неуважение. Думаю, что они осознали свою оплошность в полной мере.
— А были ли вы знакомы с заказчиком этого преступления? Он обращался к вам ранее?
— Без комментариев. Сами понимаете, пункт «а» статьи 8 Этического кодекса мудан Республики Корея от 12 июня 2006 года (в редакции от 23 декабря 2021 года).
— Как вы думаете, он действительно потомок корейских императоров?
— Сложно сказать. Совпадение фамилии еще ничего не значит. Как мне кажется, сейчас с назначением уголовного наказания за организацию кражи претендовать на родство с королевской династией ему будет еще сложнее.
— Будете ли вы требовать от преступников возмещения вреда и во сколько его оцените?
— Нет, не буду. Стекло заменить недорого, а наказание они уже сами себе обеспечили, а одному даже привели в исполнение (БоРам при этом хихикнула).
— Но ведь он утверждает, что его высекло то чудовище, которое пришло вместе с африканцами.
- Утверждать можно все, что угодно. Духи, с которыми я общаюсь, очень милые, вежливые, а временами со специфическим чувством юмора, сущности. Сечь какого-то малоизвестного адвоката для них слишком мелко.
- Значит, секли все-таки африканцы?
— Со свечкой рядом я не стояла. Я высказываю свое предположение, а уже следствие выяснит все обстоятельства дела.
— Будете ли вы устанавливать дополнительные меры защиты своей квартиры?
— Нет, не буду. Если в Корее найдутся еще желающие рассердить сверхъестественные сущности, милости просим. Эти воришки так легко отделались лишь потому, что они из местностей великой и грозной богини Анураманги. Исходя из глубокого уважения, которое к ней испытываем и я, и моя почтенная наставница, живущая в России, полагаю, что депортация их на Родину будет достаточным им наказанием.
— Госпожа БоРам, а теперь, когда интервью закончено, не могли бы вы задать вашим сверхъестественным сущностям вопрос, над которым ломает голову наша семья уже вторую неделю. Я знаю вашу таксу и готов ее оплатить.
— Хорошо, у вас есть двадцать минут. Я сейчас обращусь к моим собеседникам с просьбой помочь мне.
БоРам аккуратно переставила все фигурки, меняя их местами, бережно их оглаживая и тихонько что-то напевая. Если бы журналист знал русский язык, он с удивлением услышал бы:
— Вот и осталось
Лишь снять усталость.
И в этот вечер
Мне душу лечит….
Новенькая игрушка — рогатый чудик с высунутым языком — отозвался на мелодию. Он втянул в себя язык и молниеносно вернул на место.
— Они готовы ответить на ваш вопрос, — сказала БоРам.
— Уважаемая БоРам, спросите их, пожалуйста, стоит ли нашему племяннику принять предложение компании и поехать работать за границу в филиал, находящийся в одной из европейских стран?
Сидящая на коленях на циновке Борам неожиданно подняла глаза и жестким режущим голосом проговорила:
— Вы не говорите о том, что он у вас инструктор по вождению танков корейского производства, а его компания — министерство обороны.
Журналист стал кланяться:
— Простите, поскольку это государственная тайна, я не решился вслух ее сказать. Я думал, что вы и без меня это знаете.
— Пускай выбирает свою судьбу. Не поедет — получит очередное звание гораздо позже, и командование будет его регулярно попрекать отказом. Поедет — будет готовить экипажи к войне в соседней стране. Эта война потом не придет и в его дом? Вы, люди, любите ответственность перекладывать на кого-либо. Оба решения закончатся плохо. Ну, ладно, сегодня мы добрые, даем ему намек. Когда сегодня он приболеет, за ним будет ухаживать медсестра со смешным именем. Далее сами.
— Спасибо, мы будем думать всей семьей над вашими словами.
БоРам поднялась и своим обычным голосом спросила:
— Вы запомнили все, что вам было сказано? Духи любят иносказания, ищите скрытый намек.
— Большое вам спасибо, мы сейчас позвоним ему узнать, почему он приболел.
Через 15 минут в салоне автомобиля.
— Какое фальсифицированное спиртное? Какие курсанты из Польши? Его госпитализировали? Ему промывали желудок? Да, да, спасибо, что проинформировали нас.
Прервав связь: «Чертов племянник! Забыл про наше семейное проклятье — алкоголь не для нас. Хотя — нет худа без добра. Может, хе-хе, от командировки он избавится после такого изъяна».
Эпилог
Сегодня под утро мне приснилась моя любимая чернушка, моя Мульча. Она сидела рядом, но не пыталась, как обычно, залезть мне на живот, чтобы потоптаться по нему. Вместо этого она трогала меня лапкой и отчетливо говорила «Мряу». После раза пятого этого «Мряу» у меня сложилось впечатление, что она что-то желает мне сказать, только я этого не понимаю.
Проснувшись, минуты две я лежала и пыталась понять, что имела в виду ее тодук коянъи. Может, что-то не в порядке дома? Не должно, СунОк пока что успешно помогает маме, у нее всегда есть возможность обратиться за помощью к «РедАлерт». Проблемы «Короны»? Так это уже их, а не ее проблемы. Здесь в «Анян» заключенные попытаются на нее опять напасть? Вроде, не осталось таких людей с лишним здоровьем. Вывод один — опять эта пи-пи-пи Пак ГынХе задумала сделать чего-нибудь нехорошего, если с утра заявится СунСиль, значит, так оно и есть.
Видевший этот сон Серега Юркин понимал, что это что-то неладно. Он уже съездил в Россию, нашел императорские регалии, вернул их в Корею, получил амнистию, а сейчас помогает ËнЭ с визитом школьников из Артании в Сеул. Ему снится уже произошедшее? Или все, что уже было, на самом еще сон, и он все еще в тюрьме? Не будем просыпаться, смотрим сон дальше.
После завтрака за ЮнМи пришли вызывать ее к директору. В кабинете по-хозяйски устроилась СунСиль («Мульча была права»), с каким-то странным выражением лица (пренебрежительно-настороженно-высокомерным, так в России смотрят школьники с низким интеллектом и высоким самомнением на учителей в своей школе), глядя на нее.
— Здравствуй, ЮнМи.
— Здравствуйте, госпожа СунСиль.
— ЮнМи, я пришла с нетипичной просьбой. Сразу скажу, это не моя инициатива, меня попросил очень уважаемый человек, которому я не могу отказать. Мне хотелось бы, чтобы ты смогла помочь ему, насколько можешь. Хорошо? Человек, который попросил меня обратиться («Господи, говори уж сразу Пак ГынХе», подумала ЮнМи), обращался к духам — покровителям, и они передали ей следующий ответ. Я прочитаю дословно, сама в нем мало что поняла, кроме одного — здесь упоминаешься ты. Поможешь — можешь рассчитывать на амнистию.
СунСиль медленно прочитала с бумаги: «Диванная гора в Арде мой ларец и могила, видит меня потомок королевы Мен с глазами небесной синевы, как она решит, такой и будет
