Люсьен нахмурился:
— Если ребенку нужны лекарства, то в деревне есть аптекарь. Почему вы не обратились к нему?
— Я обращалась, милорд. Его лекарства не помогают и к тому же стоят очень дорого. А средство, которое принесла ее светлость, сотворило чудо. Сегодня она принесла мне еще немного этого снадобья, на случай если повторятся приступы.
Люсьен ничего не ответил, а про себя подумал: «Хорошо, что в этот раз все обошлось, а не так, как в случае с Мьюриэл Роут».
Сойдя с крыльца, он сказал:
— Спасибо, миссис Уайтлон. Передайте Теренсу, что, если потребуется помощь в ремонте сломанного сошника, я пришлю своего бондаря.
— Обязательно передам, милорд, — улыбнувшись, ответила Сара.
Люсьен кивнул на прощание и, вскочив в седло, поскакал вверх по холму к замку. Солнце пригревало спину, но в тени деревьев было довольно прохладно. Клинок не спеша двигался по извилистой тропинке, углубляясь в лес, когда внезапно Люсьен заметил впереди на земле что-то темно-красное.
Встревожившись, он пустил лошадь галопом. Подскакав ближе, он увидел Кэтрин, лежащей на земле возле поваленного дерева. Ее шляпка валялась здесь же в нескольких шагах, но ни конюха, ни ее кобылы нигде не было видно.
Люсьен спрыгнул со своего жеребца и бросился к Кэтрин. Она приоткрыла глаза, услышав скрип чьих-то шагов по снегу.
— Кэтрин! Ради Бога! Что случилось?! — подбежав, спросил Люсьен. Было заметно, что он сильно напуган.
Кэтрин через силу улыбнулась:
— Ничего страшного. Просто мы скакали наперегонки, и я не заметила ветку, которая и сбила меня. Несчастный Джоуи насмерть перепугался. Я послала его в замок за помощью.
Люсьен стянул с руки лайковую перчатку и опустился на колени рядом с Кэтрин.
— Черт побери, ты ведь достаточно разумная женщина и должна знать, что нельзя устраивать гонки в лесу. Это ведь очень опасно.
Лицо ее слегка порозовело.
— Я знаю. Но нам было так весело.
Люсьен почувствовал некоторое раздражение. Ей весело проводить время с конюхом, а не с ним.
— Давай посмотрим, нет ли переломов, — проговорил он, стараясь сохранять спокойствие.
— Думаю, нет, хотя чувствуется боль в груди и в ноге. Люсьен осторожно ощупал ее руки и грудную клетку.
— Возможно, сломано ребро. Лучше подождать повозку и пока не двигаться.
— Может быть, я только ушиблась. Боль не такая, как при переломе.
Люсьен спокойно кивнул, а про себя подумал, что не многие женщины так разбираются в медицине.
— Теперь осмотрим ногу, — сказал он и, протянув руку, приподнял край бархатной юбки почти до колена, стараясь не обращать внимания на кружевные подвязки и белые шелковые чулки.
— Левая, — пояснила Кэтрин, абсолютно не смущаясь действий Люсьена. Расшнуровав кожаный сапожок, он осторожно снял его и стал ощупывать маленькую изящную ножку.
— Лодыжка сильно распухла. Но, кажется, перелома нет, — заключил Люсьен.
В этот момент из-за поворота с грохотом выкатила повозка, на которой рядом с Бенни Тейлором сидела тетя Уинни, а за ними верхом скакал юный Джоуи Хэмптон, конюх Кэтрин.
— Люсьен! — вскрикнула Уинни и так быстро вскочила на ноги, что едва не упала с повозки. — Слава Богу, ты здесь. Как Кэтрин? С ней все в порядке?
Повозка со скрипом остановилась, и Люсьен помог тете сойти на землю.
— Похоже, она сильно ушиблась и растянула сухожилие. Надо вызвать доктора Фредерикса, чтобы тот осмотрел ее.
Кэтрин попыталась сесть, но, почувствовав резкую боль в ребрах, охнула и снова опустилась на землю.
— Мне не нужен доктор. Если вы перевяжете мне лодыжку, через пару дней я буду в полном порядке. И ребра можно перебинтовать, когда приедем домой.
Люсьен нахмурился.
— «Коль врач ты, исцели себя», — процитировал он. — Если вы так считаете, миледи, то напрасно.
— «Господь нас исцеляет, а врач берет лишь плату за труды», — ответила Кэтрин тоже цитатой. — Говорю вам, со мной все будет в порядке.
Люсьен скривил лицо. Ну что поделаешь с этой упрямой дерзкой девчонкой!
— Ты моя жена, и, покуда это так, я несу за тебя ответственность. Следовательно, ты должна делать то, что я говорю, — тоном, не допускающим возражений, произнес он.
Кэтрин не стала возражать и, поджав губы, позволила Люсьену поднять себя. Она обвила его шею руками, и в этот момент их глаза встретились Люсьен на мгновение замер, вспомнив, как вот так же он нес Кэтрин на диван в тот вечер в охотничьем домике.
Он почувствовал, как его плоть пришла в сильное возбуждение, и мысленно чертыхнулся. С трудом преодолевая распирающую боль в паху, он отнес Кэтрин к повозке и осторожно положил на одеяла. Да, соблюдать обет воздержания по отношению к Кэтрин становилось для него с каждым днем все труднее и труднее. Еще раз взглянув на повозку и лежащую там Кэтрин, он с мрачным видом взял поводья своего жеребца и вскочил в седло.
Глава 13
Джейсон Синклер подъехал верхом к огромному каменному замку в трех милях к западу от Карлайл-Холла. Соскочив с седла, он передал поводья высокому худощавому лакею, поспешившему к нему с крыльца.
— Добрый вечер, ваша милость, — сказал молодой человек, с опаской глядя на пританцовывающего Блэки — крупного черного мерина.
— Не беспокойся, скоро он угомонится. Блэки долго скакал по полям, но ему все мало. Позаботься о нем хорошенько, ладно?
— Да, сэр, — ответил лакей и повел лошадь в конюшни за домом.
Джейсон поднялся по каменным ступенькам, с нетерпением ожидая встречи с Люсьеном.
Они частенько встречались по вечерам, чтобы поиграть в шахматы, иногда в Карлайл-Холле, а иногда, как сегодня, в замке Раннинг. Занятый работой с важными документами, Джейсон послал записку, в которой сообщал, что не сможет, как обычно, прибыть к ужину, но обязательно приедет позже.
Перед отъездом Велвет наказала мужу разузнать, как складываются отношения Люсьена и Кэтрин.
Ответив коротким кивком дворецкому, Джейсон прошел через холл прямо в кабинет Люсьена, дверь в который была открыта. Маркиз сидел за столом, потягивая бренди.
Очевидно, это был не первый стакан.
— Так недолго и спиться, — пожурил друга Джейсон. — И если я налью тебе еще стаканчик, ты едва ли выиграешь у меня в шахматы.
Люсьен что-то проворчал в ответ и поставил наполовину пустой стакан на стол.
— Это только второй, и ты меня вряд ли обыграешь. Сегодня я собираюсь разгромить тебя.
Джейсон посмотрел на инкрустированную перламутром шахматную доску с фигурами из слоновой кости и черного дерева, разложенную на столе перед камином.
— Хорошо, тогда приступим… хотя сначала я тоже выпил бы немного.
Он подошел к буфету, а Люсьен тем временем пересел в удобное кожаное кресло поближе к столику с шахматной доской.
