советской военной разведки выбрали именно его. И сейчас он что-то нашептывал на ухо премьеру. Голда Меир кивала.
— Вы нашли в Израиле нефть, — высказалась она вслух, — с помощью космической разведки?
От прямого ответа Мещеряков уклонился, применив еврейскую привычку спрашивать, прежде чем отвечать:
— Кто вам об этом сказал? Мне известен только факт. Другие детали вы можете обсудить со специалистами, когда приедете в Москву. Считайте это официальным приглашением.
Радиоэлектронная и космическая разведка находилась в ведении ГРУ, возможности которых генерал знал прекрасно. Вовсю разрабатывался орбитальный эшелон системы предупреждения о ракетном нападении. В комплекте с ней шла спутниковая связь, ретрансляция и навигация. Естественно, отрабатывались технологии радиоэлектронного подавления космических объектов противника и внедрение на орбиту противоспутникового оружия.
Что касается разведки, то космический радиолокационный спутник способен вести съемку не только с разведывательной целью, но и осуществлять мониторинг стихийных бедствий, а также находить полезные ископаемые. Зондирование земной поверхности, с последующей регистрацией отраженных сигналов, позволяет это. Ученым давно известно, что обычный грунт и нефтегазовые месторождения по-разному отражают сигнал со спутника.
Только вот поиск с орбиты нефти, лежащей глубоко под землей — пока что несбыточная мечта. Нет таких технологий, и нет на спутниках такого оборудования. В разделе «чистая теория» остается пока что и метод дистанционной флюидоиндексации, когда со спутника фиксируются потоки газов, поднимающиеся от расположенных на глубине залежей нефти и газа.
Изучение космических снимков помогает геологам в работе, однако это не самый надежный инструмент. Ученые пытались составлять карты, однако возникла проблема с обработкой математических задач — вычислительных мощностей явно не хватало. К сожалению, космическая геология пока остается пока больше теорией, чем практикой. Что ж, придется этим заниматься, как системой глобального позиционирования, и многим другим.
Впрочем, даже если бы ЭВМ шагнули вперед, и технология нашлась, никто бы не стал изучать чужие страны поперед своей неизученной территории. Одна Западная Сибирь чего стоит! По прогнозам геологов, там нефти полно, только взять не могут. А ну-ка, потопай ножками, побури шурфы! Космос — это красиво и завлекательно, только история делается на земле. Такой огромный объем работы, что еще и детям хватит. Это вам не в песочнице копаться, одной Западной Сибирью страна не ограничивается.
И если космическая разведка не при делах, тогда откуда товарищ Пельше добыл ценную информацию? Ясное дело, оттуда. Тут у Мещерякова сомнений не было. Вести серьезную нефтегазоразведку на Ближнем Востоке может только западная организация, очень богатая и закрытая. Иначе бы эта новость давно докатилась до местных правителей. Значит, на Пельше работает личная разведка Сталина, других вариантов нет.
Сведения, полученные от Арвида Яновича, гласили: под толщей дна Средиземного моря расположился большой газовый пузырь. Настолько огромный, что газа хватит всем средиземноморским странам на многие десятки лет. Только задаром выдавать эту тайну Пельше не собирался. «Еще чего, — сказал он тогда. — Пусть платят».
История о суете вокруг карты с кладом подробно описана в романе Стивенсона «Остров сокровищ». И неважно, что там сундук Билли Бонса с картой капитана Флинта, а здесь нефть. Клад, он и в Африке клад. «Пятнадцать человек на сундук мертвеца. И дьявол тебя доведет до конца».
На первом этапе Пельше планировал проинформировать Израиль и Египет, без указания конкретного места клада. Пусть думают, что у них в пустыне зарыта нефть. Аналитики Комитета партийного контроля выдали четкий прогноз: Тель-Авив не сможет сохранить это в секрете. Вопрос непростой, начнут обсуждать его в Кнессете, привлекут ученых. В режиме полной секретности, конечно. Но когда тайной владеет больше одного человека, это уже не секрет, это информация. А информация имеет свойство расползаться.
И очень скоро на землю обетованную слетится стая коршунов под знаменами Шеврона, Стандарт Ойла, Шелла и прочих Бритиш петролеумов. Они даже приплатят поначалу, чтоб их пустили порыться в чужом огороде. Но если чего найдут, условия будут известные: вам вершки, нам корешки.
Такая же участь ждет египтян. Причем значительно раньше евреев — там крыша протекает со страшной силой. Но перво-наперво, без всякой очереди, товарищ Пельше начал переговоры с Ливией. Полгода назад Муаммар Каддафи погнал из страны иностранных нефтяников, и обратно уже не пустит. Сейчас нам самое время заключить договор на разведку природных ресурсов, а это очень хорошие деньги. Причем делать ничего не надо, карта уже есть.
План товарища Пельше казался настолько простым, что выглядел безупречным. Очень скоро в пустыне Израиля объявятся кровожадные пираты какой-нибудь «Бритиш петролеум». А на просторах Египта начнет мелькать черный флаг какой-нибудь «Шелл». А может быть, все вместе. Название неважно, этих акул в мире хватает. Важно другое: нефтеразведка крайне затратное дело. Когда в песок начнут закапывать миллионы долларов, станет не до войны. Бизнес не позволит швырять снаряды в огород, где возделываются нефтяные грядки.
Голос больших денег присоединится к крикам сектантов ООН и скорбным выражениям озабоченности со стороны США и СССР. И тогда весело пыхтящий паровозик войны покатится куда подальше, а Египту и Израилю велят соскочить. Не ООН велит, а серьезные дяди, управляющие акулами. Политика есть искусство возможного, и если компромисс возможен, его помогут найти.
Конечно, на всё воля Аллаха. Но если есть возможность попробовать, почему не попробовать? И заодно срубить деньжат со всего региона. Более всего генералу Мещерякову импонировала эта приятная мелочь. Да, конечно, договоры недолговечны. И приемлемое для всех решение со временем устареет. Только временное перемирие лучше постоянной войны.
Глава 17
Глава семнадцатая, в которой выясняется парадокс: мир несправедлив, однако эта система работает
Насухую говорить трудно, если долго. Мещеряков сделал знак, и помощник, не прекращая переводить ему на ухо переговоры собеседников, подлил чаю из термоса. Хлебнув, генерал откашлялся.
— Госпожа премьер-министр, прошу меня простить, но в вопросах добычи и переработки полезных ископаемых не силен. Я человек военный, университетов не кончал. Все дополнительные детали вы можете узнать в Москве. Мы открыты для переговоров. Но сегодня я прибыл по другому поводу.
Собеседники переглянулись.
— Да что вы говорите? — поразился переводчик.— А нам показалось, что вы пришли сюда говорить за деньги. Сколько, по-вашему, может стоить та чудесная карта, где нарисована наша нефть?
— Деньги важны, без денег и на кладбище не отвезут. Конечно, об этом надо думать и говорить, — согласился Мещеряков. — Только не здесь. Повторюсь: деньги тоже лучше обсуждать в Москве.
— Все евреи хотят сделать так, чтобы Израиль разбогател. И не стоял с протянутой рукой, глядя на Запад, — сказала Голда Меир.
