но в сборной Союза спортсменов пичкают всякой гадостью, на грани провала на допинговый тест. Говорят, целый химический институт работает над «коктейлями бодрости».
— Не проще ли дорожку коки занюхать?
Тренер осёкся, потом покачал головой.
— Я уже перестал верить, что в твоей маме есть хоть капля еврейской крови. Мы осмотрительнее.
— Литр русской крови в стиле «распахнись душа» победил еврейскую осторожность. Так что вы конкретно задумали, Владимир Львович?
— Комплекс. Переходишь на четыре тренировки в неделю, получаешь повышенные домашние задания. Я бы посоветовал прекратить занятия по боевому самбо, но их результат необычен. Участвуешь во всех сборах и соревнованиях, в пределах разумного. Получишь больше внимания и от меня, и от моих ассистентов. Разумеется, спрос больше.
— Через три года — в армию.
— Не проблема. У тебя же папа — партийный вождь в БГУ. Вот и поступай на стационар. Получишь вольное посещение по ходатайству комспорта. А займёшь приличные места на республике и на Союзе, наденешь погоны КГБ или МВД, военкомат тогда до тебя не дотянется.
Я сделал вид, что задумался, хоть всё давно решено — ещё в две тысячи двадцать четвёртом.
— Единственное условие. Растите из меня нокаутёра. Если бескомпромиссно уложу всех конкурентов, хрен кто меня заставит глотать допинговую отраву.
— Хорошо. Но и очки должен уметь набирать. Давай так: универсал с развитым нокаутирующим ударом. Идёт?
Большего не мог выторговать и пожал ему руку.
Тренировался с этого дня больше. А ещё не менее пары часов ежедневно уделял медитации и цигуну. Эффект поразительный! Словно к самолёту прицепили два подвесных топливных бака, позволяющих бездумно гонять на форсаже, лишь бы двигатель не спалить, топлива-то хватает, и аэродинамика не стала хуже. Дракончик оказался поистине универсальным другом. Четвёртую четверть помог без напряга закончить на одни пятёрки, так обострились память и внимание, причём энергии Ци школа отнимала мизерно.
Особенно пришла в восторг Зинаида. К концу четвёртой четверти Маша призналась, что нашла себе кавалера помоложе Ипполита и переезжает к нему из общежития, но избранник ревнив и не одобрит визиты в гнёздышко плотской любви на улице Притыцкого. Поэтому вся мощь пубертатной сексуальности обрушилась на пышку-блондинку, с ней встречался исключительно один на один, без участия спонсора, дедок слишком уж жалок на фоне юноши. И вот как-то раз, прикасаясь к нежным точкам на телесах моей пассии, чуть-чуть капнул энергии из Яшки. Самую-самую малость. Женщина аж взревела! Схватила меня, швырнула на спину, оседлала и принялась скакать как Чапаев на лихом коне, облитый лаком блондинистый начёс растрепался весь… Короче, понравилось обоим.
Старше меня? Ну и что. Пусть в теле пацана, но я смотрел на неё глазами очень взрослого мужика, неизмеримо старше. Красавица Диана де Пуатье познакомилась с Генрихом Вторым Валуа, когда ей было двадцать шесть, ему лишь семь, они стали любовниками задолго до совершеннолетия будущего короля. Оставалась его фавориткой едва ли не до шестидесяти лет, пока тот не погиб.
Зина была разведёнкой с дитём, жила у родителей после ухода от мужа. Алиментов и зарплаты ей хватало. Призналась, что терпит Ипполита больше ради гнёздышка для встреч со мной.
Конечно, с взрослением обращу внимание на девушек моложе меня. Но пока ещё не исполнилось пятнадцати, кто моложе? Тринадцатилетки? Простите, я не педофил. К наказанию за внебрачное прелюбодеяние готов, но не за извращения. Две тысячи лет загробного стажа слишком хорошо показывают, где пролегают красные линии. Грешить можно лишь в разумных пределах, это я как демон говорю, ангелы вправе иметь иное мнение.
Когану об универсальности применения Ци знать не следовало, папе Киму признался. Он почему-то совершенно не удивился любовному опыту у подростка, заинтересовался другим.
— Говоришь, действует на женщин? А мужскую силу подпитывает?
— Помилосердствуйте, как говорили в старину на Руси. Свои силы девать некуда. А если стимулятор подключу, будет как в старом анекдоте: бегал еврей по деревне и всех пугал своим обрезом. Но вы попробуйте и скажите. Однажды и я доживу до пенсии, Бог даст. Ци поможет остаться в форме?
Первый раз за эти годы на азиатском лице проскользнула тень смущения. Наверно, сэнсэй даже покраснел. Буркнул что-то неразборчивое и отвернулся. А на следующий раз предложил задержаться после душа и медитировать вместе.
В двадцать первом веке такое вот — остаться юному мальчику наедине со стареющим мужчиной — заставляет бить в набат и орать «ахтунг, извращенец», но в сексуально травоядном Советском Союзе оно совершенно не воспринималось как угроза. Мы сели на циновки в опустевшем спортзале, поджав пятки под попу, и углубились во внутренний мир. Через какое-то время, через пять минут или год, счёт я потерял, вдруг почувствовалось присутствие партнёра. Причём я ощутил Кима именно драконом.
Присутствие это отнюдь не несло враждебности, не ощущалось внешним назойливым вмешательством. Оно было… тёплым!
Когда контакт распался, и оба поднялись на ноги, Ким спросил о впечатлениях, а потом рекомендовал выложиться на полную у Когана — проверить, увеличился ли запас Ци. Сам заторопился домой. Наверно, захотел проверить действие наших находок на некой мисс. Жену тренер давно похоронил, жил один, но вряд ли воздерживался.
На прощанье сказал:
— Беда современного бокса в том, что там задают тон сплошь европейцы и американцы. Цигун, дао, Шаолинь — для них что сказки Шахерезады. Если кто-то соединит с западными техниками восточные, получит мощный бонус. У тебя есть шанс стать первым боксёром с драконом на затылке.
Дома я ощутил зуд за ушами, вооружился вторым зеркалом и припух. Рептилия из легенды увеличилась в размерах на треть, а пасть распахнулась ещё шире. Воля — волею, коль сил невпроворот, пел Высоцкий, но как мне скрывать татуировку? В Союзе она считается принадлежностью заключённых. Пусть набиты не купола, не кресты, не перстни, ни девиз «Ира», расшифровываемый как «иду резать актив», ревнители идеологической чистоты, накачанные научным коммунизмом в духе отца моего тела, мимо не пройдут. Выскажут всё, что думают, и обеспечат «правильные» оргвыводы.
Но расставаться с драконом я бы не захотел. И даже прятать его иначе, чем под волосами. Уже проверил: под шапкой он практически не работает, маленькому чудовищу нужно дышать. Одно страшно: если он наберёт мощь, не подчинит ли хозяина? И без того я — демон преисподней. Добавить мне ярости дракона, и сам себя начну бояться.
Татуировка могла вызвать вопросы при принятии в комсомол. Лично мне комсомольский билет не был нужен ни разу, но тренер категорично приказал: вступай. Без красной корочки даже поездка в соседнюю Литву
