обхватывая Тайлера ногами, прежде чем перевернуть нас. Я нависаю над ним, растягиваясь на его огромном теле; твердый член прижимается к моей киске. Облизывая и покусывая его губы, я дразню, раскачиваясь на члене, а затем лижу горло Тайлера и покусываю там. Тайлер обхватывают мою задницу большими руками, сжимая ее, пока качает меня быстрее, проводя взад-вперед по его члену и смачивая его своими сливками.
— Ангел, — стонет Тайлер, заставляя меня ухмыляться в его кожу. — Не дразнись, возьми мой член в красивый ротик.
— Это приказ, Папочка? — спрашиваю я, облизывая раковину его уха.
Тайлер сжимает мою задницу за секунду до того, как шлепает по ней, заставляя меня вскрикнуть ему в ухо, даже когда моя киска сжимается.
— Приказ. Ты же не хочешь, чтобы я убил этого ублюдка за то, что он трогал мою девочку? Обхвати своими гребаными губами мой член и покажи мне, что ты моя девочка, или я выебу эту милую киску до беспамятства, а пока ты спишь, надеру ему задницу.
Целуя грудь Тайлера, я закатываю глаза, проводя языком по твердым линиям его пресса. Тай ворчит, наблюдая, наматывает мои волосы на кулак и тянет меня вниз.
— Открой и соси, как хорошая девочка.
Удерживая его взгляд, я делаю то, что мне говорят, и на этот раз не капризничаю. Тайлер засовывает член мне в рот, и я смыкаю губы вокруг его твердого, толстого члена. Хмыкнув, обхватываю рукой его основание и начинаю покачиваться, сначала медленно, пока он не начинает поднимать бедра, вгоняя член глубже.
Тайлер не отрывает от меня взгляда, сжимая челюсть и скрежеща зубами наблюдает за мной. Сжимая и выкручивая руку, я всасываю его до самого горла. Тайлер стонет, его бедра замирают, прежде чем он ускоряется. Это не займет у него много времени, и я не могу дождаться, когда почувствую его вкус на своем языке, своего мужчину и его удовольствие.
Проведя рукой по бедру Тайлера, я просовываю ее между ним и одеялом, и пока он отвлекается, ввожу палец в его задницу. Он вскрикивает и дергает бедрами, вонзая свой член мне в горло, когда кончает. Я отстраняюсь, позволяя сперме стекать по моему подбородку на грудь. Когда эрекция спадает, я вылизываю его член дочиста, прежде чем вытащить палец. Используя чистую руку, я мажу пальцы его спермой, кручу и треплю соски, пока он со стоном наблюдает за мной. Набрав рукой побольше спермы, я вылизываю ее, не сводя с него глаз, и провожу языком по пальцам, прежде чем провести по ладони.
— Ангел, — стонет Тайлер, закрывая глаза, когда я ухмыльнулась.
Тайлер задыхается, когда его член становится мягким, и я сползаю с кровати, мою руки и забираюсь обратно, обхватывая его за талию.
— Ты достаточно отвлекся, Папочка, или тебе нужно трахнуть мою задницу?
Его глаза расширяются, и он кладет руки на мои бедра.
— На колени, блядь, сейчас же, — почти рычит Тайлер.
Смеясь, я делаю то, что мне говорят, готовая к ночи оргазмов и захватывающего члена Тайлера. Интересно, смогу ли я когда-нибудь насытиться им? Наверное, нет.
Я Папочкина девочка на всю жизнь.
27
ТАЙЛЕР
Я все еще зол на Джастина, но Лекси успокоила меня в течение недели настолько, что я согласился с тем, что он совершил ошибку и был пьян. Но это не значит, что ему все сойдет с рук. Есть маленькие ошибки, а есть ошибки, когда ты загоняешь в угол, пугаешь своего бывшего и делаешь непристойные комментарии. Он все равно получит по заднице, когда я увижу его в следующий раз.
Вот почему хорошо, что Джастин не придет сегодня на обед. Это ежегодная традиция — устраивать его у меня дома. Придут пятнадцать родственников — мой отец и его новая жена, их новые дети, тетя Джастина, моя тетя, мой дядя, некоторые, о которых я даже не знаю, как они связаны… и Лекси. Они наверняка спросят, почему она там. Мои родственники не знают, что она рассталась с Джастином или встречалась с ними раньше, но все равно, мне плевать. Я хочу, чтобы Лекси была рядом со мной, я просто хочу, чтобы мне не приходилось скрывать это. Я хочу держать ее за руку, показывать Ангела, уговаривать ее, но она еще не готова.
Я могу подождать, но это не значит, что буду держать свои руки подальше от нее, когда мы будем наедине. Я хочу, чтобы мой маленький Ангел знал, что я буду трахать и иметь ее, как захочу и когда захочу. Мне все равно, если они найдут нас, пусть. Мы оба взрослые люди, так почему это имеет значение?
Лекси даже предложила помочь мне готовить, что я обычно делаю один, и это приятно. Мы включили музыку, разговаривали и флиртовали, пока готовили. Она начала борьбу за еду, которая закончилась тем, что она выкрикивала мое имя с моим членом, погребенным в ее киске, пока я трахал ее через стойку, а ее красивые груди были вдавлены в тесто.
Взглянув на часы, когда доставал пирог из духовки, я вздохнул, зная, что они скоро придут к нам, и блаженство, которое я сейчас испытываю с Лекси, исчезнет. Мне придется вернуться к притворству, что она девушка моего сына или просто знакомая девушка, а не женщина, от которой я без ума.
В которую я влюблен.
Когда Лекси приходит на кухню, одетая и готовая, у меня перехватывает дыхание. Я часто чувствую себя больным ублюдком за то, что взял ее и был с ней. Я называю ее Ангелом не только потому, что она милая, но и потому, что она похожа на него. И прямо сейчас, когда солнце освещает дверной проем, озаряя медовые волосы и золотистую кожу Лекси, она могла бы быть здесь, чтобы забрать мою душу и сердце. Потому что у нее есть и то, и другое.
Лекси смотрит вверх и улыбается, заканчивая завязывать пояс платья. На нем изображены подсолнухи, и оно с глубоким вырезом, демонстрирует ее декольте, но не слишком сильно. Платье застегивается на талии, демонстрируя ее изгибы, а затем расширяется к икрам. Образ завершают черные туфли на каблуках. Мой член мгновенно твердеет, и я бросаю пирог на стойку и набрасываюсь на нее.
Лекси хихикает, когда я целую ее, отталкивая в стену, и счастливый звук переходит в стон, но она отрывает рот.
— Они скоро придут, — напоминает она мне.
— Мне по хуй. Пусть видят, хотя ты
