Читаем без скачивания Чужое тело - Антон Орлов

Гредал опасался, что это дело может стать для него последним. Президента на Манокаре сейчас нет. По истечении четырех скорбных месяцев он будет избран гражданами первого и второго уровней, но заранее ничего не предугадаешь. Не исключено, что новый президент, как и Ришсем, пойдет на частичное свертывание изоляционизма — и если некстати всплывет история с обиженными туристами, непосредственных исполнителей принесут в жертву высшим соображениям, как оно всегда и бывает. Оказаться в роли жертвы Гредал не хотел, при одной мысли об этом у него начинала зудеть спина, словно там заживали рубцы после порки: он готов служить интересам Дела, но не таким образом! Поэтому — осторожность и еще раз осторожность.

Он аккуратно убрал бинокль в футлярчик. Длинные бледные пальцы, похожие на узловатые стебли чахлых растений, слегка дрожали, однако со стороны эту дрожь нельзя было заметить.

— Пошли. Мы подойдем к ним и попробуем поговорить. У нас есть на это полномочия.

Макодис и Зарнав последовали за ним. Гредал их недолюбливал. Впрочем, оттенок неприязни присутствовал в его отношении к кому угодно и был для него столь же естествен, как дыхание или потребность в утренней чашке чая. Втроем они зашагали по пустынному коридору: после появления инопланетян всех людей из этого крыла здания спешно эвакуировали. Пусть туристы не агрессивны, один их вид способен заронить семена скверны в души недостаточно устойчивых граждан.

— Что мы им скажем, ваше превосходительство? — осторожно спросил Макодис.

— Говорить буду я, — оборвал его Гредал.

Макодис — пижон. Плотный, розовощекий, жизнерадостный красавчик, сынок администратора третьего уровня. Пребывание на четвертом для него кратковременный эпизод, начальная ступенька: не пройдет и года, как он получит повышение и перепрыгнет на третий. Если не проштрафится… Это для Гредала восхождение с четвертого уровня наверх было долгим и трудным, поскольку его отец был чиновником четвертого уровня. Подумав об этом, Гредал, как всегда, ощутил привкус горечи во рту. Если это будет зависеть от него, Макодис проштрафится.

Зарнав шагал за начальником молча. Этого крепыша с богатым оперным басом и грубоватым лицом Гредал побаивался, так как не знал, чего от него ждать. Казалось, Зарнав удовлетворен своим положением, но иногда у него в глазах мелькало хищное, ищущее выражение — словно крыса на миг высовывала из норки острую мордочку. Гредал подозревал, что Зарнав ему завидует.

Они вышли на крыльцо и окунулись в холодную осеннюю морось. Турист в шляпе что-то сказал своему приятелю в зеркальных очках и показал на них пальцем — жест, за который любой манокарский подросток был бы примерно наказан.

Робот захватил манипулятором сверкающий термос, вновь наполнил чашки своих хозяев. Манокарцы издали уловили аромат кофе. Когда подошли ближе, Гредал заметил, что термос оснащен глазком видеокамеры, небольшим экранчиком и парой стволов, напоминающих бортовые орудия боевой машины в миниатюре. Все это игрушечное — привлекающая покупателя дребедень, на которую падки растленные обитатели внешнего мира, — или настоящее? Если настоящее, надо бы конфисковать… Разглядывая это изделие свихнувшихся производителей, Гредал ощущал близкое к судороге болезненное напряжение в лицевых мышцах — тот минимум проявления эмоций, который он мог себе позволить.

— Классный у нас термос, ага? — радостно спросил парень в шляпе.

Смазливое пресыщенное лицо избалованного отпрыска влиятельного папаши — так классифицировал его Гредал, сразу проникшийся к нему неприязнью. Второй был заметно старше этого сопляка, и его длинная загорелая физиономия оставалась каменно-невозмутимой. В зеркальных очках отражались голые сухбы и белые скульптуры, серое небо, трое сотрудников госбезопасности, фрагмент крохотного здания на заднем плане.

«Если это Баталов, у нас сейчас земля начнет гореть под ногами, — подумал Макодис, невзначай приотставший, чтобы оказаться в аккурат за узкой спиной своего руководителя — какая-никакая, а защита. — В буквальном смысле!»

Макодис сознавал, что может пострадать ни за что: кто-то копает под Гредала, потому их тройка и получила на это задание, но он-то здесь при чем? Он попадет под удар просто как подчиненный Гредала.

— Вы говорите по-манокарски? — услышал он раздражающе бесцветный голос начальника.

— Пришлось научиться, у вас же тут никто по-человечески не разговаривает, — капризно протянул парень в шляпе. — Дерьмо, в какую глушь попали! У вас грязно, я штаны испачкал. — Он продемонстрировал темные брызги на своей ослепительно-белой штанине. — Видите?

— Кто вы такие? — сухо осведомился Гредал.

Макодис отметил, что заговорить он смог лишь через несколько секунд. Опешил, наверное.

— Его зовут Томек, а я Элмер. — Голос парня в зеркальных очках звучал безразлично и глуховато. — Если принесете свои чашки, угостим вас кофе.

— Настоящим кофе, не тем дерьмом, какое здесь пьют! — подхватил заносчивый Томек. — А то зашли мы вчера в одну забегаловку с пятеркой на вывеске — пять звездочек, да? — и нам такое жидкое дерьмо принесли…

У Макодиса чуть не вырвался глупый смешок, он вовремя сумел его пресечь. С пятеркой на вывеске — значит, столовая для граждан пятого уровня. Разумеется, пища там простая и кофейный напиток без натуральных компонентов, низшие слои не должны предаваться излишествам. Сам Макодис принадлежал к четвертому уровню, но это всего-навсего временная формальность; это не мешало ему считать ступенчатую систему распределения жизненных благ единственно правильной.

Он отметил, что оба гостя извне, и Элмер и Томек, говорят по-манокарски хоть и с акцентом, но без ошибок. И еще у него зародилась надежда, что Элмер — это не Баталов.

— С какой целью вы прибыли на Манокар? — продолжил дознание Гредал.

— Пари у нас, — равнодушно отозвался Элмер.

— Какое пари?!

— Ну, что мы тут побываем и все такое, — вмешался Томек. — Манокар закрыт для туристов, а мы заключили пари, что нам это будет по фигу. Нам и правда все по фигу!

Гредал опять замолчал. Завис, злорадно определил Макодис. Он не любил своего начальника — надутого выскочку, сумевшего вскарабкаться на ступеньку выше, чем ему предназначено от рождения. Вдобавок он чувствовал, что Гредал собирается ему напакостить, и был не прочь подставить шефа. И с него, и с Зарнава вышестоящее руководство потребует конфиденциального отчета о действиях тройки. Упомянуть, что Гредал терялся перед инопланетянами и таким образом ронял честь мундира манокарского администратора… Нет, про честь не надо (критика начальства — тяжкий должностной проступок), пусть этот вывод наверху сделают сами. Главное — изложить все таким образом, чтобы натолкнуть их на нужный вывод.