнее место, даже взял в руки документы, только смотрел при этом все также не отрываясь на меня. Устроившись, выжидающе приподнял бровь, и я, опомнившись, вздрогнула.
— Ага… я в туалет! — увидев в белой двери свое спасение, быстро нырнула туда, слыша за спиной смешок.
— Не задерживайся там. Нужно хорошенько отдохнуть перед завтрашним днем.
— Ага, отдохнуть, — тихо прошептала сама себе. — А что у нас там завтра?
О, Луна! Завтра Великая охота.
Закрыв лицо руками, прижалась к деревянной створке, дышалось с трудом. Ночь обещала стать довольно долгой, мучительно длинной. И не только ночь. Ведь только что, согласившись на участие в этом безумии, я сама себе подписала окончательный приговор, который обжалованию не подлежит.
А может, это мое спасение?
Ведь теперь не удастся так легко отделаться от этого красавчика в сексуальных боксерах.
Так почему же вместо негодования на моем лице медленно расцветала счастливая улыбка, а в сердце разливалось тепло?
О девочке мы так и не поговорили… Разве я могла думать, глядя на него о чем-либо, кроме его сексуальности? Он знал это, чем собственно и пользовался.
Он все продумал. Вероятно, накал страстей в клане достиг предельно допустимых колебаний, вот он и пошел ва-банк.
ГЛАВА 25
Нельзя было сказать, что я нормально спала, но…
Могу со всей уверенностью заявить, что это была самая худшая ночь с мужчиной, которая когда-либо могла у меня быть в теории. Не зависимо от моего скудного опыта в подобных делах, не думала, что доживу именно до подобного совместного ночного времяпровождения, с сарказмом подумала я, зевая в очередной раз.
Нет, я, конечно, не поверила обещаниям Ранта не распускать руки, но он сумел меня удивить.
Вышла из ванной в полной готовности к борьбе за свою честь, но остановилась, как только увидела его сладко спящим в постели. Конечно, я ни на секунду не поверила своим глазам.
— Значит так, Рант, я предупреждаю тебя: одно касание — и ты спишь на полу, — громко предупредила я, но ответом мне была тишина.
Медленно приближаясь к кровати, чувствовала себя по-настоящему глупо, словно он сейчас проснется и накинется на меня.
«Кая же я глупая!» — снова мысленно обозвала себя я, откидывая одеяло и пытаясь умоститься на самом краю кровати. А устроившись, сразу же замерла в ожидании дальнейших действий Ранта. В ночной тишине комнаты было слышно только его размеренное дыхание и тиканье часов. И все-таки я оставалась полностью напряженной. Расслабиться, увы, не получалось.
Как оказалось, не зря. Всего несколько минут тишины, и я почувствовала движение, а так же услышала, как заскрипела под весом Ранта кровать. Он резко повернулся и прижался грудью к моей спине, крепко притягивая к себе. Мужская рука, обжигая своим теплом, легла мне на живот. Я схватилась за эту руку, пытаясь оторвать её от себя, но та не сдвинулась даже на сантиметр.
— Рант! — сердито позвала я, но в ответ услышала лишь сонное сопение. — Рант, убери руку!
— М-м-м… — промычал он возле моего уха.
Я еще несколько раз пыталась оттолкнуть от себя Ранта, но это было то же самое, что пробовать сдвинуть кирпичную кладку. Устав, я тяжело вздохнула. Не знала, сколько пролежала вот так, в темноте, но, смирившись с ситуацией и решив, что завтра с утра обязательно выгоню наглого и продуманного волка, закрыла глаза и постаралась заснуть.
Вот только это оказалось совсем не так легко сделать. Зато оборотень спал сном младенца. Его равномерное тихое сопение над моим ухом даже раздражало: я-то заснуть не могла. То мне мешала его тяжелая лапища, то нервировало чужое дыхание, то казалось, что стоит мне заснуть, перестать бдеть, и он тут же проснется, а оказаться спящей во власти мужчины не хотелось. Эти мысли крутились в голове, мучая и тревожа. В итоге заснуть удалось только под утро.
Но покой этой ночью мне даже не приснился.
— Мария рожает, — устало выдохнул альфа, понимая, что сейчас придется забыть о сне.
— Я иду! — резко поднялась и сел на кровати, размышляя который час. Часы показали четыре утра. Супер.
— Я иду с тобой, и это не обсуждается!
— Ты уверен?
Раздраженно выдохнув, Рант все-таки кивнул. Он подождал, пока я наброшу на плечи тёплую шаль, и мы быстро направились к домику его матери, нуждающейся в моей помощи. Но на улице столкнулись с женщиной.
— Мария, зачем ты сама пришла ко мне, я как раз собиралась пойти и проведать тебя, — удивленно поинтересовалась я теперь уже не просто у пациентки, а у матери своей пары.
— Что я, немощная и не в силах дойти до врача? — отмахнулась та, поглядывая на растерянную собеседницу. Мы с альфой переглянулись. Вроде его мать человек, а мужества ей не занимать.
Если раньше я легко находила общий язык с этой милой женщиной, то при сложившихся обстоятельствах чувствовала небольшую растерянность, не зная, как теперь себя вести.
— Хорошо… Пошли в дом! Как ты?
— Схватывает периодически, но рано еще бить тревогу, —
