начал искать подходящие контакты. Через знакомых нашел местного опера — капитана Заварова. Он как раз в Ленинград уезжал на неделю в командировку по одному делу. Ну и я себе туда организовал поездку дня на три. И знаешь, мы хорошо с ним языками зацепились. Пришлось, конечно, прилично потратиться, по кабакам его поводить, Андрюха просил посодействовать, в столицу его со временем перевести, — полковник кинул на меня выразительный взгляд и лицемерно вздохнул: — Пообещал попробовать при удобном случае. Но это того стоило.
— Не переживай, Владимир Иванович, все расходы компенсируем и премию выпишем, как всегда, — заверил я. — Рассказывай, что накопал.
Гуменюк повеселел, но ответить не успел. Возникший словно джин из бутылки, Арам в белом халате и поварском колпаке, снял с подноса две тарелки с чебуреками, пузырящимися оранжевой корочкой, большое блюдо с дымящейся свининой на шампурах и бесшумно улетучился, опустив поднос.
Полковник проводил его взглядом и продолжил:
— Знаешь кто, копает под вашу контору?
— Конечно, местный положенец Пахом и его банда. На Ашота нападал Литовец — тренер по боксу со своими людьми. В Вову стрелял некий Тёма Воркутинский.
— Знаешь, — утвердительно хмыкнул полковник. — Твои люди накопали?
— Мои, — не стал скрывать я. — Дали подробный расклад по группировке, но если у тебя что-то есть, показывай, лишним не будет.
Полковник полез во внутренний карман пиджака, вытащил несколько сложенных бумажек и подвинул ко мне.
— Держи. Тут общие данные, оперативная справка по группировке. Извини, оставить тебе не могу, почитаешь, запомнишь данные, что тебе нужны и отдашь обратно.
— Ладно, — согласился я, шурша листками. Так, общая численность сто пятьдесят — двести человек постоянных членов, и ещё около пятидесяти на прихвате. Солидно. Платят, практически, все кооператоры. Это мне тоже известно. Краткая характеристика Пахома — амбициозен, умён, хитер, нагл, умеет добиваться своего, и давить противников «психологически». Держит около сотни кооператорских точек в районе, получает процент от криминальной деятельности. О Балде, Чибисе и прочих я уже знаю, доложили.
Я свернул листочки, и подвинул их к хрустящему чебуреком Гуменюку.
— А ещё что-то есть? Уверен, ты раскопал что-то эксклюзивное.
— Не без этого, — довольно осклабился милиционер. — Конечно, раскопал. Весь этот район — одна большая деревня. Кто-то крикнет, а эхо по всему поселку носит. Два интересных факта. Для Пахома заставить вас платить — вопрос престижа. Сможет — авторитет ещё большим станет, и выйдет на другой уровень за пределы района. Соскочить не получится, придется решать с ним вопрос. Он заявил, что «нагнёт столичных хлыщей и никуда они не денутся, будут платить как все». Второй факт: ваши данные, указанные в договоре с БРАЗом уже слили братве Пахома. Он знает ваш юридический адрес, твои инициалы как директора и готовит свою акцию. На днях можете ожидать от него сюрприза.
— Понятно, — я благодарно кивнул. — За предупреждение отдельное спасибо.
— Литовец и Чибис уже команду собирают из отборных бандитов для рейда в столицу, — добавил Гуменюк. — Учти, они хоть и провинциалы, но резче и опаснее, чем большинство холеных и зажравшихся наших рэкетиров.
— Учту, — пообещал я. — У тебя всё?
— Конечно, нет, — криво усмехнулся Владимир Иванович. — Там в районе все повязаны. И если вдруг у Бекаса и Литовца не получится, вас будут выбивать из завода по-другому. Они как-то договорились с Василием Кирилловичем Каликовым. Знаешь, такого?
— Нет, и никогда не слышал, — я покачал головой. — Кто это?
— Секретарь Братского горкома, — пояснил полковник. — Имеет несколько кооперативов, оформленных на ближайших родственников. Кстати, в своё время работал на БРАЗе производственным мастером, отлично знает начальство и дружит с директором. Если вас не получится прогнуть, он поедет убеждать директора разорвать с вами контракт. Какие аргументы будет приводить, неизвестно. Но влияние на руководство у него огромное. Пахом и его свита уверены, что с помощью Каликова сковырнут вас с завода.
— Понял, — я достал из кармана конверт и протянул полковнику. — Спасибо, Владимир Иванович.
Гуменюк заглянул в конверт, увидел купюры и поинтересовался:
— Сколько здесь?
— Пять тысяч, — ответил я.
— Нормально, — кивнул полковник, засовывая конверт в карман. — Слушай, у меня к тебе одна просьба есть.
— Излагай.
— Вы, говорят, новые автомобили из США, привезете?
— Есть такое, — подтвердил я.
— У моей супруги в конце сентября день рождения. Подберете нам что-нибудь с хорошей скидкой? — уточнил Гуменюк.
— Никаких проблем, товарищ полковник. Но вы не боитесь, что у старших товарищей возникнут вопросы, откуда у простого советского милиционера деньги на такую машину?
— Фигня вопрос, — отмахнулся Владимир Иванович. — В крайнем случае, оформлю авто на племянника, как один из вариантов. Или на тещу, я ещё не решил.
— Завтра дам команду секретарю, она подготовит для вас каталоги, — пообещал я. — Пусть ваша супруга подъезжает в офис и выберет подходящий вариант. Лучше прямо завтра, машины разбирают как горячие пирожки.
— Ладно, — кивнул полковник. — Скажу Маше, она будет.
— Отлично, в приемной её будут ждать Анна или Ира. Только пусть предварительно позвонит. Телефон у вас есть.
— Передам, — солидно кивнул милиционер.
Из чебуречной я уезжал с приятно потяжелевшим желудком и полностью удовлетворенный итогами разговора. Отодвинул шторку и задумчиво глядел на мелькающие улицы и москвичей. Стемнело, но в городе по-прежнему хватало народу. Люди куда-то торопились, о чем-то жарко спорили, сновали стайки молодежи. Взгляд зацепился за идущую спереди стройную незнакомку в вязаной серо-красной кофточке и обтягивающих длинные ноги узеньких брючках. Узнавание накатило волной неожиданно, грудь облило ледяным холодом. Сердце пораженно замерло, пропустив удар.
Не может быть!!!
— Тормози быстрее, мать твою! — отчаянно выкрикнул я.
Глава 15
Иван послушно нажал на педаль, машина взвизгнула тормозами, резко замедлила ход и припарковалась у тротуара, обогнав девушку. Я резко открыл дверцу и выпрыгнул на асфальт. За мной сразу же вылез здоровенный Артем. Девушка испуганно отшатнулась.
— Привет, Влада, — улыбнулся я. — Не ожидал тебя увидеть в Москве. Какими судьбами занесло в столицу?
Зеленые глазищи расширились от изумления.
— Ты⁈
— Собственной персоной, — весело подтвердил я. — Извини, алых парусов, букетов цветов, бравого капитана и белоснежного парусника не приготовил. Просто не знал, что увижу тебя здесь. Да и Москва-река, прямо скажем, мало
