много мечей. Разум оказался сильнее.
Пролилось море крови, Израиль выстоял. Поговорка «вся жизнь — борьба» проявилась на этой земле в полной мере. И с тех пор у Голды Меир появился железный принцип: говорить следует со всеми, но доверять не следует никому, включая американцев. И понять ее можно — уж очень легко вышли из Синая в 1967 году войска ООН, разъединявшие Израиль и Египет. Достаточно Насеру было потребовать, как это случилось. И сразу после этого вспыхнула война.
В том, что Израиль выстоит очередной раз, генерал не сомневался. Арабы — вояки еще те, как только прижмут, так и побегут. Им сколько железа не дай, всё бросят. Без танков и орудий бегать легче, проверено не раз. Тут геометрия четкая — когда нет силы духа, оружие не помогает. Более того, «плохое» советское оружие станет единственной причиной арабского поражения.
Глава 16
Глава шестнадцатая, в которой ранняя весна свои цветные расправляет перья
— Нас помнят, пока мы мешаем другим, — произнесла Голда Меир. — Эти слова приписывают Владимиру Ленину, и они чертовски точно отражают нашу ситуацию. Но до него очень умную мысль высказал русский историк Карамзин: «Не мешайте другим мыслить иначе». Так вот что я вам скажу, господин генерал. Свобода — это когда ты не мешаешь другим.
Слушая израильского премьера, генерал больше кивал, чем говорил. Вопросы войны и мира важны, однако обсуждать их можно бесконечно. Главное генерал уже сделал — обозначил миролюбивую позицию Советского Союза. Обе стороны пока воздерживались от взаимных претензий, но до этого дело еще дойдет.
Мещеряков не любил делать громкие заявления. Зачем бросаться словами, если сидящие напротив люди уверены в своей правоте, причем железно? Очередной войны между Израилем и Египтом никто не хотел, но война была неизбежна. Слишком много проблем накопилось на водоразделе от Средиземного до Мертвого моря.
К 1972 году ситуация стала прозрачна, аки стекло. Устремления Палестины обрести государственность выглядели туманной мечтой, как и очередные планы ООН по урегулированию конфликта. Сектор Газа находился под контролем Израиля, Иерусалим стал единой и неделимой столицей, Синайский полуостров попал под оккупацию. Даже Сирия лишилась части Голанских высот. В глазах израильских собеседников читался ответ: какое, нахрен, мирное урегулирование конфликта?
Арабский национализм, предлагавший «столкнуть евреев в море», уперся лбом в израильский сионизм с его убежденностью, что «земля Израиля принадлежит евреям». Трудно спорить, когда евреи за эту землю заплатили бриттам огромные деньги. И мало ли что там вещает ООН? Сегодня одно, завтра другое.
Прогрессивное человечество осуждало панарабизм, ведь борьба за чистоту арабского национализма предполагала полное единство арабов. И евреям там места не было. Скорее всего, и в этот раз на пути решения израильской проблемы треснет лёд, и хрупкий мир пойдет прахом. Когда «Палестина должна стать свободной», а «Израиль имеет право на самооборону», уже не важно, кто нападет первым. Это как лобовое столкновение на гололеде — видишь издалека, а сделать уже ничего не можешь.
Сведения не секретные, об этом писали в прессе. И арабы не стеснялись заявлять, что вооружённая борьба — единственный путь к освобождению Палестины. Евреи со своей колокольни считали примерно так же. Сейчас обе стороны конфликта интенсивно готовятся к боевым действиям, до которых осталось не более полугода. И если у СССР имелись рычаги воздействия на Египет и прочих арабов, то евреи, ощущая мощную поддержку США, упорно гнули свою линию.
И не надо быть начальником военной разведки, чтобы понять: шансов у арабов нет. Опыт трех недавних войн не пошел им впрок, и не удастся арабам ничего. Ни утраченное вернуть, ни евреев в море столкнуть. Ничего не поделаешь, иногда советская военная академия бессильна — с верблюда на танк быстро не переучишься. Товарищ Хрущев, находящийся на пенсии, после третьего поражения арабов отложил садовые ножницы. Он снял перчатки, встал в характерную позу и выразился предельно просто: «Просрали, другого аргумента нет».
И еще одна деталь — арабы забыли историю. Однажды воды моря уже расступались перед Моисеем, когда пророк вел свой народ в светлое будущее, тайными тропами из Египта в Палестину. Кстати, в той библейской истории море потом сомкнулось, погубив египетскую армию преследователей. Если допустить, что история любит повторяться, то выходит грустная, но символическая картина.
Израильский премьер-министр промолчала, лишь улыбнулась уголками губ на исторический экскурс Мещерякова. А в разговор неожиданно вклинился переводчик премьера:
— Бедные евреи, у меня слезы на глазах! — по-русски, с одесским акцентом воскликнул он.
Этого человека невысокого роста, плешивого толстячка с глазами навыкате, забыли представить в начале беседы. Так бывает, не всех членов делегации принято фигурировать. А уж нести отсебятину переводчикам точно запрещено этикетом. Видимо, не прост этот толстячок в режиме инкогнито, ох не прост.
И если до этого он тихо шептал начальнице на ухо свою работу, то сейчас снова раскрыл рот. Видимо, хотел продемонстрировать много золотых зубов, и это ему удалось.
— Моисей их водил, водил, и привел не туда. Такая огромная пустыня, и везде есть нефть, — трагически вздохнул толстяк. — Везде, кроме Израиля! Бог посмеялся над нами, когда дал евреям голую землю.
— Ну почему же? — делано удивился Мещеряков. — Не такую уж и голую.
Он подводил разговор к этой теме, и всё у него получилось. Неважно, что влез переводчик, которого почему-то не оборвала премьер. Из открытых источников Мещерякову было известно, что Голда Меир не говорит по-русски. Якобы это утверждение она часто повторяла в ближнем кругу. Агентурными данными информация не опровергалась и не подтверждалась.
— Не говорит она по-русски, ага, — мысленно хмыкнул он. — Говорить-то может и не говорит, а понимает точно. Вон как сидит напряженно, только глазами зыркает.
Тем временем переводчик, встряхнув плохо бритыми брылястыми щечками, продолжил солировать:
— Вы шутите, господин генерал? Не ложьте сюда ваших намеков, они никому не нужны. Евреи беднее церковной мыши!
— Не спешите гневить бога, — спокойно ответил Мещеряков. — У вашей страны есть нефтегазовые месторождения. Не хочу вас обидеть, но с этим как раз всё прекрасно.
Голда Меир переглянулась с третьим членом делегации, до этого сидевшим молча. Иссер Харель, он же Израиль Натанович Гальперин, считался пенсионером и депутатом Кнессета. Полковник Иссер Харель имел прямое отношение к созданию израильских спецслужб, и потом долгое время возглавлял разведку Моссад и контрразведку Шин-Бет. В узком кругу имел прозвище «Стахановец» — за необычайное трудолюбие во времена кибуца.
Не удивительно, что для встречи с начальником
